Гламорама
Шрифт:
— Просвети меня, уж будь любезен.
— Главное в Super Mario — это жизнеподобие.
— Продолжай, — говорит Элисон, рассматривая ногти. — Боже мой, ну чего я тебя слушаю?
— Или ты убиваешь, или тебя.
— А, вот оно что.
— Времени в обрез.
— Кто бы сомневался.
— И в самом конце, зайка, ты… остаешься… совсем один.
— Верно. — Элисон встает. — Ладно, Виктор, я вижу, что тебе удалось ухватить самую сущность наших с тобой отношений.
Она исчезает в стенном шкафу, который больше самой спальни.
— Если бы «Worth» решил взять
— Боюсь, что все это лежит за пределами твоего жизненного опыта, — бормочу я. — Угадал?
— Где ты ужинаешь сегодня?
— С чего это ты спрашиваешь? А Дамьен куда подевался?
— В Атлантик-Сити. Поэтому мы можем пообедать вместе. Я уверена, что Хлое прямо-таки измоталась, pauvre chose [11] , после всех этих дурацких сегодняшних показов.
11
Бедняжка (франц.).
— Не могу, — отзываюсь я. — Мне нужно пораньше завалиться спать. Я вообще никуда ужинать не пойду. Мне еще, блин, надо проверить рассадку гостей за столами.
— Ах, зайка, но я так хотела пойти сегодня вечером в «Nobu», — хныкает она из шкафа. — Я хочу ролл с темпурой из мальков креветок!
— Ты сама как ролл с темпурой из мальков креветок, зайка! — хныкаю я в ответ.
Телефон звонит, включается автоответчик, на котором вместо сообщения записан кусок из новой песни Portishead, затем раздается писк.
— Привет, Элисон, это Хлое! — Я закатываю глаза. — У нас с Шалом и Амбер какая-то стрелка с Fashion TV в отеле «Royalton», после чего я ужинаю с Виктором в «Bowery Bar» в девять тридцать. Я так устала… весь день показы. Ну ладно, видать, тебя дома нет. Еще перезвоню — да, кстати, у меня есть для тебя проходка на завтрашний показ Тодда. До скорого.
Автоответчик выключается.
В шкафу на некоторое время все смолкает, затем раздается тихий голос, полный нескрываемой ярости:
— Так значит, тебе еще нужно проверить рассадку гостей за столами? И-по-рань-ше-за-ва-лить-ся-спать?
— Ты не можешь заставить меня жить в твоем пент-хаусе, — говорю я. — Я возвращаюсь обратно к своему плугу. [12]
— Так ты с ней ужинаешь?— наконец срывается на визг Элисон.
— Солнышко, в первый раз об этом слышу!
Элисон появляется из шкафа с сари от Todd Oldham в руках и ждет моей реакции, демонстрируя мне наряд: довольно навороченная вещичка — черно-коричневая, без бретелек, с узорами в духе индейцев навахо и с флуоресцентными вставками.
12
Строчки
— Это Todd Oldham, зайка, — наконец изрекаю я.
— Завтра вечером я буду в нем. — Пауза. — Это оригинал, — шепчет она обольстительно; глаза ее блестят. — Твоя подружка рядом со мной будет выглядеть как полное дерьмо!
Элисон подходит ко мне, выхватывает пульт у меня из рук, включает на видео клип Green Day и танцует перед зеркалом дизайна Vivienne Tam с платьем в руках, любуясь своим отражением, а затем начинает без особого энтузиазма крутиться перед зеркалом. Вид у нее очень счастливый, но при этом весьма напряженный.
Я изучаю свои ногти. В квартире так холодно, что окна покрылись изморозью.
— Это меня знобит, или тут и правда так холодно? Элисон прикладывает к себе платье в последний раз, взвизгивает как ненормальная и кидается обратно в шкаф.
— Что ты говоришь, зайка?
— Ты знаешь, что витамины укрепляют ногти?
— Кто тебе это сказал, зайка?
— Хлое, — бубню я, обгрызая заусенец.
— Эта бедняжка? Боже мой, какая она дурочка!
— Она только что вернулась с вручения премий MTV. У нее не так давно был нервный приступ, ты же знаешь, так что не суди ее строго.
— Ну что ты, — отвечает из шкафа Элисон. — С героином-то она завязала, я правильно поняла?
— Прояви немного терпения. У нее сейчас крайне нестабильная психика, — говорю я. — И с героином она действительно завязала.
— Ну, ты-то ей вряд ли в этом сильно помогал.
— Не надо, именно я ей больше всех и помог, — говорю я. — Я сел на край кровати, разговор принял намного более волнующий меня оборот. — Если бы не я, Элисон, она могла бы умереть.
— Если бы не ты, тупица, она не стала бы в первую очередь колоться этим гребаным героином.
— Чтобы ты знала, ничем она не кололась, — подчеркиваю я. — Это была чисто нюхательная привычка. — Пауза, я снова изучаю свои ногти. — У нее сейчас крайне нестабильная психика.
— Да. Скорее всего это означает, что стоит ей найти угорь у себя на лице, как она бросается кончать жизнь самоубийством.
— Эй, любая на ее месте расстроилась бы не меньше. — Я сажусь уже на самый краешек кровати.
— Свободных мест нет. Свободных мест нет. Свободных…
— Я бы хотел тебе напомнить, что и Аксель Роуз, и Принц написали про нее по песне каждый.
— Ага, «Welcome to the Jungle» и «Let's Go Crazy», — Элисон выходит из шкафа, закутанная в черное полотенце, и машет мне рукой, закрывая тему. — Я все это слышала, я все это знаю — она, видите ли, была просто создана для модельного бизнеса.
— Ты, наверное, считаешь, что проявления ревности вызывают у меня эрекцию?
— Да нет, я знаю, что у тебя встает только на моего бой-френда.
— Брось, я никогда не стал бы этим заниматься с Дамьеном.
— Господи, как всегда ты все понимаешь слишком буквально.