Глаз в небе
Шрифт:
— Есть несогласные? — обвел собравшихся ястребиным взором Артур Сильвестр.
— Нет, — пискнула Марша. — Никто не спорит.
— А как вы, миссис Притчет? — спросил Гамильтон. — Что скажете?
— Конечно, ее надо усыпить, — откликнулась миссис Притчет. — Бедняжка!
— Бедняжка?!
— В этом мире ей приходится жить. Ужасный, безумный мир. Представьте себе… Год за годом. Мир, полный иллюзорных врагов, каждодневный, непрекращающийся кошмар.
Не сводя глаз с заколоченной двери
— А та штуковина не доберется до нас?
— Нет, — успокоил его Лоуз. — Не сможет. Она останется там, пока не подохнет с голоду. Или до тех пор, пока мы не прихлопнем мисс Рейсс.
— Значит, все согласны! — подытожил Гамильтон. — Это уже хорошо.
Единственный мир, в котором не хочет оставаться никто.
— Решить-то мы решили, — сказала Марша, — но как задуманное осуществить?
— Неплохой вопрос, — хмыкнул Артур Сильвестр. — Это будет непросто.
— Ничего невозможного нет, — пожал плечами Джек. — Ведь справились же мы с вами. Да и с Эдит Притчет разобрались в конце концов.
— А вы обратили внимание, — задумчиво произнес Сильвестр, — что всякий раз выбираться становится труднее? Теперь мы не возражали бы вновь очутиться в мире миссис Притчет…
— Когда мы были у нее в гостях, — мрачно заключил Макфиф, — то хотели вернуться к вам.
— К чему вы клоните? — с беспокойством спросил Гамильтон. — Не исключено, что у нас опять возникнет подобное желание, — ответил старый ветеран, — когда попадем в следующий мир.
— Следующий будет настоящим! — воскликнул раздраженно Джек. — Рано или поздно мы выскочим из этой крысиной гонки.
— Но только не сейчас, — покачала головой Марша. — Нас всего восемь, а мы побывали лишь в трех… Значит, нам предстоит еще пять раз окунаться в безумие?
— Да, мы в самом деле три раза прогулялись по Дантову аду, — вздохнул Джек, искоса глянув на жену. — Это три герметических мира, никак не соприкасающихся с действительностью. До сих пор нам не везло, мы были не больше чем пленники. Однако не все же из нас шизоиды? Надеюсь, остальные не блуждают по темным лабиринтам своих фобий и кошмаров. Или, по крайней мере, не возводят их в абсолют.
После долгой паузы Лоуз заметил:
— Ну и ловкий же ты сукин сын!
— Я попытался обрисовать примерный расклад, не более того…
— Возможно.
— Это, кстати, касается и тебя.
— Ну уж нет!
— Ты, — бросил ему Джек, — невротик и циник, но в то же время — реалист. Как и я, как Марша, Макфиф, Дэвид… Все мы существуем вне пределов собственных иллюзий, не переносим их на окружающую реальность.
— О чем вы говорите, мистер Гамильтон? — обеспокоенно заерзала миссис Притчет. — Я не понимаю.
— Я и не ждал, —
— Интересно, — оживился сидевший до этого с видом упившегося удава Макфиф. — Ты, возможно, и прав. Я соглашусь насчет тебя, себя и Лоуза, а также мальчишки. Но что касается Марши — нет. Простите, миссис Гамильтон. Марша побледнела.
— Вы ничего не забыли, да?
— Я представляю себе мир ваших фантазий.
— Я, заметьте, тоже!
Побелевшие губы Марши дрожали, вместо слов с них срывались нечленораздельные звуки:
— Вы… человек… вроде… грязи..
— О чем они? — резко спросил у Гамильтона Лоуз.
— Не важно, — дернул плечом Джек.
— Может, и важно! В чем дело?
Марша посмотрела на мужа:
— Я не боюсь — пусть уж все знают. Если Чарли так хочется поднять всю муть со дна.
— Называйте как угодно. Пусть даже и «муть». Все равно надо обсудить, — упрямо гнул свое Макфиф. — От этого зависят наши жизни.
— Маршу обвинили, что она якобы коммунистка. — Голос Джека дрогнул.
— Донос обнародовал Макфиф. Разумеется, абсурд полный.
Лоуз поскреб подбородок, пожевал губами, раздумывая.
— Вещь довольно серьезная. Нет особого желания очутиться в очередном кошмаре.
— А ты и не очутишься, — заверил его Гамильтон.
Гримаса исказила темнокожее лицо Лоуза, будто ему только что врезали под дых.
— Однажды ты уже подставил меня, Джек.
— Я сожалею.
— Не стоит. Наверное, ты был прав. Я недолго бы наслаждался ароматами мыловарни. Но… — Он пожал плечами. — Но в принципе ты редкостная сволочь. Прежде чем мы выберемся… — Он оборвал себя:
— Ладно, хватит о прошлом. Надо думать о том, где мы сейчас. Нас тут явно не клубникой собираются кормить.
— Погоди, осталась одна вещь…
— Что еще?
— Спасибо, что вытащил меня.
Лоуз кисло улыбнулся:
— Все в порядке. Вид у тебя был неважный, когда ты там сидел на ступеньке. Я в любом случае спустился бы, даже если б точно знал, что меня ожидает. С той мерзостью внизу одному не справиться.
Марша поднялась и направилась в кухню, бросив на ходу:
— Я поставлю кофе. Кто-нибудь хочет есть?
— Я здорово проголодался, — сразу отозвался Лоуз. — Мчался сюда прямо из Сан-Хосе, когда исчезла мыловарня.
— Что осталось на ее месте? — не без сарказма спросил Джек, когда все побрели на кухню вслед за Маршей.
— Что-то непонятное. Похожее на инструментальный завод. Щипцы, пинцеты, все звякает и блестит, как в хирургическом кабинете. Я прихватил пару штук посмотреть на досуге, но так ничего и не понял.
— Несуществующие изделия?