Гильдия
Шрифт:
– А свет от экрана… – с сомнением начала Онет.
– А насколько мы близко от лагеря?
– В полутораста метрах. Но ты предупреждал нас, что не должно быть никакого света или звука с той поры, как мы миновали валун…
– Я думаю, что если до них полтораста метров леса, то можно рискнуть, – сказал Хэл.
Через несколько минут ему передали прибор. Он открыл крышку и стал нажимать на кнопки. На небольшом экране появилось изображение лагеря, фигуры людей на нем были едва ли не слишком малы, чтобы различить их, но все же одна из них явно принадлежала Сее, сидевшей на земле,
Хэл выключил прибор, закрыл его и отдал обратно.
– Работа будет грязной, – предупредил он Онет, – так как мы можем рыть только руками, но нам придется это сделать, чтобы увидеть, что или кто здесь захоронен – если захоронен вообще. Если понадобится, воспользуйтесь светом от экрана. В лагере на часах стоят двое, но их интересуют только ближайшие окрестности.
Онет остановила Хэла, когда он наклонился, чтобы самому начать рыть.
– Ты не должен этого делать, – сказала она. – Позже по тем или иным причинам тебе могут понадобиться чистые руки. К тому же большинство из нас знает, как использовать окружающие растения, чтобы снять с рук грязь.
Это было разумно. Кроме того, грязь на пальцах наверняка бы помещала ему метко стрелять из лука, который он нес на себе.
– Хорошо, – Хэл отошел в сторону. Через несколько минут Онет отделилась от работавших и возвратилась к нему.
– Мы нашли тело. И сейчас выясним, есть ли тело и в другой могиле.
Послышалось негромкое бормотание работавших, и они прекратили раскопки.
– Я подойду взглянуть.
Хэл направился к группе копавших, которые расступились перед ним, и склонился над разрытыми ямами, направив отраженный свет экрана вниз, в ямы.
В обеих лежали тела солдат.
Зрелище двух наполовину откопанных тел с выпачканными землей лицами было настолько неприятным, что в толпе начался ропот.
– Тихо! – скомандовала Онет. Хэл не ожидал от нее такого властного тона.
– Посмотрите на их лица, – раздался чей-то голос.
Хэл протянул руку и ощупал лицо и горло одного из тел.
– Их задушили, – сказал он после того, как проделал то же самое со вторым. Наступила тишина.
– Кто-нибудь здесь знает, – спросил он, – был ли Артур знаком с каким-то из боевых искусств? Я говорю о тех, которые включают в себя рукопашный бой.
Ответом было молчание.
– Нет, – наконец отозвалась Онет, – я так не думаю.
– Никакой удар ребром ладони не дал бы такого результата, – это сказал Старик, стоявший позади Хэла. – Пинком ноги – но очень умелым пинком – и то маловероятно. Ударом кулака – может быть; хотя даже Артуру должно было сильно повезти, чтобы так точно ударить в это место с достаточной силой.
Хэл присел на корточки и взглянул на ближайшее к нему тело.
– Нет причин, по которым бы они таким способом убили двух своих же, – пробормотал он. Затем, чуть громче, сказал:
– Нам надо снова закопать их – так чтобы могилы выглядели непотревоженными.
Он поднялся на ноги и стал следить за тем, как темные силуэты вокруг него сталкивают вынутую землю обратно. Когда они закончили, группа продолжила путь по лесу.
Однако вскоре они остановились; Онет подошла
– До лагеря примерно сотня метров, – сказала она.
– Спасибо, – ответил он. – Все нормально; здесь мы оставим вас всех, кроме шести стрелков и шести ночных сборщиков во главе с Онет. Я хочу, чтобы каждый сборщик сопровождал одного из лучников – чтобы мы смогли добраться до края освещенной поляны с лагерем как можно тише. Согласно подсчету Мисси и Хадны, там их шестнадцать человек, вмести с Лю и Орком. Калас, извини, но тебе придется остаться здесь: ведь ты не умеешь ни стрелять, ни тихо передвигаться.
– Это правда, – хриплым голосом произнес Калас. – Больше чем чего бы то ни было я хочу видеть Сее и Артура на свободе. Только один вопрос – если мы услышим со стороны лагеря шум, похожий на то, что они проснулись и могут захватить вас, следует ли нам поспешить вам на помощь?
Хэл заколебался.
– Было бы разумнее, если бы вы вернулись на уступ.
– Но если они вас схватят, наверняка они сумеют по крайней мере одного из вас заставить показать дорогу на уступ, – ответил Калас.
– Да, – кивнул Хэл. – Хорошо, если вы уверены, что все они проснулись и пытаются захватить нас в плен или еще что-нибудь, то можете поспешить к лагерю. Но, скорее всего, вас либо убьют, либо возьмут в плен.
– Это все, что я хотел услышать, – отозвался Калас.
Маленькая группа двинулась в путь. Они были уже достаточно близко от лагеря, чтобы видеть проблески света между деревьями, когда Онет снова остановила их.
– Еще метров двадцать пять, – обратилась она к Хэлу, – и мы окажемся у самой поляны. Они настолько глупы, что поместили огни слишком высоко. В результате освещена только сама поляна. Свет слегка отражается от земли и стволов за ее границы, но глаза часовых вряд ли могут что-то там разобрать. Их зрение приспособилось к яркому свету. Ну и глупцы же они! Может быть, тут какая-то ловушка?
– Сомневаюсь, – ответил ей Хэл. – Я не думаю, чтобы они действительно ожидали нас – или еще кого-нибудь, кто попытается освободить пленников. Эти двое, которые не спят, – насколько я мог заключить из рассказа Каласа об офицерах – скорее всего находятся здесь просто потому, что Лю делает все по правилам. В уставе говорится, что в подобных ситуациях следует выставлять охрану – вот это он и делает.
– Ты хочешь, чтобы лучники окружили лагерь с разных сторон? – спросила Онет. – Я могу послать сборщиков, им в помощь.
– Не с разных сторон, – ответил ей Хэл. – Старик остается со мной; и я хотел бы, чтобы ты сама подвела нас двоих как можно ближе к палаткам. Льюк и трое остальных лучников – направляйтесь туда, где на земле спят солдаты. Мы со Стариком берем на себя часовых. Льюк?
– Я здесь, – послышался из темноты голос Льюка.
– В тот момент, – сказал Хэл, – когда вы увидите, что оба часовых упали, начинайте стрелять по солдатам в спальных мешках. А мы со Стариком займемся Лю и Орком. И я хочу, чтобы ты, Онет, тем временем сделала то, о чем я просил тебя раньше. Воспользуйся ножом и освободи Сее и Артура. А потом свистом подзови остальных сборщиков с носилками для Артура, и уносите его отсюда.