Шрифт:
Книга 1. ПОТЕРЯННЫЙ КОГАЙ
Вся жизнь – игра
Глава 1
Подлинный самурай не думает о победе и поражении. Он бесстрашно бросается навстречу неизбежной смерти. Если ты поступишь так же, ты проснешься ото сна.
Голова последнего врага покатилась по полу, оставляя за собой кровавый след.
Ал
Автоматически Ал отбил рукоятью меча вылетевшую на него из темноты бокового коридора летучую мышь, поздно соображая, что нетопырь мог нести в своих лапах ключ от какого-нибудь ценного сундука или сообщить ценную информацию. Хотя, скорее всего, это была обыкновенная штатная гадость, каких в этой игре находилось с избытком.
Одним прыжком он достиг крыши, все еще не веря в победу и держа меч наизготовку.
Прогремел гром, и черные небеса окрасились вдруг розовыми неонами победы. Ал постоял какое-то время, слушая фанфары славы, после чего снял с головы шлем, мгновенно оказавшись в своей крошечной комнате.
Ал посмотрел на монитор, в котором скукожилась спасенная им Вселенная, и устало плюхнулся на прокуренный диван, откинувшись на подушки.
Он понятия не имел, сколько времени провел за компьютером, день сейчас или ночь. Через плотно забитое щитами окно не просачивался свет и не проходили звуки. Окружающий мир был отставлен на подобающее его рангу расстояние. Вселенная, которую не было необходимости спасать от монстров и пришельцев, не предъявляла на Александра свои права. Может быть, она просто не знала о его существовании или, наоборот, знала и нуждалась в нем, но по какой-то нелепой причине скромно дожидалась своей очереди в приемной супергероя, оттесненная более срочными делами.
Ал попытался расслабиться и блаженно уснуть, как это бывало прежде. Воин победитель вернулся домой с блестящей победой… и… Что-то не давало расслабиться и перестать думать.
Что-то… да не что-то, а настоящая проблема и форменное несчастье. Победа была началом поражения и конца. Победа с привкусом горечи и разочарования.
Он был лучшим, без сомнения, непревзойденным мастером, который достиг своего апогея, зенита славы. Но игра, которую только что в пятый раз выиграл Ал, была контрабандно скаченной хакером Виртом разработкой японцев, которая была еще недоделана и должна была поступить на рынок не раньше чем через три года.
Ал обогнал будущее и был не в восторге от этого.
«Что теперь делать? Опять играть в старье, дожидаясь, когда другие фирмы выкинут на рынок что-нибудь стоящее? Опять же – сколько ждать?»
Победа была поражением и смертью.
Лучший в истории воин стоит с обнаженным мечом на горе из трупов. И никого. Один в поле не воин. Остается сделать харакири, последовав за своими друзьями и особенно врагами в ад, где можно будет продолжить вечную
Ал усмехнулся. На самом деле был еще путь – научиться самому создавать игры. Была и идея – да что там идея – настоящая мечта. Игра по книге Джеймса Клавелла «Сегун».
Закрытая на тысячу замков, отделенная от остального мира секретным Магеллановым проливом Япония. Начало XVII века, и полувоенный корабль «Эразм» из Роттердама с командой и талантливым и пронырливым кормчим Джоном Блэкторном.
С одной стороны, подозрительные, но любопытные как дети японцы, с их традициями и церемониями. С другой, испанские и португальские иезуиты, организовавшие невиданную до этого, по своим масштабам и выгоде, торговлю с Японией и получившие право на распространение католической религии.
В этой схватке кормчий действовал как настоящий, оказавшийся в игре геймер, но при этом нередко его действия были грубы и глупы. Сколько раз он был на волосок от гибели. Не хватало элементарных знаний о стране, людях и обычаях. Кормчий не имел представления о подводных рифах и отмелях японского характера, стараясь использовать все свои знания человеческой природы с единственной целью выжить.
Идею игры Ал разрабатывал со своим приятелем корейцем Кимом, преподававшим боевые искусства в каком-то богом забытом спортивном клубе.
Алекс прочел «Сегуна» раз десять, изучая мельчайшие ходы и незаметные ступени этого нового для него лабиринта. Джон Блэкторн был авантюристом, желавшим стать первым в истории голландским кормчим, добравшимся до Японии. Откуда он рассчитывал, собрав валяющееся под ногами золото (согласно легендам того времени, Япония ассоциировалась с Эльдорадо – страной золота), с честью, славой и немалыми барышами вернуться домой.
Алекс мечтал об этой игре. Оказавшись на месте Джона Блэкторна, он, без сомнения, ни на секунду не забыл, что это игра, и выиграл.
Джон Блэкторн не знал языка, Ал достаточно сносно говорил на японском. Правда, кормчий хорошо знал свое дело, и здесь Ал был слабее впервые севшего за комп юзера. Но зато Ал вместе с Кимом давно занимались дзюдо и оба владели техникой боя на самурайских мечах. Ал, по словам учителя, достиг уровня, которого редко добивается европеец. Традиционно в восточных единоборствах лучшими спортсменами считались азиаты. А значит, подобное утверждение сенсея чего-то да стоило.
Искусство владения самурайским мечом принесло ему победу на устроенной под Москвой игре по новому роману Эрика Морвилла о рыцарях круглого стола.
Ал поднял глаза – напротив него на стене висел плакат, сделанный с той игры три года назад. На нем одетый в кольчугу и кожаные латы, с длинными золотыми волосами и голубыми глазами стоял он сам. Роль короля Артура шла ему, как никому другому. «Ал был необычным, невероятным королем, – так писали о нем в бумажной прессе и Интернете. – Во время решающего поединка с Черным Лордом он применил технику владения самурайским мечом, принеся своему войску долгожданную победу».