Глаз голема
Шрифт:
– Пожалуйста, сэр… – тихо-тихо пролепетала девочка. – Мы испугались…
– Ах, как остроумно! Немиадес… Думаю, Черная Молотилка тут будет в самый раз, а?
Китти услышала потрескиванье гигантских пальцев и задумчивый голос:
– А на какой скорости? Эти двое меньше среднего веса.
– Думаю, на достаточно суровой, как тебе кажется? Машина была очень дорогая. Займись-ка.
И волшебник, похоже, счел свою роль в этом деле завершенной. Он развернулся, не вынимая рук из карманов, и, прихрамывая, направился обратно к калитке.
Быть может, они сумеют смыться…
– Бежим!
Лицо у него сделалось мертвенно-бледным. Китти еле разобрала его слова:
– Нет смысла. Мы не сможем…
Он выпустил ее футболку и стоял, безвольно уронив руки. Цокот когтей.
– Повернись ко мне лицом, дитя.
На миг Китти пришло в голову, что можно бросить Якоба и убежать одной. Сбежать с моста, скрыться в парке… Но она тут же устыдилась этой мысли и себя самой за эту мысль. Она повернулась и уставилась в лицо твари.
– Вот так лучше. Для Молотилки предпочтительно поддерживать зрительный контакт.
На обезьяньей роже не было заметно особой злобы – разве что легкая скука.
Китти, справившись со страхом, умоляюще подняла руку:
– Пожалуйста, не обижайте нас!
Желтые глаза расширились, черные губы грустно выпятились.
– Боюсь, это невозможно. Я получил приказ, а именно: подвергнуть вас двоих наказанию с использованием Черной Молотилки, – и я не могу не выполнить его, не подвергнувшись большой опасности. Неужели вы хотите, чтобы меня подвергли Испепеляющему Пламени?
– По правде говоря, я бы предпочла именно это…
Демон дернул хвостом из стороны в сторону, как рассерженная кошка, после чего согнул ногу и почесал внутреннюю сторону противоположного колена длинным когтем.
– Несомненно. Ну что ж, ситуация неприятная для нас всех, не будем же ее затягивать.
И поднял руку.
Китти обхватила Якоба за талию. Сквозь тело и ткань она чувствовала, как колотится его сердце.
В точке перед растопыренными пальцами демона возникло расширяющееся кольцо серого дыма, которое устремилось к ним. Китти услышала, как завизжал Якоб. Она еще успела увидеть красно-оранжевое пламя, бьющееся в центре дымного кольца, а потом ей в лицо ударило жаром, и все потемнело.
6
– Китти… Китти!
– А?
– Проснись! Пора уже!
Китти подняла голову, поморгала, вздрогнула – и очнулась. На нее нахлынул шум театрального антракта. В зрительном зале зажегся свет, перед сценой опустился большой фиолетовый занавес. Публика распалась на множество отдельных краснолицых людей, медленно пробирающихся между рядами. Волны звука накатывали и бились о виски, как прибой о скалу. Девушка встряхнула головой, чтобы прийти в себя, и взглянула на Стенли, который перегнулся через спинку кресла соседнего ряда и смотрел на нее иронически.
– Ой! – сказала она смущенно. – Да-да, я готова.
– Сумка. Сумку не забудь.
– Когда такое было, чтобы я что-то забывала?
– А когда такое было, чтобы ты заснула посреди бела дня?
Тяжело дыша, Китти отбросила со лба длинную прядь волос, нагнулась за сумочкой и тут же встала, чтобы пропустить мужчину,
Проходы в партере были набиты битком: кто торопился в буфет, кто в туалет, кто – к стоящей у стены мороженщице. Продвигаться в любом направлении было непросто: все это напомнило Китти рынок скота, где стадо медленно гонят по лабиринту из бетонных столбов и металлических прутьев. Девушка глубоко вздохнула и нырнула в людское стадо, то бормоча извинения, то ловко работая локтями. Она пробиралась между спинами и животами в сторону двустворчатых дверей.
На полпути к дверям кто-то похлопал ее по плечу. Обернувшись, она увидела ухмыляющуюся физиономию Стенли.
– Что, видно, не нравится тебе спектакль?
– Нет, конечно. Чушь собачья.
– Ну, все же была там пара приятных моментов.
– Для тебя – разумеется.
Стенли присвистнул от притворного удивления.
– Ну, зато я не дрых на работе!
– Работа, – отрезала Китти, – только начинается!
Со стиснутыми зубами и растрепанными волосами она вывалилась наконец в боковой коридор, огибавший зрительный зал. Теперь она злилась на себя – и за то, что заснула, и за то, что так легко поддалась на насмешки Стенли. Он ведь всегда высматривает любые признаки слабости и пытается этим воспользоваться, чтобы подчинять себе других людей; а этот случай даст ему дополнительное оружие. Китти раздраженно встряхнула головой. Забудь об этом, сейчас не время.
Она просочилась в фойе. Оттуда многие зрители выходили на улицу, выпить чего-нибудь холодненького и полюбоваться летним вечером. Китти присоединилась к ним. Небо было темно-синим, сумерки потихоньку густели. Дома напротив были увешаны яркими флажками и стягами в честь предстоящего государственного праздника. Слышался звон стаканов, людской смех. Трое молодых людей прошли сквозь веселящуюся толпу молча, не теряя бдительности.
Дойдя до угла, Китти взглянула на часы.
– У нас пятнадцать минут.
– Тут есть несколько волшебников, – сказал Стенли. – Видишь старуху, что хлещет джин, – вон ту, в зеленом? У нее в сумке что-то есть. И аура мощная. Можно спереть.
– Нет. Будем придерживаться плана. Давай, Фред.
Фред кивнул. Достал из кармана своей кожаной куртки сигарету и зажигалку. Прошел вперед еще немного, встал на углу, так, чтобы видеть переулок, и, закуривая, окинул его взглядом. Очевидно, удовлетворенный увиденным, он, не оборачиваясь, скрылся в переулке. Китти со Стенли двинулись следом. В переулке находились магазины, бары и рестораны. Довольно много народу прогуливалось по тротуарам, дыша свежим воздухом. На следующем углу Фред достал еще одну сигарету и приостановился, чтобы ее зажечь, одновременно внимательно оглядевшись по сторонам. На этот раз его глаза сузились и он вразвалочку зашагал обратно, туда, откуда пришел. Китти со Стенли деловито разглядывали витрины – счастливая парочка, держащаяся за руки. Мимо прошел Фред.