Гладиатор
Шрифт:
– Десять золотых!
– заломил цену кучер.
– Поймите меня, блистательный! Если я с вами поеду, то и сам до утра останусь на этом постоялом дворе. Не будет заработка, наоборот, самому придется платить. А возвращаться одному в темноте через весь Алькар... Да меня несколько раз зарежут!
– Держи, - согласился Лар и отсыпал ему золото.
– Учти, что мы спешим, так что не ленись работать кнутом.
Кучер не слез с козел, поэтому не увидел, как они, бросив копья, садились в экипаж, и не узнал, что везет гертов. Когда закрыли дверцу, он взмахнул кнутом, и лошади
– Не скажете, как вам удалось бежать?
– спросил Сергея осмелевший Лар.
– Я не слышал и нигде не читал о том, что были удачные попытки. И почему вас так мало?
– Остальные отказались бежать, и мы их заперли в казарме, - ответил парень.
– Вы не могли бы поспособствовать, чтобы их не наказывали? Они не могли нам помешать или как-то предупредить охрану.
– А почему вы о них беспокоитесь?
– удивился он.
– Там были одни земмы или еще и герты?
– Я не отношусь с презрением к земмам только на том основании, что они сильно от нас отличаются, - ответил Сергей.
– В казарме остались земмы, но мне будет неприятно, если они из-за нас пострадают.
– Ничего не могу обещать, - сказал Лар.
– У нашей семьи много власти, но не над чужой собственностью. Решать, наказывать своих рабов или нет, будет их хозяин. Если он пострадает, то постарается на ком-нибудь отыграться. Вас уже не схватят, поэтому я думаю, что их казнят.
После этого разговора ехали молча до самой заставы. На выезде из столицы мощенный булыжником тракт перешел в грунтовку. В этом месте дорогу перегораживала рогатка, с которой должны были управляться трое находившихся в небольшой караулке солдат. Они услышали шум экипажа и, разобрав копья, вышли из домика.
– Почему так поздно?
– недовольно спросил один из них кучера.
– Куда тебя несет ночью? В такую темень даже разбойники не ездят.
– Я тоже в эту поездку не рвался, - раздраженно ответил не склонный шутить кучер.
– Открывайте рогатку! Со мной едет сам сын главы Сената!
– А может, сам глава?
– заржал другой солдат.
– Мне придется выйти, - тихо сказал Лар бывшим гладиаторам.
– Если я этого не сделаю, они проверят экипаж и увидят, кого я везу. Не будьте такими подозрительными, куда я отсюда убегу? Эти солдаты не помешают вам воткнуть в меня кинжал.
– Пусть идет, - сказал Сергей схватившему пленника за руку Лансу.
– Лучше не доводить до драки, а он бегает не быстрее кинжала.
– Вам что было сказано?
– сердито закричал на солдат соскочивший с подножки экипажа Лар.
– Я должен сам открывать вашу рогатку? Если хотите, чтобы начальство завтра обработало ваши задницы...
– Как же так, блистательный?..
– растерянно спросил старший из солдат.
– Ночью покидаете столицу и без эскорта... А если что-нибудь случится?
– Со мной охрана, - снизошел до объяснений Маррой, - и еду я только до постоялого двора. Все остальное
Солдаты бросили копья и побежали к рогатке, а Лар вернулся в экипаж.
– Как видите, я с вами честен, - сказал он Лансу.
– Надеюсь, что мне не придется в этом раскаиваться.
Покинув город, два часа ехали по едва видневшемуся тракту. Шагов на тридцать по обе стороны от него были вырублены все деревья и кусты, а дальше чернел лес. Показавшийся по правую руку постоялый двор был огорожен высоким забором из-за которого выглядывала крыша большого здания.
– Стой!
– крикнул кучеру Ланс и, открыв дверцу, спрыгнул на дорогу.
– Выгружайтесь, парни, дальше пойдем пешком. Сергей, не забудь забрать у патриция кошелек.
– А как же лошади?
– не понял Сарк.
– На тракте нам никто лошадей не продаст, - объяснил Ланс, - а на постоялый двор я и сам не пойду, и тебя не пущу. Вся честность нашего пленника из-за страха за свою жизнь. Боюсь, что когда он очутиться за забором, страха станет меньше, потому что мы этот постоялый двор штурмом не возьмем. Есть и еще один момент. Наверное, ты хорошо ездишь на лошади, а мы лошадей видели только на картинках, поэтому не будет никаких скачек. А если ехать шагом, то я лучше пойду пешком. Без лошадей намного меньше мороки. Нам придется прятаться в лесу, а в нем с лошадьми далеко не уйдешь. И с кормлением будут сложности.
– Я бы мог заезжать на такие дворы и покупать овес, - сказал Сарк, - но насчет леса ты прав. Я всегда охотился пешком и добычу нес сам. Ладно, обойдемся без лошадей.
– Никуда ты не будешь заходить, - сказал Сергей.
– Может, Лар и не собирается нас ловить, но он в столице не один. Я думаю, что желающих содрать с нас шкуры будет много. Бежать можно только по тракту, поэтому по нему пошлют гонцов, а со сменными лошадьми они через два дня будут в Парме и на каждом постоялом дворе оставят твое описание.
– А как же я?
– спросил сидевший в экипаже Лар.
– Счастливо оставаться, патриций, - помахал ему рукой Сергей.
– Жизнь мы вам оставили, а деньги вам не нужны. Можете прямо сейчас возвращаться в Алькар, а если кучер не захочет ехать ночью, он вас отвезет днем.
– Надо решить, чем будем питаться, - сказал Ланс, когда отошли от постоялого двора.
– Вы смотрели, что в кошельках? Одно золото, или есть серебро?
– Судя по весу, золото, - ответил Сарк.
– А зачем тебе серебро?
– Для крестьян. Если нельзя появляться на постоялых дворах, то ты можешь рискнуть зайти в какую-нибудь деревню. Лука у нас нет, к тому же не хочется тратить время на охоту.
– Крестьяне возьмут и золото, - сказал Сарк.
– Не знаю, как в здешних местах, но у наших крестьян были луки, так что и здесь можно попытаться купить. Вряд ли решатся вредить вооруженному земму.
– Идем, пока не рассветет, - решил Ланс, - а потом забираемся в лес и отдыхаем. Днем будем идти по кромке леса и прятаться каждый раз, когда кого-нибудь встретим. Как только наткнемся на съезд в деревню, пошлем тебя за продуктами, а сами покараулим у околицы.