Глобус 1976

Коллектив авторов

погружения, оснащению научными приборами и техническим возможностям «Бентос-300» не имеет

себе равных в мире, с его помощью ученые получат сведения о том, как разводить в море животных и

водоросли, как создавать подводные фермы, управлять стаями рыб.

* * *

Рано утром отдали швартовы и «Посейдон» с лабораторией на буксире отошел от причала.

Провожающие смотрели вслед и махали руками, пока судно не скрылось из виду.

С этого времени на «Посейдоне» и в лаборатории

установился морской распорядок жизни.

Ежедневно в семь утра старший на вахте объявлял побудку, желал всем доброго утра и хорошего

настроения, сообщал число и день месяца, температуру воздуха и воды, состояние моря, а порой

поздравлял с праздником или днем рождения. Затем на судне начинался утренний ритуал: уборка

помещений, гимнастика, туалет. В кают-компании накрывался стол, и все приглашались к завтраку.

Точно по расписанию обедали, ужинали, сменялись вахты.

Гидростат «Север-1».

Такой же распорядок дня поддерживался и в лаборатории. Во время длительного перехода на ней

находилась только часть команды. Гидронавты следили за состоянием и работой отдельных систем и

механизмов, поддерживая их в рабочем состоянии, вели наблюдение через иллюминаторы,

налаживали и регулировали приборы.

В первый день перехода было слабое волнение, с правого борта набегали удлиненные волны, на

море во многих местах виднелись белые барашки. «Посейдон» шел со скоростью 6 узлов, за ним

послушно шла на буксире лаборатория, через низкую палубу которой все время перекатывались

волны. Но если начиналось сильное волнение, лаборатория уходила под волны, в спокойные глубины

и там пережидала непогоду. «Посейдону» не страшен даже самый сильный ураган, его мощные

двигатели и хорошая мореходность помогали судну выдерживать любые океанские волны.

Отправляя лабораторию в глубину, капитан судна все время поддерживал с ней связь по

гидрофону. В это время «Посейдон» стоял невдалеке на якоре или дрейфовал, выполняя свои

исследовательские работы, всегда готовый оказать лаборатории необходимую помощь.

Настал день, когда «Бентос-300» пришел на место работ, его пришвартовали к борту «Посейдона»,

а чтобы не повредить борта, поставили мягкие пневматические кранцы.

Грузовая стрела перенесла на палубу лаборатории металлические сетки, разборные штанги, буи,

подводные светильники, телевизионные камеры, вьюшки с кабелем и другие приспособления,

которые нужно было установить на дне. Все имущество, загромоздившее палубу, матросы прочно

закрепили, чтобы его не смыло водой.

В

это время эхолотами, подводными телекамерами с борта «Посейдона» тщательно обследовали

район дна, куда должен был встать «Бентос-300».

По трапу на лабораторию перешли гидронавты и группа исследователей, которым предстояло

поработать в морских глубинах несколько недель. Их было двенадцать человек, морских биологов и

ихтиологов, каждый из которых кроме своей профессиональной работы умел делать многое другое.

Выходить в акваланге в море и, плавая рядом с рыбами, изучать их повадки и характер. Приманивать

и кормить рыб из рук. Гидронавты хорошо знали устройство лаборатории, а некоторые умели

управлять ее системами и приборами, стоять на вахте.

Вместе с тем все жители лаборатории должны выполнять самые обыкновенные домашние дела:

убирать помещения, стирать белье, мыть посуду, готовить пищу — да мало ли найдется других работ.

В сложных условиях жизни и работы нужно обладать доброжелательным и уступчивым характером,

быть терпимым к мелким недостаткам, привычкам и слабостям своих товарищей.

* * *

Закончилась проверка всех механизмов и устройств, «Посейдон», приняв буксирный трос, отдал

швартовы и отвалил в сторону. Командир лаборатории вошел в люк и задраил за собой крышку.

Теперь ничто не связывало «Бен-тос-300» с надводным судном, переговоры велись по гидротеле-

фону.

Вскоре по отсекам лаборатории прозвучала команда: «По местам стоять! К погружению!».

Получив приказ, бортинженер открыл клапаны вентиляции, и в балластные цистерны устремилась

вода. Потеряв положительную плавучесть, лаборатория ушла под волны.

... Свободные от вахты гидронавты и наблюдатели прильнули к иллюминаторам. Снаружи

светилась зеленоватая вода, около самого иллюминатора проплывали точки планктона, медузы,

иногда проскальзывали мелкие рыбки, колеблющаяся поверхность воды создавала причудливую игру

солнечных бликов.

Вода за бортом потемнела, на глубине 30 метров наступил пасмурный день. Лаборатория остано-

вилась в двух метрах от дна. Командир тут же включил ходовые двигатели, и лаборатория стала

медленно двигаться вперед. Ихтиологи смотрели в иллюминаторы, а командир — в подводный

перископ, тщательно изучая окружающую местность. Выбрав наиболее благоприятную площадку,

командир выключил гребной винт и посадил свой дом на твердое дно, покрытое светлым песком и

ракушечником.

Выбранный уголок моря отличался богатством растительного мира; густые заросли водорослей да-

вали приют мириадам личинок и мальков, мелкие рыбки прятались в зарослях от вездесущих