Глаза дракона
Шрифт:
Слуга постучал и вошел.
«Я разбил бокал, — сказал Флегг, указывая на осколки. — Убери это. Только возьми щетку, болван, не то пожалеешь».
Глава 10
Он вылил яд в последний момент потому, что понял: его могут поймать. Если бы король чуть меньше любил молодую жену, у Флегга был бы шанс. Но он боялся, что Роланд не успокоится, пока не найдет убийцу, и уже представлял свою голову на шесте над стеной замка. За такое король жестоко отомстил бы любому. Даже ему.
Так Саша
Но в тот раз Саша победила, хотя потом Флеггу и удалось взять верх.
Глава 11
После того, как Флегг завел речь о кукольном доме и о том, что принц может стать неженкой, король незаметно вошел в спальню покойной королевы и стал смотреть на играющего сына. Он стоял у двери, нахмурив брови, и напряженно думал, чувствуя, как камушки перекатываются у него в голове.
Он видел, что Питер рассказывает сам себе истории о кукольном доме, и истории эти вовсе не девчачьи. В них шла речь о битвах, о крови, о драконах — о том, что волновало самого короля, и ему вдруг захотелось самому присоединиться к сыну в его игре и сочинить еще более удивительные истории. И еще он увидел, что Питер, играя с домом Саши, продолжает вспоминать о ней, как и сам Роланд, который страшно горевал о своей жене. Иногда ему хотелось плакать. Конечно, короли не должны плакать, но два раза он все же просыпался на мокрой от слез подушке.
Король незаметно вышел из комнаты и всю ночь пролежал без сна, размышляя о том, что видел. И, как ни трудно было ему отказать Флеггу, наутро он вызвал чародея и сказал ему, что рассмотрел вопрос и решил, что Питер может играть с кукольным домом сколько пожелает. Он сказал, что это не принесет мальчику никакого вреда.
Сказав это, он ждал возражений Флегга. Но возражений не было. Флегг только поднял брови и сказал: «Ваша воля — закон, сир».
Роланд по его тону понял, что чародей недоволен, но был рад, что легко отделался. Когда в тот же день Флегг предложил повысить налог с фермеров Восточного бароната, несмотря на то, что засуха погубила почти весь их урожай, король охотно согласился.
Впрочем, упрямство старого осла (так Флегг про себя называл короля) в вопросе о кукольном доме казалось чародею смешным. Повышение налогов было куда более важным делом. К тому же его утешал один глубоко спрятанный секрет. В конце концов он все-таки убил Сашу.
Глава 12
Когда королева или другая женщина благородной крови готовится произвести на свет ребенка, всегда зовут повитуху. Ведь все доктора мужчины, а мужчине не годится в этот момент быть рядом с женщиной. Питера приняла повитуха Анна Криволицая с Третьей южной улицы. Когда пришло время Томаса, ее позвали опять. К тому времени Анна овдовела, и ей было уже за пятьдесят. У нее был сын, и в двенадцать лет он заболел трясучкой, от которой умирают после нескольких лет ужасных страданий.
Она
«Я вылечу твоего сына», — сказал он.
Уродливое лицо Анны Криволицей осветилось такой радостью, что сделалось на миг красивым, «Господин! — выдохнула она, не в силах больше ничего сказать. — О, господин!»
Но белое лицо Флегга в тени капюшона оставалось бесстрастным, и страх опять проник в ее душу.
«Чем ты отплатишь мне за это?» — спросил он.
«Чем угодно! Просите чего вам угодно, господин!»
«Я попрошу об одной услуге, — сказал он. — Сделаешь?»
«С превеликой радостью!»
«Я еще не знаю, что это. Когда придет время, я тебе скажу».
Она упала на колени, и в этот раз он наклонился к ней. Капюшон упал, и ей открылось его лицо — белое лицо трупа с черными дырами вместо глаз.
«И если ты откажешь, когда я попрошу…»
«Я не откажу! О мой господин, я не откажу! Клянусь жизнью моего мужа!»
«Ладно. Приведи ко мне своего сына сегодня, когда стемнеет».
Она так и сделала. Бедный мальчик дрожал, его голова непрерывно тряслась, глаза закатились. Изо рта стекал ручеек слюны. Флегг дал ей мензурку с темно-фиолетовой жидкостью.
«Дай ему это. Он обожжет губы, но пусть выпьет все до капли. А потом забирай его и убирайся».
Она всунула мензурку в рот сыну и наклонила ее. Он, давясь, проглотил содержимое и упал на пол, корчась от боли.
«Забирай его», — повторил Флегг.
«Забир-рай!» — прокричала одна из голов попугая.
«Забир-рай дур-рака!» — поддержала ее другая.
Она увела сына, уверенная, что Флегг дал ему яд. Но на другой день трясучка прошла, и вскоре мальчик выздоровел окончательно.
Прошли годы. Когда Саша готовилась родить Томаса, Флегг позвал повитуху к себе и что-то прошептал ей. Они были одни, глубоко под землей, но и там он не решился сказать вслух то, что он сказал.
Лицо Анны побелело, но она помнила слова Флегга:
«Если ты откажешь…» И разве у короля не останутся два сына? А если он захочет жениться еще раз, то в Делейне много красавиц.
И она пошла к Саше, и успокаивала ее во время родов, и никто не увидел, как в решающий момент в руке у нее блеснул маленький ножик. Через миг Анна крикнула: