Герой
Шрифт:
– Полетел правый сервопривод. Похоже, просто износился. Большие нагрузки. В полевых условиях мне его не починить. Это мой самый старый киборг. Взять его с собой, сержант? Сенсоры работают, значит, может хотя бы имитировать часового.
– Сами справимся, – сказал Шива после некоторого раздумья. – В бою он не поможет, а лишнюю тяжесть тащить с собой незачем. У нас есть другие киборги, к тому же все равно необходим часовой-человек.
– Ладно. Сейчас настрою его на самоуничтожение.
Тридцать минут спустя разведчики уже спускались по склону. Садилось красное солнце, а под одним из булыжников шла реакция разложения: вскоре от дроида ничего не осталось. Вместе с ним был уничтожен и накопившийся за все
Спуск с холма в темноте, с тяжелой амуницией – непростая задача. Особенно когда вокруг грязь, листва и камни. Разведчики цепочкой двигались за Хорьком.
Куколка с увесистым рюкзаком то и дело поскальзывалась и даже порвала плотную ткань костюма, когда, кубарем скатываясь вниз, зацепилась за острую ветку. После падения она стала прихрамывать на правую ногу. На сей раз Куколка молча сносила все невзгоды, выказав свои страдания только тем, что во время привала проглотила пару обезболивающих таблеток и прилепила на ушибленное бедро специальный пластырь.
– Полный порядок, – заверила она товарищей по команде. – Танцевать смогу.
У каждого что-то болело. Боль – вечная спутница бойцов спецназа. Тупая и острая боль, синяки и ушибы, порезы и растяжения, мозоли и царапины, позвонки, хрустящие под тяжестью непомерно больших рюкзаков. На боль просто не обращали внимания – такой привычной она была. Люди осознавали риск, связанный с подобной работой, и никто не жаловался.
Разведчики спустились с холма и зашагали через лес, покрывающий угорья. Здесь и там в низинах блестели заросшие тиной грязные лужи, на поверхности которых зеленели плавучие водоросли. Хорек старался вести отряд в обход таких препятствий, ведь плеск воды – это лишний шум, а следовательно, излишняя опасность. Многие деревья в лесу были поломаны недавним штормовым ветром или даже торнадо. Собровцам то и дело попадались эти покалеченные гиганты, верхушки которых валялись внизу у стволов. Сквозь подобные просветы в гуще листвы виднелось идеально черное небо с крупными, яркими звездами. Оно не было затуманено дымом заводских труб и подсвечено городскими огнями. Здешняя луна находилась в фазе роста, повиснув в вышине голубоватым серпом.
– Какая красота! – воскликнул Хорек, когда поднял взгляд к небу во время одной из остановок.
– Никогда не видел таких ярких звезд, – сказал Тирдал. – На наших планетах почти не осталось девственной природы.
– Нам тоже удается увидеть такие только за пределами Периферии.
– Они похожи на… – начал было Тирдал, но осекся. Он почувствовал насекомое. Примерно такое же, что набросилось на Хорька: быстрое, с мощными челюстями. Оно приближалось. Тирдал, уклонившись от атаки, выстрелил из своей импульсной винтовки и опять не попал. Жук приземлился у него за спиной, мгновенно развернулся, работая всеми восемью ногами, и приготовился снова атаковать. Он прыгнул, готовясь вонзить в сенсата свои челюсти, но в полете был обезглавлен взрывом антивещества. Тело жука придавило дархела своим весом, однако Куколка и Шива тут же вытащили его из-под конвульсивно дергающегося насекомого. Голова лежала неподалеку и еще шевелила антеннами и жвалами в страшном подобии жизни.
Подошел Кинжал и спросил:
– Ты в порядке?
– Да, – ответил хриплым голосом Тирдал.
Может, дыхание сбилось от удара пятидесятикилограммовой туши, упавшей сверху, а может, дархел просто занервничал.
– Это ты его пришил, Кинжал? – осведомился он.
