Гидра
Шрифт:
Король в последний раз оглянулся через плечо. Он насчитал в лагере семьдесят пять мужчин и женщин. Взрывчатка, заложенная им, убила большинство из них. Еще двоих он прикончил ножом. Все же число людей, погибших в этот день, было лишь каплей в ведре крови, пролитой им за десять лет службы в «Дельте».
На долю мгновения Сиглер ощутил усталость от смертей и жестокости, но потом вспомнил, кто были эти люди, чем они занимались и что могли бы натворить, если их не остановить. Он повидал ужасы войны, кровь и хаос. Несколько раз у него на руках умирали товарищи, изрешеченные шрапнелью, с оторванными конечностями или нашпигованные пулями.
Король
В его работе жертвы среди гражданского населения порой бывали неизбежны, но все же Джека возмущали новости о самых обычных мужчинах, женщинах и детях, погибших при перестрелках. Это противоречило всему, ради чего он сражался. Его приводило в ярость то, что те организации, с которыми он боролся, старались, чтобы жертв среди гражданских лиц было как можно больше, их члены радовались гибели невинных людей. Король видел останки жертв, разорванных на куски террористами-смертниками, подрывавшими себя бомбами в кафе, на рынках, в школах. Он с первого взгляда узнавал тусклый блеск в глазах человека, готового отнять у себя жизнь ради того, чтобы посеять страх и разжечь войну. В сердцах его врагов таилось зло.
Он был членом «Дельты», вел свою войну против террористов и никогда не медлил перед тем, как нажать на спусковой крючок, если это могло спасти невинных людей. Такой была его грубая, но необходимая, даже благородная работа.
Король в последний раз обернулся на бегу. Еще одна террористическая сеть поставлена на колени. Он только что ликвидировал семьдесят четыре потенциальных бомбиста-смертника в том центре. Это число следовало помножить на девяносто пять. Именно столько людей, в среднем, конечно, погибало при каждом взрыве. Выходило, что Джек сегодня спас примерно семь тысяч невинных жизней.
— Шах и мат, — прошептал он.
Глава 4
Наска, Перу
Тодд Мэддокс сидел в том самом кабинете, где три года назад состоялось первое собеседование, и изучал результаты последних экспериментов. Он просмотрел почти пятьдесят страниц, пытаясь понять, что не так с объектами экспериментов.
Как ни старались сотрудники «Манифолд», найти место захоронения Гидры никак не удавалось, поэтому Мэддокс сосредоточился на своей теории белков nAG. Никто не мог отрицать, что он достиг значительного прогресса в этой области, но в каждом случае при успешной регенерации его подопытные животные и люди-добровольцы почему-то начинали проявлять жуткую свирепость. Какой толк был заново отращивать конечности, если объект эксперимента потом пользовался ими для драки и убийства?
Былой энтузиазм покинул Ридли. Теперь его начали охватывать сомнения. Он пока не говорил о них открыто, но с каждой очередной неудачей усиливал давление на Мэддокса. Этот человек помог сбыться почти всем мечтам Тодда, но был строгим руководителем, плохо переносил промедления и неудачи.
Невзирая на удивительные шаги вперед, последние фиаско исследователя в сфере регенерации конечностей у людей обрушили на него гнев босса в виде цифрового торнадо. Электронные письма, CMC и факсы от Ридли просто бомбардировали его
Еще сильнее ученого угнетало то, что он был вынужден оказывать точно так же давление на своих подчиненных. На прежней работе коллеги его любили, а здесь он жил и трудился, постоянно ощущая, что в любой момент может вспыхнуть бунт.
Ридли ни разу не обмолвился о том, что собирается уволить Тодда. Ни намека на это. Но такая мысль не покидала Мэддокса, подгоняла его в работе. Он не хотел рисковать всем, ради чего трудился.
Глаза у него налились кровью и горели, в ноздрях щипало, в горле саднило. Это были симптомы начинающейся простуды, но он не обращал на это внимания. Исследователь был готов перенести болезнь на ногах, лишь бы только добиться успеха, к которому они так долго стремились.
Однако результаты экспериментов не показывали ничего нового. Подопытные одинаково реагировали на все возможные комбинации генетических манипуляций. Быстрое исцеление тела вызывало такую же скорую дегенерацию головного мозга, приводило к безумию и утрате рационального мышления. Все объекты экспериментов, от крыс до людей, становились бешеными, неуправляемыми и обретали волчий голод. Некоторые особи, имевшие постоянный доступ к пище, наедались до смерти. Способность к регенерации не поспевала за их аппетитом. Другие отрывали собственные конечности, чтобы избежать пут и цепей, но те отрастали, а безумие бушевало с новой силой. Подопытные животные просто сгорали заживо.
Их приходилось умерщвлять, поскольку ни биологические, ни химические препараты не давали стойкого эффекта. Жертвы экспериментов оказались очень живучими. На них тратили большое количество пуль, и никто потом не желал прибирать в клетках.
Мэддокс очень жалел добровольцев. Он не говорил ни с кем из них — они поступали в клинику, накачанные успокоительными препаратами, — но видеть, во что они превращались… Ведь задача ученых состояла в том, чтобы помогать людям, а не превращать их в чудовищ.
Послышался мелодичный звон. Ноутбук известил Мэддокса о поступлении нового электронного письма. Тодд притронулся к мышке и хотел было стереть его. Он не имел никакого желания читать очередные издевки Ридли, однако успел обратить внимание на то, что тема письма отличается от той, которую обычно указывал босс. В соответствующей строчке значилось: «Объект найден. Подробности в письме. Жду оплаты».
Мэддокс быстро открыл и прочел письмо.
В первой строчке, добавленной Ридли, было написано: «Ожидайте доставки в ближайшее время — Р. Р.».
Далее был приведен текст и реквизиты письма, которое Ричард переслал ученому.
От кого: Мэтью Бронлив (e-mail: matt&bronleewe@un&org)
Дата: Вторник, 21 июня, 2009, 8.33 AM
Кому: r.ridley@manifoldgenetics.com
Тема: Объект найден. Подробности в письме. Жду оплаты.
Письмо было от одного из многочисленных осведомителей Ридли, обшаривающих земной шар в поисках любых свидетельств места захоронения Гидры. Оно поступило от человека, работающего в ООН. У Мэддокса противно засосало под ложечкой. Это был не какой-то бандит с черного рынка, пытающийся быстренько заработать несколько баксов. Если все станет известно, то Бронлив может потерять работу, а то и хуже. При таком высоком риске информация должна была быть подлинной.