Гиперсеть (сборник)
Шрифт:
– Не договоримся, господин хороший. Нет вам веры. И я уже говорил, что такими методами заставить человечество «прогрессировать» не удастся. Как бы вы ни оправдывали свою деятельность, прежде всего вы – убийцы! А я с убийцами не работаю, даже с самыми благими намерениями.
Лицо «араба» потемнело.
– Вы отдаёте себе отчёт?
– Очень конкретно.
– Не боитесь, что вас постигнет та же участь? – «Араб» кивнул на дверь конференц-зала.
– Вы мне угрожаете?
– Предупреждаю.
Савва
– Все мы под богом ходим. Никто не застрахован от отравленной иглы. И вы тоже. – Последние слова он подчеркнул, изменив тон.
– Вы пожалеете.
– Вы пожалеете больше.
Двойник Петрова перевёл взгляд на полицейских, делавших вид, что их ничего не касается, кивнул и пошёл прочь по коридору.
– Вам придётся пройти с нами, – сказал первый страж порядка, попытавшись взять Савву под локоть.
Майор легко вывернул руку, сам особым приёмом захватил пальцы сержанта, вывернул, заставив его охнуть, позвал «араба»:
– Господин Петров!
Собеседник в бурнусе приостановился, будто наткнулся на невидимое препятствие, оглянулся.
– Я не знаю, кто вы, под чьей личиной действуете, – продолжил Савва, – но лучше прикажите своим солдатикам не связываться с русской делегацией. Будет больно, и в первую очередь вам лично. Мы здесь не одни.
Лже-Петров окинул взглядом коридор, глянул на присевшего сержанта, на его напарника, начавшего искать кобуру пистолета, повёл рукой и снова двинулся к главной лестнице отеля.
Савва отпустил сержанта, поднял палец, останавливая второго полицейского.
– Дипломатическая неприкосновенность, уважаемый! Вам нужен международный скандал? Не стоит продолжать, у вас будут большие неприятности. Выполняйте свои обязанности.
Полицейские переглянулись, отступили.
Никакой дипломатической неприкосновенности у Саввы не было, но стражи порядка не рискнули проверить его документы, тем более что он не был ни в чём виноват.
Спустившись в холл, Савва заказал кофе, незаметно осматриваясь и прикидывая, не собирается ли кто-нибудь исполнить угрозу двойника Петрова (если только это не был сам Петров), ничего подозрительного не заметил и сел в уголке дожидаться окончания встречи руководителей делегаций.
Виктория спустилась к нему через сорок минут, присела напротив.
– Всё нормально?
Он качнул головой.
– Не знаю, что и думать.
– То есть? – сузила глаза женщина.
– Ко мне подошёл араб, очень похожий на одного знакомого из Норильска. Я даже сначала принял его за переодетого агента.
– Подробней.
Савва поведал собеседнице историю о переговорах с «арабом Петровым».
Виктория погрустнела, поглядывая на спускающихся по лестнице в холл мужчин.
– Майор Петров… дьявольщина! Это явно ПСП.
– Что?
– Тебе грозит нешуточная опасность.
– Перекусил бы… а ещё лучше – выпил бы холодного кваску.
– С квасом здесь напряжно. Едем в свой отель, посидим в ресторане и будем собираться в обратную дорогу.
– А наши спутники?
– Они будут добираться в аэропорт самостоятельно.
Савва расплатился за кофе и поспешил вслед за Викторией.
Дмитрий терпеливо ждал их в машине.
Ехали в гостиницу молча. Виктория думала о чём-то, поглядывая в окно, и Савва решил её не отвлекать.
В холле гостиницы разделились: спутница поднялась к себе, обещав спуститься в ресторан через десять минут, Савва навестил свой номер, с удовольствием подставил голову под струю холодной воды.
Встретились ровно через десять минут у входа в ресторан, предложили Дмитрию поужинать, но он отказался, сказав, что будет ждать в машине.
Выбрали столик у стеклянной стены с видом на город.
Шёл двенадцатый час ночи, и посетителей в ресторане было немного, от силы два десятка человек, в основном гости Сингапура из Европы, судя по «демократической» одежде и говору. Все они вели себя тихо, за исключением компании в жёлтых шортах и синих рубашках и футболках, разговаривающих с громким хохотом на украинском языке.
В зале играла тихая музыка, причём «живая»: негр играл на саксофоне, ему аккомпанировал на пианино и одновременно на ударниках пожилой европеец с бледным лицом. Две пары – пожилые джентльмены и не менее страшные дамы – танцевали.
– Больше он ничего не сказал? – напомнила Виктория, когда они заказали ужин: она выбрала морской салат с крабами, креветками, кальмарами и цукини, он – отварную осетрину с зелёной фасолью и соусом песто. От вина оба отказались, настроение было минорным.
– Ничего, – ответил Савва. – Что такое ПСП?
– Программа сужения параметра.
– Какого параметра?
– Нашу деятельность кто-то пытается ограничить. Предложение Фофанова, а теперь… – Виктория слабо улыбнулась, – «майора Петрова» по сути – ультиматум. Не согласишься работать с ними, команда ПСП начнёт тебя нейтрализовывать.
– Я уже отказался.
– Может быть, ты сделал ошибку.
Савва отложил вилку.
– По-твоему, я должен был заняться мочиловом нефтяников?
Виктория ответила не сразу. Его переход «на ты» дался легко и остался ею незамеченным.
– Ты мог бы выяснить, кто конкретно входит в команду, кроме Фофанова, Петрова и Тогоева, а главное – выйти на командира ПСП. В этом случае нам удалось бы снивелировать весь замысел. – Виктория занялась едой, добавила через минуту: – Хотя, честно говоря, я не уверена. ПСП – сволочная программа, самовосстанавливающаяся, её практически невозможно остановить или изменить.