Гид

Усо Борис

* * *

Может из-за какой-то врождённой глупости или наивности, но Осип почти сразу поверил начальнику. Возможно причиной этому было то, что люди действительно очень странно себя вели и всё время поглядывали подозрительно на Осипа. И нет, они не размахивали руками,

они ими и вправду именно крутили, рисовали круги в воздухе. Все. Даже те, кто где-то сидел, невольно вырисовывали идеальные круги ногами, ступнями. Часто разминали шею.

Все, что понял Осип, так это то, что нужно вернуться домой, к ней, пока не поздно.

Он вышел из офиса и сразу же поймал на себе два злых взгляда, которые в секунду переменились на нейтральные, стоило ему только пару раз крутануть рукой. Да, похоже на правду. "А что мне остаётся, — думал Осип, — Лишь думать или бежать, попутно сливаясь с обстановкой." И он побежал.

* * *

Осип вернулся. Он совершенно не спал на протяжении всего пути. Во сне тоже нужно крутиться, хоть как-то. Пришлось не спать. Пришлось. Он не нашёл её дома. Она была — как он узнал — на каком-то фестивале на свежем воздухе. Конечно, он побежал туда, не переставая крутить то рукой, то пальцем, хоть и замечал, что в их городе зараза еще не так сильно распространилась.

И вот она. Танцует, танцует. Волнистые волосы её ниже плеч колышутся при каждом… повороте. Что же это за танец? Она… она крутится? Нет, только малая часть движений такого толка. Не может же быть, что Осип опоздал.

Он подбежал к ней, поднял на руки и потащил далеко от толпы. Она же кричала сначала от испуга, потом, опознав его, от радости.

— Когда ты приехал? — удивленно спросила она, — И поставь меня уже на место.

Осип поставил её, достаточно отбежав от людей, и, наконец, перестал крутить глазами.

— Я, — задыхался Осип, — Я приехал. Ты в порядке? То есть нет, подожди.

Осип достал бумажку-индикатор

и снял плёнку.

— И вообще, ты пришел к будущей жене, но посмотри как ты выглядишь! Небритый, глаза красные, дёргаешься… и… что это за запах?

— Это… это не… — Осип понюхал индикатор, — Это, вот!

Он протянул бумажку ей, и только она нагнулась, чтобы посмотреть, он налепил индикатор ей на лоб.

— Эй, — засмеялась она, — так не честно.

Лучше ничего не говорить. Сейчас бумажка станет прозрачной, Осип будет спокоен, и они сбегут. Что-нибудь да придумают. Она же не крутится, значит бумажка станет прозрачной. Разве у неё есть выбор?

Спустя бесконечные три минуты, бумажка стала прозрачной. Она умерла. Вот что это был за запах. Не индикатор. Этот ублюдок. Не вода. Как же? Яд. Как же? Вернешься, тогда и поженимся. Какая нелепица. Какая смерть. Ты только вернись, вот тогда… А это яд? Бессмыслица. Крутись, Гид, крутись! Крутись! Вода тут не причем! Ты крутись! Крутись и она вернется! Крутись, крутись, крутись! Где остальные? Крутись! Где остальные? Крутись! Крутись! Крутись! Забор, крутись, Гид, крутись! Крутись, от греха подальше, Гид, крутись! Крутись, Осип, Гид, крутись и она вернётся! Крутись и ты вернешься! Вернёшься и вы обязательно поженитесь, ты только крутись! Крутись и ноги твои заживут! Крутись и наплевать на паралич! Крутись и остальные не утонут! Крутись! Крутись! Крутись и лисички будут не ложными! Крутись и хряпнем! Крутись и будешь жить! Ты же Гид, так крутись! Как ты вернёшь её?! Как ты туда залез?! Где остальные?! Где же остальные? Нет, они не утонули, ведь я кручусь! Да, от греха подальше кручусь! Гидом кручусь, волчком кручусь! Только так я смогу жить! Только там я её спасу! Только так я Гид! Я не сдался, ведь я действую! Ведь я кручусь! Ведь я спаситель и спасённый! Вот и ты крутись! Крутись! Крутись! Крутись, и, может быть, ты не умрешь! Крутись, и, может быть, она вернётся!