Гибриды

Сойер Роберт Джеймс

— Всё в порядке, учёная Воган. Я в безопасности внутри здания.

— Отлично, — сказала Мэри. — Теперь, если…

Однако её прервал женский голос, раздавшийся из компаньонов всех четверых присутствующих в транспортном кубе и, предположительно, из всех компаньонов, подключенных в салдакскому архиву алиби:

— Это арбитр Макалро, — сказал голос. — Чрезвычайная ситуация. Немедленно покиньте Центр Салдака. Пешком, на автобусе, транспортным кубом — но сделайте это прямо сейчас. Не медлите. Очень скоро в воздухе появится смертельное инфекционное заболевание. Если вы

увидите мужчину-глексена с серебряными волосами — избегайте его! Над ним осуществляется судебный надзор; сейчас он находится на на площади Конбор. Повторяю…

Внезапно водитель опустил машину на землю.

— Дальше я следовать не могу, — сказал он. — Вы слышали арбитра. Если вам нужно дальше, то придётся идти пешком.

— Да чтоб тебя… — сказала Мэри, но Кристина не стала этого переводить. — Далеко ещё?

Водитель показал.

— Площадь Конбор вон там. — Мэри разглядела в отдалении ряд низких строений, штабель транспортных кубов и открытое пространство.

Кипя от злости, Мэри потянула вверх похожую на морскую звезду рукоятку, отпирающую дверь, и вышла наружу. Луиза и Рубен последовали за ней. Как только они вышли, транспортный куб снова поднялся и улетел прочь.

Мэри побежала в направлении, указанном водителем. Джок был на открытом пространстве, покрытом хорошо утоптанным снегом. Мэри видела другие транспортные кубы, покидающие Центр и направляющиеся на Окраину. Она надеялась, что у арбитра достало соображения не передавать экстренное сообщение на пристяжной компаньон Джока. Мэри, Рубен и Луиза быстро сокращали расстояние. Остановившись метрах в двадцати, Мэри перевела дыхание и крикнула:

— Всё кончено, Джок!

На Джоке была надета типичная местная мамонтовая шуба; в руках он держал металлический ящик, который описывал военный на той стороне портала — вероятно, его аэрозольная бомба. Он повернулся с удивлённым видом.

— Мэри? Луиза? И… доктор Монтего, не так ли? Что вы здесь делаете?

— Мы знаем о «серфарисе», — сказала Мэри. — У вас ничего не выйдет.

К изумлению Мэри, Джок ухмыльнулся.

— Да, да, да. Трое храбрых канадцев спасают неандертальскую расу. — Он покачал головой. — Я всегда считал вас до смешного нелепыми с вашим глупым социализмом и мягкосердечностью. Но знаете, что в канадцах мне казалось особенно смешным? — Он запустил руку за пазуху и вытащил полуавтоматический пистолет. — Что вы не носите оружия. — Он направил пистолет на Мэри. — Моя дорогая, ну почему вы снова пытаетесь меня остановить?

Глава 40

Заря кайнозойской эры, знаменитая мел-третичная граница, когда вымерли динозавры, обозначена слоем глины, присутствующим на обоих версиях Земли. Начало новозойской эры в этой вселенной, нашей вселенной, вселенной Homo sapiens, будет обозначено отпечатками ног первого колониста на Марсе — первого представителя нашего вида, покинувшего свою земную колыбель навсегда…

Понтер и трое арбитров находились в самой большой просмотровой комнате павильона архива алиби, наблюдая за

событиями с нескольких точке зрения. Арбитры установили судебный надзор над компаньонами не только Кригера, но и Мэри, Луизы, и Рубена. Четыре голосферы висели посреди комнаты, показывая ближайшие окрестности четырёх компаньонов.

Конечно, Понтер и трое арбитров рисковали. Хоть павильон архива и располагался на периферии Центра, он всё равно был слишком близко к эпицентру событий.

— Глексенка с тёмными волосами права, — сказала арбитр Макалро, коренастая женщина 142-го поколения. — Вы должны уйти, учёный Боддет. Мы все должны уйти.

— Вы трое уходите, — сказал Понтер, складывая руки на груди. — Я останусь.

И в этот момент Понтер увидел, как Джок достаёт пистолет. Его позвоночник словно закаменел; Понтер не сталкивался с огнестрельным оружием с тех пор, как его чуть не застрелили перед зданием штаб-квартиры Объединённых Наций. Он снова заново пережил момент, когда пуля врезалась в его тело, горячая и острая, и…

И он не мог допустить, чтобы то же самое произошло с Мэре.

— Какого рода оружие имеется здесь? — спросил Понтер.

Белая бровь Майкларо взлетела вверх.

— Здесь? В павильоне архива?

— Или по соседству, — сказал Понтер, — в здании Совета.

Неандерталка покачала головой.

— Никакого.

— А усыпляющее оружие принудителей?

— Его держат в их штаб-квартире на площади Доронал.

— Принудители его не носят с собой?

— Обычно нет, — ответил другой арбитр. — Серому Совету Салдака разрешено приобрести только шесть единиц; я думаю, что все они сейчас на складе.

— Что можно сделать, чтобы его остановить? — спросила Понтер, указывая на парящее в голосфере изображение Джока.

— Глексены ничего не смогут сделать, — сказала арбитр Макалро.

Понтер понимающе кивнул.

— Тогда я помогу им. Они далеко отсюда?

Второй арбитр сверился с дисплеем.

— 7200 саженей.

Понтер легко пробежит такое расстояние.

— Хак, у тебя есть их точное местоположение?

— Да, — ответил компаньон.

— Ладно, арбитры, — сказала Понтер, — уходите в безопасное место. И пожелайте мне удачи.

* * *

— Вы не можете просто застрелить нас, — сказала Мэри, стараясь, чтобы её голос не дрожал и не в силах отвести взгляд от пистолета. — Это будет записано в архиве алиби.

— О да, конечно, — сказал Джок. — Отличную систему они тут себе устроили — дистанционный чёрный ящик для каждого мужчины, женщины или ребёнка. Но отыскать наши архивные блоки не составит труда, и когда все неандертальцы будут мертвы, я войду в павильон и уничтожу их — меня некому будет остановить.

Краем глаза Мэри заметила, что Рубен потихоньку отодвигается от неё. В паре метров от было дерево; если он окажется за ним, то Джок не сможет в него выстрелить, не сменив позиции. Мэри не могла обвинять Рубена за попытку спасти свою жизнь. Луиза тем временем находилась где-то позади неё и, вероятно, немного справа.