Гладиатор Гора
Шрифт:
— Если бы госпожа и я были обе рабыни, как ты думаешь, кто из нас был бы красивее?
— Не знаю, — ответил я, — я бы поставил вас обеих, нагих и в ошейниках, рядом и сравнил.
— Это было бы трудно сделать, — засмеялась она.
— Почему?
— Так.
— Почему? — настаивал я.
— О! — Она произнесла это быстро, легко, но испуганно. — Потому что госпожа свободная женщина, а я только недорогая рабыня.
— Все понятно, — улыбнулся я.
— Что ты собираешься делать со мной сейчас?
— Использовать тебя как рабыню для наслаждений.
— Да,
— Но сначала я посмотрю, горяча ли ты.
— Господин? — Она не поняла, что я имею в виду, и тут же вскрикнула: — О!
— Я вижу, что ты горяча, — сказал я.
— Да, господин…
Я обнял ее.
— Твои руки сильны, — проговорила она.
Я не двигался, чувствуя, как она прижимается к моим бедрам и груди.
— Господин, господин, — шептала она. — Пожалуйста, господин!
— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — спросил я.
— Возьми свою горячую рабыню!
— Хорошо, — ответил я.
Я заставил ее кричать и рыдать в темноте туннеля. Она была беззащитной в моих руках.
— Я не знала, что это может быть так, — хрипло шептала женщина.
— Молчи, рабыня, — говорил я ей.
— Да, господин, — бормотала она, со стоном целуя меня.
— Пожалуйста, сделай так еще раз, господин, — умоляла рабыня. — Пожалуйста, господин!
— Уже поздно, — ответил я.
— Пожалуйста, господин, — проговорила она.
— Пора отправлять тебя назад к твоей госпоже, — сказал я. — Иначе она может рассердиться.
— Пожалуйста, господин…
— Ты ведь не хочешь попасть на кольцо под плеть? — предположил я.
— Госпожа не станет наказывать меня, — ответила рабыня.
— Откуда ты знаешь?
— Я в этом уверена, — ответила она. — Пожалуйста, пожалуйста, господин!
— Уже поздно.
— Ну еще раз, я умоляю тебя, только один раз, мой господин!
— Хорошо, — согласился я.
Женщина затихла и лежала на спине рядом со мной. Я поднялся на ноги, нашел свою тунику и натянул ее.
— Вставай на колени, — велел я ей.
Она послушалась. Я дотронулся до ее головы и, одной рукой придерживая ее, другой вырвал прядь волос.
— Ой! Что ты делаешь? — закричала она.
— Мне это нравится, — объяснил я.
— Ты делаешь мне больно!
— Молчи.
— Да, господин.
Я спрятал прядку ее волос так, чтобы потом ее можно было найти.
— Отыщи свои вещи и возьми их в руки, — велел я ей.
Она завозилась в темноте.
— Нашла, — сказала она.
— Ты сейчас стоишь на коленях передо мной?
— Да, господин.
— Поцелуй мои ноги, — приказал я и почувствовал, как она делает это.
— Выпрямись.
— Да, господин.
— Я отпускаю тебя, — произнес я.
— Ты отпускаешь меня! — воскликнула она.
— Разве я не должен теперь вернуть тебя твоей госпоже? — улыбаясь, поинтересовался я.
— Да, господин, — сердито ответила она.
Я услышал, как она поднимается.
— Подожди!
— Господин? — с раздражением спросила она.
Я присел возле нее и взял сандалии и легкое платье у нее из рук.
— Открой рот, — приказал я, положил кусочек шелка на ее нижние
— Закрой рот, — велел я.
Она повиновалась, издав протестующий звук. Я руками поднял ее с колен и повернул спиной к себе.
— Возвращайся к госпоже, — сказал я.
Она сердито фыркнула.
— Беги, — приказал я и хлопнул ее пониже спины. Она, заплакав, бросилась бежать по туннелю прочь от меня. Я достал прядку ее волос, которую перед этим положил на пол, и спрятал в тунику. Рабыня с плачем бежала от меня по туннелю. Я улыбался в темноте.
25. Я СРАЖАЮСЬ С КРОНДАРОМ, РАБОМ МАЙЛЗА ИЗ БОНДА. ТАРНСМЕНЫ
Кожаный капюшон сдернули с моей головы. Я слышал крики толпы. Барус массировал мне спину. Кеннет наматывал длинные полоски кожи мне на руки. Я видел рабынь в ошейниках и коротких туниках, стоявших у входа. Некоторые забрались на решетки ворот.
— Джейсон! Джейсон! — кричали они.
— Крондар! — вопили свободные люди в толпе.
— Джейсон! — кричали другие.
Толпа взревела, когда на покрытую песком арену вывели плотного, небольшого роста человека. Он пытался высвободить из кандалов заломленные за спину руки.
— Он рвется в бой, — подумал я.
— Крондар! Крондар! — вопили люди в толпе.
— Я не слышал о таком рабе, — сказал я Кеннету. — Разве не Горт — чемпион конюшен Майлза?
— Вот, — выкрикнул один из судей, указывая на меня. — Джейсон, чемпион конюшен леди Флоренс из Вонда!
В толпе раздались одобрительные восклицания.
— Джейсон! Джейсон! — кричали рабыни. Присутствующие вокруг арены женщины, те, что стояли у ворот, и те, что сидели на ярусах, глядя вниз на арену, оживились. Женщины всегда радуются, когда мужчины собираются сражаться. Это происходит потому, что они знают: во время войны женщины являются трофеями. Это очевидно в каждой женщине, свободна она или является рабыней. Но в рабынях это проявляется с особенной и трогательной ясностью, ведь они уже и так осознают себя законно и недвусмысленно собственностью и трофеем. К тому же их полуобнаженные тела в ошейниках не позволяют им скрывать возбуждение.
— Он кажется сильным, — сказал я Кеннету.
— Да, — согласился он, не оборачиваясь, продолжая наматывать полоски кожи на мои руки.
— Все его тело покрыто шрамами, — заметил я.
— Так и должно быть, — ответил Кеннет.
Я не понял его слов.
— Крондар! — кричали зрители на ярусах.
— Джейсон! — орали другие.
Я посмотрел на ярусы и увидел гордую и величественную фигуру Майлза из Вонда. Он улыбался. Я припомнил, что он был одним из отвергнутых ухажеров леди Флоренс, а также одним из главных заводчиков тарларионов в округе. Я не думаю, что такой самолюбивый мужчина спокойно воспринял то, что его отвергли. Леди Флоренс на этот раз не присутствовала на схватке. По причинам, не понятным ни ее служащим, ни рабам, она объявила о временном недомогании и предпочла остаться в уединении у себя дома. Когда я спросил у Кеннета об этом, он просто ухмыльнулся и спросил: