Гипершторм
Шрифт:
Не рискуя при этом распороть ногу о скорг знает кем заточенные полосы от автомобильных рессор, невесть зачем устроенные в максимально вредоносных положениях.
За этим рессорным частоколом они вышли на первую «Мухобойку».
Эта хищная техноловушка при срабатывании вызывала мгновенное изменение свойств пространства по случайному набору осей координат. Человека могло раздавить в блин, превратить в связку сосисок или в двухметровую грушу.
Штурман срисовал «Мухобойку» еще загодя, по характерным блесткам
Обходить пришлось далеко.
О набитых тропках в Железных Полях, похоже, слыхом не слыхивали. К счастью, им пока не встретилось ни одного механоида, хотя спустя час хождения по стальному крошеву, напоминавшему раздробленные кости, это обстоятельство стало вызывать у обоих смутную тревогу.
Теперь хоть стало ясно, почему именно Железные Поля.
За свалкой строительных отходов земля почти сплошь была усыпана самым разнообразным стальным, чугунным, латунным, ферросплавным мусором.
Причем если некоторые металлические предметы опознавались — болты, гайки, костыли для крепления рельсов, кронштейны, — то большинство других имело неправильную форму градин, маленьких картофелин, расплющенных пуль.
Столько бесхозного металла в Пятизонье Штурман еще никогда не видел.
Отчего десятками тонн вкусного сырья побрезговали автоны — оставалось только гадать. Каким образом оно здесь оказалось? Что за непонятные железные градины?
Одни вопросы…
Вторую «Мухобойку» заметил Семенов.
Перспектива еще одного дальнего обхода сталкерам вовсе не улыбалась, поэтому Штурман приказал ему не пожалеть двух зарядов плазмы на коварную аномалию.
Почти полностью опустошенное оружие, к слову, им посчастливилось зарядить на границе между развалами строймусора и металлическим крошевом.
Глазастый Семенов заметил едва приметную за безопасной аномалией «Пелена» ходовую часть зерноуборочного комбайна «Дон». Агрегат был видоизменен до неузнаваемости разрушительной — или созидательной, на их вкус! — работой неутомимых скоргов.
— Глянь-ка, командир, — Семенов обратил внимание Юла на черный глянцевый куб величиной с футбольный мяч, тускло поблескивающий сквозь частокол ржавых крепежей. — Никак из «Дона» вывалился. Это же натуральное «Сердце зверя»! А у тебя плазмовик выхолощенный!
Десять минут понадобилось сталкерам, чтобы выцарапать ценный артефакт.
Зато потом дело пошло. Уроборос успешно настроил соединение, и всю оставшуюся энергию «Сердца» они благополучно перекачали в плазмомет.
И плазмомет очень даже пригодился, когда на пути сталкеров из ржавой трухи вдруг взметнулись в небо щупальца хищной двухвостки.
Эта энергичная технотварь, причудливый гибрид молотилки и портового стропальщика, очень ловко приспособилась атаковать
На конце каждого каната имелся крановый крюк. Если ей везло, двухвостка подцепляла этим крюком жертву, вздымала ее вверх и молотила двумя железными цепами.
Из людей при этом очень скоро вылетал дух, а из механоидов — всяческие полезные вещи, вроде аккумуляторов и мю-фонов, которые зловредная тварь радостно тащила в свое гнездо в качестве элементов декора и дизайна.
Пришлось отстрелить ей из плазмомета один из цепов. Лишь после этого двухвостка ретировалась.
Правда, еще десять минут после этого сталкеры слышали позади лязг и скрип длинных металлических лап, волочащихся следом за ними.
Пришлось дать еще один залп из плазмомета и двух армганов в ее сторону. Лишь тогда она отстала.
Кроме двухвостки серьезных механоидов они больше не встретили. Их отсутствие на Железных Полях вселяло беспокойство в сердца обоих сталкеров.
Юл старался не подавать виду, но он отлично понимал, что и Семенову не по себе от местного безлюдья. Неужели в Зоне перевелись любители лакомиться ржавым металлом?
— Действительно настоящий Сталинград, — проворчал бородач. — После освобождения от фашистов. Ни гражданских, ни зверья… Не шумит дорога, не пылят листы…
Штурман кивнул. Мол, нет хуже неприятностей, чем ожидание этих самых неприятностей.
Впрочем, «зверье» они все же встретили.
Это были пузатые сфероиды-примитивы метрового и полутораметрового диаметра. Они деловито сновали вокруг автонного «баобаба». То и дело кто-то из них вдруг выстреливал вверх какой-нибудь подобранный с земли болт, метко сбивая очередную созревшую н-капсулу.
Урожай они загружали внутрь своих тоже сферических животов, зорко следя за тем, чтобы не просыпать ни единой горошины.
Иногда этим сборщикам скоргов случалось повздорить между собой, и тогда они принимались толкаться, пискляво сигналить, требуя уступить дорогу, и злобно гоняться друг за дружкой, агрессивно швыряясь гайками и болтами.
Влекомые любопытством, Юл и Семенов проследили маршрут очередного нагруженного под завязку сфероида. Тот плотно захлопнул свой кузов-резервуар и бодро покатил куда-то вглубь свалки.
Сталкеры осторожно прокрались за ним и увидели… еще более странную картину!
Более всего это напоминало человеческую заправочную станцию, но — объединенную с пунктом сбора горючего.
Сюда съезжались различные небольшие механоиды и выгружали свою ношу, главным образом, н-капсулы. Хотя иногда попадались и небольшие аккумуляторы. Выгружали прямо в огромный резервуар, к которому через широкие раструбы подсоединялись исполинские шланги толщиной с человека.
Куда они вели? В чей, так сказать, водородный бак?