– Угу. Стрелял в шею. Не знаю, где у этой твари мозг, но без головы она явно безопаснее.
– Отличный выстрел! – восторженно произнесла Куколка.
– Спасибо, –
– Я твой должник. Если попадешь в передрягу, я верну тебе долг. Даже если придется закрывать тебя своим телом, – сказал Тирдал.
– Серьезно? – "Что-то это не по-дархельски", – подумал Кинжал.
– Конечно. Если пуля будет лететь в ногу.
Раздались смешки.
– Тирдал, ты уверен, что все в порядке? – спросил Шива.
– Да. Могу продолжать путь.
– А как другие? Если в норме, то пошли.
В последующие несколько дней разведчики изрядно отстали от графика. Они шли по узкой долине, расположенной между холмами и заросшей густой, высокой травой. Проход вел точно на север, к равнине. Трава хоть и отлично маскировала отряд, однако мешала обзору и существенно замедляла скорость передвижения.
Горилла перевел роботов на ручное управление, и они, осторожно продвигаясь, разведывали местность. Горилла командовал ими при помощи джойстика, прикрепленного проводом к шлему. От специального устройства, вмонтированного в костюм, к роботам тянулись тончайшие провода. По мере того как дроиды отдалялись, провода разматывались. Будучи очень прочными, они использовались только один раз: быстро покрываясь грязью, кабель становился менее гибким, а очищать его было весьма трудно. У Гориллы имелся большой запас проводов, но и он был конечным, поэтому техник использовал кабели только в случае крайней необходимости. Сейчас наступил как раз такой момент: деревья, заглушающие сигнал, отсутствовали, и волны двусторонней беспроводной связи легко было засечь.
– Горилла? – раздался голос Благовеста в шлемофоне.
– Что вы хотите, капитан? – спросил Горилла.
– Хочу видеть больше. Можешь запустить "стрекоз"?
– Запускаю.
Равнинная местность – проклятие для разведчика, и неудивительно, что капитан попросил Гориллу задействовать летающих роботов. Зато, если местность безопасна, можно будет сократить маршрут и пройти напрямик, не делая крюк вдоль линии холмов.
Горилла засунул руку в одно из отделений своего бездонного ранца и вытащил с десяток небольших шариков, покрытых чем-то вроде перьев. Он легко подкинул их в воздух, и они трансформировались в маленьких дроидов, действительно похожих на хищных стрекоз. С жужжанием роботы разлетались в разные стороны, просматривая предполагаемый маршрут отряда и передавая изображения в инфракрасном спектре на компьютер Гориллы, который сортировал их и затем посылал Кинжалу и капитану. Роботы могли функционировать и как единый киберорганизм, но такой способ взаимодействия предполагал все ту же небезопасную двустороннюю связь.
"Стрекозы" не обнаружили ничего опасного, только стадо насекомых размером с носорогов, панцири которых возвышались над травой.
– Стадные животные, – доложил Горилла. – Видимо, с не очень сильно развитым интеллектом. Плохо, если у них такие же копыта, как у того громадного жука.
Пока Горилла возился с роботами, Благовест решил, что неплохо было бы взять с этой планеты кое-какие образцы. Основной формой жизни были здесь насекомые, причем невиданного размера. Их панцири выдерживали прицельный огонь импульсной и гравитационной винтовок. Какие еще загадки таит в себе этот странный мир?
– А-а, вот в чем дело! – сказал сам себе Горилла.
– Что такое? – спросил Благовест.
– Тутошние летающие организмы напали на моих киборгов. Две «стрекозы» уничтожены.
– Думаю, стоит отозвать военно-воздушные силы, если осмотр местности окончен, – посоветовал капитан.
– Да я и сам собирался, – отозвался Горилла.
Он вернул назад восемь уцелевших дроидов из десяти. Они опустились на его плечи, прямо как прирученные птицы. Только вот пернатые не умеют приобретать шарообразную форму. Горилла осторожно положил роботов в герметично закрывающийся карман костюма.