Глаза Сатаны

Волошин Константин

– Дяденьки! Как же мы-то без них будем? Помилуйте нас!

Ребятишки всполошились, с опаской поглядывали на саблю Демида, его босые ноги и мокрые портки и рубахи.

– Не ревите, хлопцы, – ободрил их Карпо. – Сколько у вас коней тут?

– Одиннадцать, пан, – ответил с готовностью один хлопец.

– Мы поедем с одним из вас. От села вы вернётесь со своими конями. И скажите, где хата этого Панаса. Хотим погостить у него, – успокоил ребят Демид. – Только без брехни.

– Что вы, паны! Мы честно...

Старший

обстоятельно и подробно объяснил дорогу и расположение подворья Панаса. А ещё двое привели трёх коней с верёвочными уздечками.

– Прощевайте, хлопцы, – кинул Карпо со спины неосёдланного коня. – Ваш атаман скоро вернётся. Поехали, атаман!

Трое всадников размашистой рысью затрусили в сторону деревни. Ни один огонёк не обозначил её расположение. Но тропа вела уверенно. По обе стороны её вскоре потянулись поля с поспевающими хлебами и гречихой.

Хаты зачернели вблизи на едва заметной возвышенности.

– Слезаем, – коротко бросил Демид. – Бери поводья и скачи назад. Спасибо тебе, хлопец.

Тот торопливо собрал верёвки поводьев, повернул коня и забил своего по костлявым бокам босыми пятками.

Друзья проводили его взглядом, оглядели небо.

– Скоро рассветёт, Карпо. Пошли, что ли?

Карпо молча кивнул. Он без слов понимал, что должно скоро произойти. Несильное волнение стучало в груди током крови.

Они торопливо шли, вспоминая наводку хлопцев. Вот и усадьба старосты Панаса. Она резко отличалась от остальных хат, выглядела добротно и поражала обширностью плетня. Собаки злобно бросались на плетень, хрипели, провожая чужих.

Едва дошли до ворот, как из глубины двора донеслось:

– Кого это несёт нечистая в такое время? Кто такие?

– Войт Панас Хрыцько? – спросил уверенно Демид.

– Ага! А шо надо?

– От пана Мелецкого мы. Бумагу прими, едем мимо.

– Чудно как! В такое время?

– Поторопись, войт! Мы спешим по делу. Некогда тут прохлаждаться. Кони ждут у криницы.

Пожилой староста криком отогнал кобелей, приставил колесо к будке, открыл ворота, с подозрением взирая на казаков.

Демид не стал ждать вопросов. Двинул войта в харю кулаком, навалился.

– Молчи, панская сволочь! Жить хочешь, так быстро вставай и без шума!

– Что вы, что вы, казаки! Я мигом! Что желаете? – Голос Панаса дрожал, спина сгорбилась, и он цыкнул на женщину, высунувшуюся было из двери хаты:

– Сгинь, кобыла! Без тебя дела делаю! – И, обернувшись к казакам, спросил со страхом: – Чего изволите, казаки?

– Два коня под седлом, оружие и одежду! И, конечно, харч отменный!

– Да что вы такое говорите, паны казаки? Откуда у...

– Заткни пасть! – толкнул того ладонью в лицо Карпо. – Награбил достаточно, так что поторопись, стерва!

Демид неторопливо вытащил саблю из ножен.

– Вразумел, паны казаки!

Идёмте в конюшню! Я мигом!

– И не вздумай всучить нам одров, Панас, – Демид многозначительно приподнял клинок турецкой сабли.

Староста торопливо выводил из конюшни двух коней, тащил сёдла. Трясущимися руками помогал седлать.

Не называя друга по имени, Демид сказал:

– Бери Панаса, идите в дом, и получи харч и одежду. Я тут сам управлюсь.

Карпо толкнул Панаса кулаком в бок, взял у Демида саблю и растворился в темноте двора.

Друзья молча трусили рысью по влажной дороге. Пыль почти не поднималась, прибитая обильной росой. Восток светлел. Скоро будет виднее. Уже сейчас взору открывались тёмные дали с рощами по берегам речушек и болот. Возделанные поля окончились, дорога становилась всё уже.

– Вот упёртый Панас! – уже второй раз заговорил Карпо. – Чуть не уговорил меня. Никак не хотел расставаться с монетами. Оружие отдал, а монеты – никак!

– Я и забыл про монеты, Карпо, – отозвался с неохотой Демид. – Сколько выцыганил у этого скряги?

– Хрен его знает! Посветлеет, тогда и посчитаем. Должно хватить на дорогу. А сапоги подошли, Демид?

– В самый раз, Карпо! А что хозяин не вышел проводить нас?

– Да не схотел расставаться с бабой, Демид, – с недоброй усмешкой ответил Карпо.

Демид повернул голову к Карпо, но ничего не заметил. Вздохнул, поняв, что сделал Карпо.

К восходу солнца отъехали вёрст на шесть-семь. Впереди с пригорка заметили хаты деревеньки, укрытые зеленью деревьев. С двух сторон деревеньку обтекала ленивая речка в обрамлении тёмных кустов и редких деревьев.

– Не стоит нам появляться в деревне, Карпо, – молвил Демид.

– Спустимся правее, там вроде роща виднеется и овраг. Версты две с гаком. Переждём там. Отдохнём малость.

Друзья поспешили скрыться – телеги и люди уже выходили из деревни на работы и могли заметить беглецов.

Уставшие лошади понуро шагали к темневшему уже близко оврагу. Он принял путников под свои тенистые пологи. По дну тихо журчал хилый тонкий ручей с прохладной вкусной водой.

– Пусть кони попасутся, а мы поедим и отдохнём. Вчерашняя попойка ещё полностью не испарилась, – и Демид тяжело слез с лошади.

Они спали по очереди. Сделали себе подстилку из травы и потников, следили за конями, перебирая в головах события последних суток.

Демид, разбудив друга, предложил:

– Наверное стоит податься на Сечь, Карпо. Иначе легко можно угодить в лапы к ляхам.

– А что можно придумать лучшего? Поехали на Сечь. Не прогонят?

– Устроимся как-нибудь. Зато спокойно переждём, пока про нас не забудут.

– Тебе хорошо, а я бывший реестровый казак, могут не принять, – усомнился Карпо.