Гладиатор

Кисина Карина

Неделя подходила к концу, а с ней приближалась наша с Аней разлука. Все чаще я замечал грусть в ее глазах, но с приходом Ларисы она преображалась. Светились радостью ее глаза, она ловила каждый взгляд и жест своей названной матери.

За день до отбытия, нас с Анютой пригласили к себе Карловы. Мы ночевали у них в доме. Дом казался опустевшим. Он выглядел жалко без всех вещей, фотографий.

Вечером меня позвала Лариса. С присущей только ей доброй улыбкой она заверила меня, что я у них всегда буду желанным гостем. Карлова настаивала, чтобы я обязательно приезжал к ним. А также заверила меня, что

Анюта с ними в безопасности и, что они уже любят ее как дочь. При этом разговоре, очень трудно было сдержать слезы, у Ларисы это и не получилось, поэтому закончился наш разговор объятиями и мокрыми платочками.

Нет ничего тяжелее расставания. Даже понимание необходимости этого, не избавляет от страданий. Про себя решив не показывать Анюте своей горечи, я постарался быть веселым и остроумным. Так разговаривая за ужином, мы не заметили, как потемнело. После этого ужин стал походить на траурный обед. Боясь, встречается со всеми взглядом, я заспешил в гостевую спальню, которая неоднократно принимала меня на ночевки.

Поспать мне почти не удалось, поэтому утром я был еще более разбитым.

Стук в дверь раздался, когда я был в ванной.

– Макс, ты в ванной?

– Да Ань, я сейчас.

Когда я вышел с ванной, она обняла меня и сказала:

– Мы так грустим, как будто больше не увидимся! Пообещай мне, что приедешь не позже, чем через месяц.

Я помотал головой, сдерживая ненавистный комок в горле.

– Тогда через два?

– Обещаю, - выдавил я.

– Если не явишься, то я приеду, несмотря на свое хрупкое здоровье.

Мы посмеялись вместе, еще раз обняв меня, она вышла.

Еще через час мы были в аэропорту, откуда на специализированном самолете перевезут сестру на другой конец страны. Мне разрешили проститься с ней возле трапа самолета.

Не говоря ни слова, мы обнялись, а Анюта клюнула меня в щеку и унеслась прочь.

Я смотрел как взлетают самолеты и гадал, как мне выкроить время, для поездки в Санкт-Петербург. Одернув себя, я посмеялся над собой. Еще не показав себя, не участвовал ни в одних боях, я прихожу к Косому и прошу отпуск - то-то он посмеется!

Все, что мог для сестры я сделал. У нее есть сердце, семья и дом. А я должен работать

Всего себя я отдал работе. Тренировки, тренажерный зал, снова тренировки... Но мне это нравилось. Уже и мишка просил меня остановиться, что доставляло мне удовольствие. Косой стал нагружать меня и иной работой. У него появились для меня разные мелкие поручения, смысла которых я не всегда понимал, но предпочитал не вникать слишком глубоко. Несколько раз я доставлял кейс скользкому типу, по кличке Лом, перевозил машины с места на место, передавал деньги каким-то дельцам. Я не видел в этом ничего плохого.

В один из зимних вечеров, Мишка ворвался в зал с победным криком, возвещая о начале новых игр. Бои должны были длиться неделю или около того, собирая толпы зрителей (естественно очень надежных и проверенных).

Я в этих играх должен был принять участие только для разогрева публики, как мне сказал Старков. К большой игре я был не готов, но меня заводило даже это.

Наконец я покажу на деле, на что я способен.

До начала оставалась всего неделя, но этого было достаточно для волнений и переживаний донимавших меня.

Не хотелось бы мне разочаровать Косого, да он бы и не позволил мне это сделать.

Мишка насмехался надо мной, как и всегда, но помогал во всем. Как то вечером, упражняясь с ним на ринге, нас позвал к себе Косой. Я, по обыкновению, испугался, а Михаил на этот раз без смеха, сказал, что это из-за игр. Так и вышло.

– Воронцов, - начал он, - неделя до игр. Это серьезно. Мы подходим к боям с художественной точки зрения. Важно все: одежда, прическа, обувь и даже история из прошлого. В общем завтра начнем работать над твоим образом. Я придумал тебе имя.

– Какое же?
– удивился я.

– Ты начал свою карьеру весьма оригинально, поэтому я назвал тебя Волкодав.

– Волкодав?
– скривился я, но спорить не стал.

– Завтра начнешь со стилиста, - бросил Косой Мишке, теряя ко мне интерес.

Михаил вывел меня из кабинета, посмеиваясь.

– Эй, что смешного? Сам, небось, не лучше?
– обиделся я.

– Геркулес, - с достоинством ответил друг, вновь заржав как лошадь.

На Мишку обижаться - гиблое дело, поэтому я проглотил свое новое имя.

Завтра меня ждало много интересного. Но я с радостью ожидал этого момента.

Глава 6

Обучение

Утро выдалось неудачное. Меня разбудил скрежет тормозов и удар, последующий за ним. Случилась авария, почти под моими окнами. Заснуть после такого я уже не смог. Затем вой сирен и людской гомон завершили начатое. Душ встретил меня ледяной водой. Наскоро помывшись, бриться я не стал.

К тому времени, когда нужно было выходить из дому, я был вне себя. Думать о том, что ждет меня на работе и вовсе не хотелось. Выходя из дому, я услышал сигнал моего старенького ноутбука. Он сообщал о новом письме.

Сердце ускорило бег. Анюта!

Кликнув на него, я прочел:

" Дорогой брат! Нет человека счастливее меня. Я в лучшем месте на земле. Этот город - сказка! Что может быть лучше? Только новые родители, которых нам послала судьба. Да! Я считаю их своими родителями. Так они мне стали дороги, что описать это - нет сил. Единственного мне не хватает в этом раю - тебя брат. Я надеюсь, ты не думаешь, что стал для меня менее родным и любимым братом?!

Молю тебя приезжай к нам хоть на денек. Хочу увидеть и обнять тебя, кажется, я не делала этого лет сто. Хочется поговорить с тобой, как раньше - обо всем на свете. Я целый день думаю о том, что я должна тебе рассказать, боясь что-либо упустить.

Завтра приезжает сын Карловых. Они с такой теплотой говорят о нем, что мне не терпится увидеть этого джентльмена. Тетя Лара на завтрашний вечер готовит шикарный ужин, а я пыталась не мешать ей, пока она не доверила мне убрать гостиную.

Дядя Леша пропадает на работе, но я его не виню, хоть мы с тетей Ларисой и скучаем без него. Он делает важную и нужную работу. Ведь я обязана ему своей жизнью, каждым ударом своего сердца, которое он починил.

Макс! Я знаю, что ты занят, но я тебя очень люблю и жду, когда ты навестишь свою сестру".