Гладиатор Гора

Норман Джон

— Да, госпожа, — сказала женщина.

— Да, госпожа, — эхом откликнулся я.

— Теперь скажи: «Я раб, госпожа».

— Я раб, госпожа, — повторил я.

— Теперь скажи, — продолжала тюремщица, — «Я ваш раб, госпожа».

— Я ваш раб, госпожа, — послушно сказал я.

— Теперь можешь опустить голову и поцеловать мои ноги.

Я сделал, как она велела. Я очень боялся ее.

— Теперь ты знаешь, в каком мире оказался? — спросила женщина.

Я не осмелился ответить.

— Этот мир называется Гор, —

заявила она.

— Да, госпожа.

Я дрожал, я почти терял сознание. Это и в самом деле был Гор.

— Посмотри на меня, раб, — приказала незнакомка.

Я поднял на нее глаза.

— Здесь, на Горе, ты — раб!

— Да, госпожа, — ответил я.

— На Горе не допускается непослушание рабов, даже самое малое непослушание, это хорошо понятно?

— Да, госпожа.

— Кроме этого, — продолжала она, — раб должен угождать. Тебе это ясно?

— Да, госпожа.

— Животные, которых ты видел, называются слинами, — произнесла незнакомка. — Они используются на Горе для многих целей. Одна из них — охота на рабов и уничтожение непокорных. Именно для этой цели и натасканы животные, которых ты видел.

— Да, госпожа.

— На Горе также принято брать недисциплинированных, непослушных или непокорных рабов, а также рабов, которые не были в полной мере угодливы, все равно — мужчин или женщин, и скармливать этих рабов слинам. Конечно, иногда рабы скармливаются животным просто так, для развлечения хозяев.

— Да, госпожа, — сказал я.

— Понял ли ты теперь, что означает быть рабом на Горе?

— Да, госпожа, — снова ответил я.

— Опустись на колени, — приказала тюремщица.

Я повиновался.

Один из мужчин, силач с каштановыми курчавыми волосами, сказал ей что-то. Женщина засмеялась и покачала головой. Они обменялись несколькими словами, и затем надсмотрщики повернулись и ушли.

— Он спросил, — объяснила моя хозяйка, — не хочу ли я, чтобы он помог мне доставить тебя в камеру.

Она повесила плеть на пояс, свернув ее концы. На верхнем конце плети имелось для этого специальное кольцо.

— Я сказала ему, что этого не нужно, — продолжала говорить она, повернув ошейник таким образом, чтобы кольцо легло мне на спину. Выдернув металлическую цепь из-за пояса, женщина добавила: — Я сказала ему, что ты уже укрощен.

С этими словами моя хозяйка пристегнула цепь к ошейнику и дернула за него.

Я стоял на четвереньках, на цепи.

— Ты ведь укрощен, не так ли? — спросила она.

— Да, госпожа.

— Тогда пойдем. Мы возвращаемся в клетку.

— Да, госпожа.

— Встань на колени, здесь, — приказала тюремщица. Я опустился на колени там, где она велела. Женщина сняла со стены кандалы и защелкнула их у меня на ногах. После этого присела передо мной на корточки.

— Положи ладони сюда, — проговорила она.

Я подчинился, и незнакомка замкнула на моих запястьях заранее приготовленные

наручники. Она отстегнула цепь с моего ошейника и, скрутив ее, закрепила на поясе. Закованный, я стоял перед ней на коленях.

Я снова был в своей камере. Почти ничего не изменилось с того мгновения, когда она позвала надсмотрщиков, чтобы вытащить меня отсюда. Однако существовало одно важное отличие. Раньше здесь находился свободный человек в кандалах, а теперь — закованный в цепи раб.

Поднявшись и отступив немного, незнакомка внимательно посмотрела на меня. Затем, не без доброты в голосе, произнесла:

— Когда будешь вставать на колени перед свободной женщиной, держи ноги расставленными, если только твоя госпожа не захочет чего-то другого.

— Да, госпожа, — ответил я.

— Молодец, — сказала она. — Делаешь успехи. Но помни, что прихоть госпожи может зайти как угодно далеко.

— Да, госпожа.

— Насколько я знаю, ты первый мужчина с Земли, привезенный на Гор в качестве раба.

— Это недоразумение, — объяснил я. — Я случайно попал в поле зрения работорговцев. Пожалуйста, отправьте меня назад, на Землю.

— Молчи, раб! — прикрикнула тюремщица.

— Да, госпожа, — быстро ответил я.

Незнакомка зашла мне за спину, так что я не мог видеть ее.

— Однажды я посетила твою планету, — сообщила она.

— Да?

Послышался еле различимый металлический звук.

— Слышишь? — спросила тюремщица.

— Да!

— Это звук плети, которую я отстегнула от пояса, — объяснила она.

Я промолчал.

— Скоро ты научишься сразу узнавать его. — После паузы женщина продолжила: — Да, полтора года назад по приказу моих начальников я провела несколько месяцев в твоем мире. Ты боишься, что тебя отхлещут плетью?

— Да, госпожа.

— Там я узнала природу мужчин Земли и начала презирать их.

— Да, госпожа.

Я снова услышал еле различимый звук, очень похожий на первый.

— Я повесила плеть на место, — произнесла незнакомка и снова встала передо мной. Плеть висела у нее на поясе. — Я не собираюсь бить тебя сейчас.

— Спасибо, госпожа!

— Как тебя зовут?

— Джейсон. Джейсон Маршал.

— У тебя больше нет имени, — напомнила незнакомка.

— Да, госпожа.

— Но Джейсон подойдет. Итак, ты — Джейсон!

— Да, госпожа.

— Теперь это кличка раба, присвоенная тебе, потому что мне так нравится.

— Да, госпожа.

Теперь я был раб, имеющий имя.

Тюремщица подошла к стене камеры. Там, на полке, виднелись две неглубокие миски. Они и раньше там стояли. Женщина принесла мне одну из них. В ней было мясо. Незнакомка держала миску в левой руке, правой она взяла кусок мяса и взглянула на меня.

— Превратиться в раба тебе будет проще, чем настоящему мужчине, — сказала женщина, — но все-таки нелегко.