Герой
Шрифт:
— Прекрасно.
Он поднялся из-за стола, не скрывая своего нетерпения.
Я восприняла это «прекрасно» как знак того, что мои извинения приняты, и на свой страх и риск продолжила:
— Но наказание не соответствует преступлению.
Эта фраза была встречена еще одним раздраженным вздохом.
— Скажи, почему меня должен волновать тот факт, что дочь человека, который напичкал до смерти мою мать кокаином, лишилась работы?
Я вздрогнула.
— Это сделал мой отец, а не я.
— В твоих жилах течет его кровь.
Любая надежда на то, что смогу одолеть
— Ох... ты что, наркоман что ли?
Как только эти слова вырвались из моего рта, я тут же горько пожалела об этом.
— Пошла вон! — взревел он с неприкрытой яростью.
— Ладно, ладно, — поспешила я реабилитироваться, — это было лишнее. Мне правда жаль. Но вы судите обо мне по отцу, а это несправедливо.
Ответа не последовало.
Я осторожно сделала шаг в сторону Кейна, который явно о чем-то задумался.
— Послушайте, вы не просто лишили меня работы. Вы сделали так, что мой босс не сможет в дальнейшем сотрудничать с «Магнатом» и еще двумя изданиями. Он в свою очередь повлиял на то, что я больше не смогу найти работу в этой сфере. И все из-за вашего решения. Я лишь хотела... Позвольте Бенито завершить съёмку. Пожалуйста.
Пока мы молча смотрели друг на друга, напряжение между нами становилось все ощутимее. Я думала (по крайней мере, надеялась), что Кейн молчал, потому что размышлял насчет моей просьбы. Эта пауза позволила мне гораздо глубже погрузиться в его опасную, темную натуру. Разве можно быть с каждым разом все привлекательней?
Это становилось для меня серьезной проблемой.
Мама всегда расстраивалась из-за внешности отца. Ей казалось, что на его фоне она выглядит дурнушкой и ей крупно повезло, что они вместе. Я ненавидела это и, не прибегая к консультации психотерапевта, можно было понять причину, по которой всегда выбирала привлекательных, но не слишком парней. Более того, все мои бывшие (а их оказалось не так уж и много) считали, что прыгнули выше головы, встречаясь со мной. Я не гналась за мужской красотой, так как хотела выглядеть привлекательнее своего партнера. И все потому, что не имела желания чувствовать себя неполноценной на чьем-то фоне, как мама.
Вот почему реакция на Кейна показалась мне ненормальной. Достаточно одного взгляда, чтобы понять, что парень действительно горяч. Но меня никогда не тянуло на таких парней, потому как я изначально запрограммировала себя таким образом, чтобы ни в коем случае не поддаваться на их чары.
С Кейном же... все было иначе. Я не могла контролировать свои буйные фантазии. С того самого момента, как мы встретились (ну, если начистоту, то даже до этого момента), я чувствовала невероятную страсть, особенно сейчас, когда он, похоже, приходил в ярость.
— Нет.
— Нет? Что значит, нет?
Он с издевкой посмотрел на меня.
— Нет — это одно из самых распространенных слов в английском языке, мисс Голланд. Странно, как кто-то, не зная этого слова, вдруг остался без работы.
Я проигнорировала его сарказм и перекинула волосы через плечо полным неповиновения жестом.
— Нет — это не тот ответ, который мне нужен!
И без того черные глаза Кейна еще больше потемнели от гнева,
— Это мое последнее слово, и нравится тебе или нет, но ты сейчас же выйдешь отсюда. Или я лично вышвырну тебя вон!
Я снова встрепенулась, представляя, как его сильные руки обхватывают меня и... тут же отогнала прочь эти мысли, решив не сдаваться.
— Пожалуйста, проявите благородство.
— Благородство? — хрипло переспросил он. — Да что ты знаешь о благородстве?! Я прошу тебя последний раз, выйди, в противном случае я применю силу.
Я закрыла глаза, не в силах видеть его боль и не желать при этом прикончить собственного папашу. Из-за того, что мой отец был слабым и безответственным человеком, Кейн Каррауэй потерял все и, несмотря на это добился таких высот. И все же, глядя на него сейчас, я чувствовала, что в нем не осталось ничего, кроме обиды и злости.
— Я уйду, — прошептала. Открыв глаза, я встретилась с ним взглядом. Он смотрел с холодным безразличием. Его мнение обо мне не поменялось. И я по-прежнему безработная. — Простите еще раз. Я всего лишь... я просто раздавлена.
В прямом и переносном смысле.
Схватившись за дверную ручку, начала ее поворачивать, как вдруг Кейн, испустив уже знакомый раздраженный вздох, остановил меня.
— Я позвоню твоему боссу и попрошу вернуть тебя обратно.
Я с облегчением выдохнула и развернулась, удивленно на него посмотрев.
— Правда?
Он повернулся ко мне спиной.
— Правда. Но если ты сейчас же не уйдешь, я передумаю.
Я пулей вылетела из его офиса и понеслась прочь, не замечая никого вокруг. Конечно, я добилась не всего, что изначально планировала и, вернувшись домой, почувствовала, как облегчение сменяется разочарованием. Возможно, мне хотелось заставить Кейна увидеть то, что видела я. В некотором роде мы с ним очень похожи. И я не хотела быть его врагом.
Однако, совершенно очевидно, что Кейн хочет, чтобы я оставила его в покое. И я оставлю. Раз он так этого хочет.
Глава 3
Последние полтора дня я слонялась по квартире из угла в угол, не зная, куда себя деть. Время тянулось мучительно медленно. От нечего делать углубилась в воспоминания, перебирая в памяти не самые лучшие моменты из жизни нашей семьи, включая и тот злополучный день семь лет назад, когда открылась вся правда о моем отце. Как оказалось, он вовсе не «приходящий» папа и не жертвовал своей карьерой, чтобы проводить больше времени с нами. Он просто жалкое подобие мужчины, который бросил свою семью и проявил полное безразличие к женщине, умирающей от передозировки на его глазах. Я стала думать о моих отношениях с мамой, невольно анализируя все те события, что предшествовали ее смерти. Не желая увязнуть в этом с головой, я переключилась на проверку собственных банковских счетов в попытках найти способ растянуть имеющиеся сбережения на долгое время. По всем подсчетам выходило, что денег мне хватит примерно на полгода. А это означало лишь одно — придется отказаться от квартиры, как бы прискорбно это ни звучало.