Герой
Шрифт:
– Магия?
– В ней-то все и дело. На данный момент ни он, ни я не можем использовать мощные заклинания - силы накоплено настолько много, что мы просто развалим этот остров на кусочки. Поэтому Черные и хотят использовать секретное оружие.
– Черные?
– Да, мы называем их Черные. Во-первых, из-за цвета мундиров, во-вторых все, кто добровольно принимают подданство Императора магическим зрением начинают выглядеть как фигуры черного цвета.
– Однако, - сказал я вслух, а про себя подумал - "Становится понятно что я тут делаю. Но все равно не понятно что я могу сделать".
– Как выглядят осады магическим зрением, - поинтересовался я.
Маг удивленно воззрился на меня.
– Молодец, быстро
– Как это?
– не понял я.
– Вот так! По тому месту, где проходило первое кольцо было множество трупов Черных, но самого кольца больше не существует.
– А сколько всего было колец защиты?
– Два. Одно уже уничтожено, второе проходит по стене замка. Если завтра они прорвут его так же, как и первое, то мы ничем не сможем помешать им захватить замок.
– А присутствовал ли Император при осадах?
– Только при последней... Скорее всего, он все-таки нашел то, что искал, поэтому ему и удалось прорвать первое кольцо...
– А что он искал?
– Существует старая легенда, вернее, изначально это было некое пророчество, но с тех пор его уже много раз считали исполнившимся, что никто всерьез и не верил в него... Да, легенда о философском камне, который дает магу силу над всеми школами магии и даже позволяет подчинять себе элементалов всех стихий...
– Но если бы он его нашел бы, то наверняка уже применил бы!
– Все не так просто и цена, которая должна быть уплачено за это чересчур велика... Насколько я понимаю, мы и должны стать той ценой...
– Жизнь? Кровь?
– спрашиваю я.
– Души живых людей.
"Однако! Как в плохом сериале - все повторяется" - подумал я.
– Расскажите мне об Императоре, Верзинь.
– Это умный, жестокий и хладнокровный человек. Он очень редко впадает в ярость и так же редко допускает необдуманные действия. Как правило, каждый его шаг - обдуман, взвешен и максимально защищен от неожиданностей. Кроме того, в своих планах он предусматривает и неожиданности тоже! Мы организовали сто двадцать семь покушений на него и ни один из исполнителей даже не получил шанса начать свою миссию. Все они были схвачены или разоблачены... У него прекрасная организация личной Гвардии. Все гвардейцы мало того, что натренированы, но и чтят дисциплину выше жизни. Малейшее отклонение от регламента карается смертью. Регламент выверен до секунды. Охранники в его личной крепости ходят только по двое, причем маршруты движения охранников разработаны так тщательно, что каждая пара раз в минуту встречается с другой парой осуществляя обоюдный контроль. Каждая захваченная крепость в первую очередь изучается специально набранной командой инспекторов, все жители, так или иначе связанные с постройкой крепости, уничтожаются, а планы и чертежи переходят в личный сейф Императора.
– Из кого вербуется личная Гвардия?
– Из сирот, выращенных в Императорских детских домах. На них заведена история жизни, начинающаяся еще с внутриутробных времен. Хотя мы тут тоже сделали несколько попыток... Но сам понимаешь - безуспешно...
– Да, понимаю... А как выглядят переезды Императора из одного замка в другой?
– Император до последнего момента вообще не покидал своего замка. Успешная последняя осада - это был первый случай, когда он покинул свою цитадель...
– Сколько вы, говорите, было покушений, Верзинь?
– Сто двадцать семь...
– Знаете, Верзинь, какой есть положительный момент во всем этом?
– Какой?
– Мне очень нравится число сто двадцать восемь!
– Я не понимаю...
– Не надо ничего понимать. Нам пора начинать,
Часы на главной башне показывали полночь, когда я выбрался из замка Верзиня. План, как обычно, был прост до наивности - я должен выехать навстречу Императору и предупредить его о готовящейся ловушке на дороге. Верзинь за это время должен был приготовить три ловушки - одну фальшивую, которую я должен был "продать" Императору, еще одна фальшивая, которую я должен был продать в случае, если меня возьмут, как шпиона Проклятого замка (кстати, забыл поинтересоваться - почему замок-то Проклятый) и третью, целью которой было либо уничтожить Императора любой ценой, либо освободить меня, либо и то и другое вместе... План мне не понравился стандартностью схемы, но времени на что-либо другое уже не оставалось.
Спустя несколько часов медленного движения по тропе я решил, что самый сладкий сон будет под утро, спешился и, потирая натруженное место, стал располагаться на ночлег. Костер я разводить не стал - во-первых, ни к чему привлекать излишнее внимание, а, во-вторых, я все равно без спичек его не развел бы - не научился еще. Приказав себе проснуться через три часа, я устроился в развилке корней огромного раскидистого дерева и мгновенно уснул.
Проснулся я не через три часа, а через пять, зато бодрее и свежее, чем ожидал. Сделав коротенькую разминку, я продолжил свой путь. Сегодня мне предстояло встретиться с Императором, поэтому я не торопился, старательно обдумывая линии своего поведения и внутренне готовясь к самому худшему...
Часа через три я услышал впереди тяжелую поступь тяжелых кавалерийских лошадей. Я предусмотрительно остановился и стал ждать... Еще через полчаса между деревьев показались черные силуэты всадников. Увидев меня, просто стоящего посреди дороги они сделали именно то, чего, как я опасался, они не сделают - они остановились.
"Слава Богу" - подумал я.
– "По крайней мере, меня не растопчут сразу..."
Авангард из четырех закованных в доспехи рыцарей окружил меня, но вел себя не агрессивно - было видно, что они просто взяли меня под стражу до прибытия офицера. Не было произнесено ни слова - все и так было понятно...
Офицер появился спустя несколько минут - я догадался, что весь кортеж остановился в достаточном отдалении, так что даже в случае, если я был наводчиком засады, она бы уже провалилась. Подъехав ко мне, он поднял забрало шлема, и я увидел мужское, средних лет лицо с абсолютно пустыми, ничего не выражающими глазами... Такое впечатление, что передо мной была искусно выполненная кукла...
Офицер спросил меня деревянным голосом: "Кто такой и откуда?"
Я назвал то же имя, что и генералу в крепости, сказал, что еду навстречу императорскому кортежу с важными вестями. Офицер потребовал, чтобы я сообщил ему все, что я имею сказать Императору, на что я ответил: "Император видит глазами своих подданных, слышит ушами своих подданных, но никто не знает что он слышит и что он видит". Офицер моргнул несколько раз... По лицу его словно пробежала волна... Потом он посмотрел на меня живыми, полными ужаса глазами и сказал, что проведет меня к своему командиру, чтобы тот сам со мной разбирался. Я молча кивнул и тронул коня вслед за ним.
С командиром авангарда произошла в точности та же история, только на этот раз я был препровожден к офицеру личной Гвардии Императора. Много раз убеждавшись, что одна и та же шутка два раза не срабатывает я был поражен... Скорее всего, на этот раз мне просто повезло... Или нет?
Офицер гвардейцев сказал, что Император не принимает гонцов в дороге, на что я возразил, что если Император предпочитает, чтобы важная весть ждала конца его путешествия, то его воля для меня закон, но офицер обязан доложить ему об этом. Спустя еще четверть часа утомительных упражнений в логике и казуистике я был пропущен (под охраной четырех гвардейцев) к паланкину, в котором пребывал Император.