Гладиатор Гора
Шрифт:
— Она хотела отдаться тебе, — заметил Барус.
Я промолчал.
— Она прижималась к тебе, как будто ты мастер-насильник, — проговорил он. — Интересно, ведь ты просто раб в ошейнике.
Я снова ничего не сказал, продолжая работать. Мне хорошо была известна сила, которую имеет свободный мужчина над рабыней.
Я видел, что Тафрис наблюдает за мной. Она была рассержена. Я не сомневался, что госпожа услышит о случае с рабыней.
В полдень Барус сменился с работы и, отправляясь в инкубационный сарай,
— Кто капитан тех наемников, что летают над Вондом? — поинтересовался я. — Это не Теренс из Трева или Ха-Киил, когда-то живший в Аре?
Это были имена хорошо известных капитанов наемников. Еще среди них были Олег из Скджерны, Леандр из Фарнациума и Вильям из Тентиса.
— Вонд не платит так много, — улыбнулся Барус. — Этого наемника зовут Артемидорос.
— Артемидорос из Коса?
— Да, — подтвердил Барус.
— Вонд играет с огнем, — заметил я.
— Возможно, — согласился Барус.
Хотя Артемидорос был наемником, безусловно, он симпатизировал Косу. И если бы возник конфликт, в Аре не могли бы не заметить, что имеют дело с косианцем.
— Мне кажется, это потенциально опасный выбор, — сказал я.
— Даже если бы Вонд хотел позволить себе таких людей, как Теренс или Ха-Киил, вряд ли они захотели бы выступать на его стороне, — объяснил мне Барус. — Теренс, уроженец Трева, не захотел бы выступать против Ара. Такой поступок мог бы вызвать новую экспедицию в Волтай тарнсменов Ара.
Я знал, что несколько лет назад между Аром и Тревом шла война. Тарнсмены Трева обратили в бегство эскадроны Ара над покрытыми снегом скалистыми вершинами гряды Волтай. Это была одна из самых яростных и кровопролитных битв тарнов, когда-либо случавшихся на этой планете. Ар никогда не забывал, как был остановлен над Волтаем, так же как Кос не мог забыть цену, заплаченную за победу. Я полагал, что Теренс не захотел бы выступать против Ара, во всяком случае не убрав эмблему со своего шлема и щита. А делать это он не станет. Воины Трева считают недостойным скрывать свое происхождение.
— И Ха-Киил, — сказал Барус, — хотя его и изгнали из Ара, не захотел бы, я думаю, воевать против него.
Ха-Киил был изгнан из Ара из-за убийства. В деле была замешана женщина. Он захватил ее, изнасиловал, обратил в рабство, а после продал.
«Ты будешь продана, ведь ты рабыня», — сказал он ей. Однако говорили, что через многие годы он так и не забыл ни Ар, ни той женщины, но не смог найти ее. Трудно найти рабыню — они часто меняют имена и хозяев.
— Понимаю.
— Чего я боюсь, — проговорил Барус, — так это того, что Артемидорос не случайно получает деньги за свою службу.
— Вы видите в этом желание той части Вонда, что хочет войны с Аром? Уловку, чтобы
— Конечно. — Барус серьезно посмотрел на меня. — Однако, я думаю, ни Кос, ни Ар, ни конфедерация на самом деле не хотят большой войны.
— Они могут быть втянуты в нее теми, кто этой войны хочет.
— Это возможно, — ответил Барус — Тут дело деликатное.
Он посмотрел на юг.
— Каисса иногда играется и при высоких ставках.
Каисса — это замысловатая игра наподобие шахмат, очень популярная на Горе.
Барус снова взглянул на Тафрис.
— Хорошенькая шпионка идет вместе с нами? — спросил он.
— Да, господин, — ответил я.
Тафрис, покраснев, опустила глаза.
— Когда ты и Джейсон помоетесь и напьетесь, — сказал он, — мы пойдем в швейный сарай.
— Да, господин, — ответила она.
— Ты умеешь шить?
— Да, господин.
— Я рад, что есть хоть что-то, что ты умеешь делать, — заметил он. — То, что подходит рабыне.
— Да, господин, — зло ответила Тафрис.
— Приковывай их, — велел мне Барус.
Сегодня днем я молча наблюдал, как девушки, включая Тафрис, шили. Они были очаровательны, хотя и делали обычную работу по изготовлению подпруг. Как быстры и проворны были их пальцы, как хороши и точны их движения! Какими грубыми и неуклюжими казались бы руки мужчин в такой работе, и какими нежными и умелыми были маленькие, очаровательные женские ручки!
Потом я увидел, как Барус выглянул в окно. Приближался вечер. Я снова любовался на девушек в ошейниках, к которым крепились петли для цепи.
Как чудесно жить в мире, где такие очаровательные, нежные существа могут кому-то принадлежать!
— Приковывай их, — велел Барус.
— Да, господин, — ответил я.
Девушки уставились на меня: Тука, Клодия, Пелиопа, Лея и Тафрис.
— Тука, — проговорил я, — открой швейный шкафчик и повесь ножницы на крючок. Клодия, воткни иголки в игольницу. Пелиопа, поставь катушки в гнезда. Лея, сложи подпруги. Тафрис, возьми подпруги и положи их на стол около окна. Когда вы выполните приказ, встаньте на колени по росту у двери.
— Да, господин, — ответили они, поскольку я, хоть и раб, был поставлен над ними.
Спустя несколько мгновений я подошел к шкафчику. Ножницы были на крючке. Я сосчитал иглы, все пять находились в игольнице. Пять катушек стояли в гнездах. Я закрыл шкаф. Барус запер дверь и взял сложенные подпруги со стола около окна.
— Жду тебя в инкубаторе, — сказал он мне.
— Да, господин.
— Встаньте, — приказал я девушкам.
Тафрис посмотрела через плечо на Баруса.
— Конечно, меня не закуют, — обратилась она к нему.