Глина
Шрифт:
Альбинос скривил физиономию при виде крышки, с которой я все еще не мог расстаться, и громко фыркнул.
– Ну и вонь. Мусор. Что будет с моим аппетитом? Эй! Как думаешь, у нас есть основание подать жалобу?
– Есть. Ну так что, голем, – высокий ухмыльнулся, – дай-ка нам код твоего владельца. Пусть раскошелится на обед!
Я поднял руку:
– Перестаньте, парни. Я выполняю важное поручение моего оригинала. Мне нужно побыстрее добраться домой. Уверен, вам тоже не нравится, когда ваших дитто задерживают.
За спиной троицы шумела Юпас-стрит. Вот бы добежать до
– Важное поручение, а? – хмыкнул высокий. – Если ты так нужен своему ригу даже в этом состоянии, то держу пари, он не пожалеет деньжат, чтобы получить тебя обратно.
Третий юнец, плотный, с темно-коричневой кожей и похожими на проволоку волосами, оказался настроен более миролюбиво.
– Эй, оставьте беднягу Зеленого в покое. Вы же видите, как он хочет поскорее доползти до дома и рассыпаться. Если мы его задержим, то оштрафовать могут нас.
Веский аргумент. Заколебался даже альбинос.
Стрелок Беты снова метнул камень и на этот раз попал мне в бедро, чуть ниже края крышки.
Каждый, кто проходил процесс копирования, знает, что псевдоплоть чувствительна к боли. Ногу словно обожгло, я пошатнулся и едва не упал на одного из юнцов, который оттолкнул меня с громким воплем.
– Убирайся, вонючка! Вы видели? Он до меня дотронулся!
– Ну, теперь ты заплатишь, кусок грязи, – добавил высокий. – Давай-ка посмотрим на твой ярлык.
Все еще пошатываясь, я, однако же, ухитрился сделать пару шагов и повернуться так, чтобы парень оказался между мной и головорезами Беты. Теперь они не станут стрелять из-за риска попасть в архи.
– Идиот, не видишь, что в меня стреляли?
– Ну и что? – Альбинос явно разозлился, даже ноздри раздулись. – Мои дитто постоянно погибают в орг-войнах, но я не жалуюсь. И не затеваю боев на Одеоне. Нашел место!.. Показывай ярлык.
Он протянул руку, и я машинально потянулся к идентификационному имплантату подо лбом – дубликат-голем обязан предъявлять ярлык по требованию реального человека. Инцидент дорого обойдется мне… то есть дорого обойдется моему создателю. Семантическое различие будет зависеть от того, доберусь ли я до дома за оставшийся час.
– Ладно. Позови копа, – сказал я, поглаживая складку псевдокожи. – Посмотрим, кому придется платить. Я здесь не в сим-игры играю. Ты препятствуешь действиям двойника, имеющего лицензию сыщика. Те, кто стреляет, настоящие преступники…
Из переулка уже появились фигуры моих врагов. Желтокожие бандиты Беты разглаживали бумажные костюмы, стараясь не бросаться в глаза среди толпы гуляющих архи. Как примерные мальчики-посыльные. Они кланялись направо и налево и уступали дорогу встречным, но явно спешили.
Плохо. Никогда раньше я не видел, чтобы парни Беты шли на такой отчаянный риск.
– В моем мозгу важная информация, необходимая для решения срочного дела. Хочешь отвечать за последствия?
Двое из парней отступили, неуверенно поглядывая на третьего. Я надавил еще:
– Если ты помешаешь мне выполнить поручение, то мой владелец выдвинет против тебя обвинение в
Возле нас уже собралась небольшая толпа. С одной стороны, мне это на руку – бандитам придется поумерить пыл, но с другой… время играло против меня.
Увы, третий панк, с полупрозрачной кожей, оказался крепким орешком. Он постучал по экрану на запястье.
– Гига. На моем счету предостаточно деньжат, чтобы заплатить штраф. Раз уж придется платить, то почему бы не повеселиться.
Он схватил меня за руку и крепко сжал пальцы. Мускулы у него были тренированные, настоящие, не то что моя дряблая имитация. Было больно, но еще сильнее угнетало сознание того, что я переиграл. Держал бы рот на замке, может, они бы меня и отпустили. Теперь вся накопленная информация пропадет, и победа в конце концов останется за Бетой.
Юнец драматическим жестом занес руку для удара, намереваясь свернуть мне шею. Игра на публику.
– Отпусти беднягу, – пробормотал кто-то, но большинство собравшихся явно симпатизировали моему противнику.
И тут что-то громко треснуло. Со всех сторон посыпались проклятия. Зрители повернулись в сторону ближайшего ресторана. Сидевшие за одним из столиков в страхе отпрянули от разбитого стекла и пролитых напитков. Зеленокожий парнишка отставил поднос и, бормоча извинения, наклонился вытереть лужицу и убрать осколки посуды. Неудачное движение, бедняга поскользнулся и упал, увлекая за собой одного из разодетых клиентов. В толпе послышался смех, а к месту происшествия уже спешил метрдотель, осыпая Зеленого проклятиями и подобострастно раскланиваясь перед пострадавшим посетителем.
На время общее внимание оставило нас не у дел, что пришлось альбиносу не по вкусу.
Официант бросился к рассерженному архи с влажной салфеткой. Но на какое-то мгновение наши взгляды встретились, и парень многозначительно кивнул.
Я догадался, что он хотел сказать.
Пользуйся моментом и убирайся отсюда.
Это я понимал и без него. А потому сунул свободную руку в карман и достал сим-карту, на первый взгляд обычный кредитный диск. Но если снимать его вот так, то он издает резкий звук, а из едва заметной щели на ребре вырывается яркий серебристый свет.
Красноватые глаза альбиноса расширились. Дитто не носят оружия, тем более если оно незаконное. Однако парень не испугался. Усмешка стала напряженной, и я понял, что столкнулся со спортсменом, игроком, готовым рискнуть собственной настоящей шкурой ради нового ощущения.
Пальцы, сжимавшие мою руку, напряглись.
Ну, попробуй, говорил его горящий взгляд.
Я попробовал. Резкий взмах, шипение, облачко пыли – лезвие без особого труда разрезало искусственную плоть. На мгновение пространство между нами наполнили боль и ярость. Его боль или моя? Ярость и удивление – определенно его, но все же на долю секунды я ощутил общее с этим юным, крепким браво. Нас объединило общее переживание. Я почувствовал его злость, его уязвленную гордость. Агонию одинокой души, окруженной миллионами таких же одиноких и изолированной от них.