Гипнотизер
Шрифт:
— Коньки забыли, — вдруг сказал Эрик.
— Точно.
— Возвращаемся.
— Нет, не надо, ну их, — сказал Беньямин.
Эрик собрался было поменять ряд, но ему помешал какой-то автомобиль. Сдавая назад, он чуть не столкнулся с мусоровозом.
— Быстро съездим домой и…
— Да наплевать на эти коньки, ну их на фиг, — громко повторил Беньямин.
Эрик удивленно глянул на него:
— Я думал, ты любишь кататься на коньках?
Беньямин не знал, что ответить.
— Не любишь? — спросил Эрик.
— Чего?
— Не любишь кататься на коньках?
— Почему это я должен любить коньки? — буркнул Беньямин.
— Мы купили совершенно новые…
— Ну что в этом интересного, — устало перебил мальчик.
— Так мне не ехать домой за коньками?
Беньямин только вздохнул в ответ.
— Коньки — скучно, — сказал Эрик. — Шахматы, игровая приставка — скучно. А что тебе интересно?
— Не знаю, — ответил мальчик.
— Ничего?
— Да нет…
— Кино смотреть?
— Иногда.
— Иногда? — улыбнулся Эрик.
— Да.
— Это тебе-то. Ты же смотришь по три-четыре фильма за вечер, — весело сказал Эрик.
— Ну и что?
— Да ничего, — ответил Эрик улыбаясь. — Что тут скажешь. Интересно, по сколько фильмов в день ты бы смотрел, если бы они тебе нравились. Если бы ты любил смотреть кино…
— Перестань.
— …у тебя было бы два экрана, и ты бы ставил плеер на быструю перемотку, чтобы успеть посмотреть все.
Беньямин заулыбался. Невозможно удержаться, когда отец вот так балагурит.
Вдруг раздался глухой хлопок, и на небе показались голубые звездочки с дымными хвостами.
— Странное время для фейерверка, — заметил Беньямин.
— Что?
— Смотри, — показал Беньямин.
На небе висела дымная звезда. Беньямин почему-то представил себе Аиду. В животе у него что-то сжалось, а потом растеклось тепло. В пятницу они тихонько сидели, прижавшись друг к другу, на диване в темной гостиной дома у Аиды, в Сундбюберге. Они смотрели фильм «Слон», а ее младший братишка играл с покемоновскими карточками на полу, бормоча что-то себе под нос.
Эрик остановил машину возле школы, и Беньямин сразу заметил Аиду. Она стояла по другую сторону ограды, ждала его. Увидев Беньямина, она помахала рукой. Мальчик схватил свою сумку и нервно попрощался:
— Пока, пап, спасибо, что подвез.
— Я люблю тебя, — тихо сказал Эрик.
Беньямин кивнул и вылез из машины.
— Посмотрим кино вечером? — спросил Эрик.
— Не знаю. — Мальчик поскучнел.
— Это Аида?
— Да, — еле слышно ответил Беньямин.
— Пойду
— Ну зачем?
Они пошли к Аиде. Беньямин едва решался смотреть на нее, он чувствовал себя детсадовцем. Еще поверит, что ему хочется, чтобы папа поздоровался с ней. Ему было наплевать, что подумает отец. Аида с беспокойством смотрела, как они приближаются, переводя взгляд с одного на другого. Прежде чем Беньямин успел подойти к ней с каким-нибудь объяснением, Эрик протянул руку и сказал:
— Здравствуйте.
Аида настороженно пожала протянутую руку. Беньямин заметил, что отец дернулся, разглядев ее татуировку: на шее у Аиды была свастика. Возле свастики красовалась маленькая звезда Давида. Глаза Аида подвела черным, волосы заплела в две детские косички; на ней была черная кожаная куртка и широкая черная тюлевая юбочка.
— Я Эрик, папа Беньямина, — представился Эрик.
— Аида.
У девочки был тонкий тихий голос. Беньямин покраснел, взглянул на Аиду и опустил глаза.
— Вы нацистка? — спросил Эрик.
— А вы? — парировала она.
— Нет.
— И я тоже нет. — Аида неприязненно глянула на Эрика.
— Тогда почему у вас…
— Просто так, — перебила она. — Я просто так, только…
Вмешался Беньямин; его сердце тяжело стучало в груди от стыда за отца.
— Она угодила в какую-то компанию пару лет назад, — громко сказал он. — Но увидела, что там все придурки…
— Не надо ничего объяснять, — сердито перебила Аида.
Беньямин на мгновение умолк, потом сказал:
— Я… я только подумал, что отвечать за свои ошибки — это мужественно.
— Да, но я понял так, — возразил Эрик, — что это понимание неполное, если не убрана…
— Ну перестань! — закричал Беньямин. — Ты про нее ничего не знаешь.
Аида повернулась и пошла прочь. Беньямин побежал за ней.
— Извини, — сказал он задыхаясь. — Папа иногда такой неловкий…
— Разве он не прав?
— Нет, — тихо ответил Беньямин.
— А по-моему, прав, — сказала Аида, слабо улыбнулась и взяла его за руку.
Глава 5
Отделение судебной медицины располагалось в здании из красного кирпича, в доме номер пять по Ретциусвег, посредине обширного кампуса Каролинского института. Со всех сторон его окружали более высокие здания. Йона Линна объехал вокруг и остановил машину на гостевой парковке. Направляясь к главному входу, он прошел по замерзшему газону и стальному грузовому пандусу.