Глаза врага
Шрифт:
Прошло шестьсот лет после Последнего Совета Восьмерки.
— Трай если учитывать, какими темпами мы размножаемся… Нам скоро все планеты в Солнечной системе придется заселять.
— Не вижу в этом проблемы. К тому же, ты уже знаешь, гормональный
… еще через пятьдесят лет…
— Эх, хорошо, — ленно потянувшись, сообщил Трай.
— Чем на пенсии займешься? — поддела я.
Трай ухватил меня за талию и притянул к себе.
— Тебя доставать буду. Что, зря, что ли я семерых сыновей взрастил. Пусть теперь они правят. А я займусь твоим воспитанием.
— Поздно меня уже воспитывать. Правнуков воспитывай, — хмыкнула я. — Давай лучше слетаем к Громовым.
— Ты из меня веревки вьешь, — простонал куда-то мне в шею муж.
— Трай!
Прошло восемьсот лет после Последнего Совета Восьмерки.
Закрылся сотый обслуживающий зал на Земле. Трай оказался прав. Раса стала стабилизироваться.
Прошло еще пару лет …
Наблюдая за фантастическим салютом, который мерцал высоко в небе, я улыбнулась, признавая правоту Трая. Наши потомки действительно с большим размахом праздновали Слияние. Этот праздник был любим всеми. Его праздновали во всех семьях, на всех заселенных планетах.
— О чем задумалась? — ко мне подошел Трай. В руках он держал два бокала красного вина. Один протянул мне.
— Ты был прав, — я взяла у него бокал и указала на салют.
—
Я закатила глаза. Он не исправим.
— Трай, неужели ты никогда ни в чем не сомневался, когда принимал решения?
— По большому счету — нет. Только один раз я был в сильном замешательстве. Когда встретил тебя.
Я удивленно взглянула на него и отпила вино.
— Это было связано со взлом. Меня разрывало надвое. Логика, говорила мне, что взлом необходим. Эмоции, о которых я даже и не подозревал, нашептывали мне совсем другое. Сложное было время, — вздохнул Трай и мечтательно улыбнулся.
— А боялся когда-нибудь, что допустил ошибку, которую нельзя исправить?
— Один раз.
— Когда?
— Помнишь, день, когда я тебе все рассказал?
Я кивнула. Самый сложный день в моей жизни.
— Ты тогда закрыла глаза, и не хотела открывать, — Трай заправил мой вечно выбивающийся локон, за ухо, — вот тогда я испугался, что когда ты их откроешь, то всю оставшуюся жизнь будешь смотреть на меня, как на врага. Нет, не уйдешь, будешь жить со мной, рожать детей. Но смотреть будешь, как на врага. Именно тогда сильно испугался.
Да, тот день был очень сложным, критическим и поворотным. Неизвестно, как бы стали развиваться события, не пойми я тогда, что нет у нас врагов, кроме самих себя. Без Трая я бы никогда этого не поняла.
Мой муж действительно научил меня смотреть на мир широко открытыми глазами.
— Трай, я люблю тебя. Всегда любила.
— Я люблю тебя Лика, и любил каждое мгновенье нашей жизни.