Герой Марса
Шрифт:
Пол был выложен шестигранными плитами из оранжевого стекла, а зазоры между ними были залиты плавленым серебром, и все это сверкало, как огромное зеркало. С потолка спускались массивные золотые цепи, и на них примерно в двухстах футах над полом покачивались большие светящиеся шары двадцати футов в диаметре каждый, заполненные той же густой янтарной жидкостью.
Вдоль круглой стены на равных расстояниях стояли стражники в мундирах и опирались на длинные копья.
В центре зала, куда они и направлялись, высился круглый подиум из трех дисков, поставленных друг на друга. Верхний диск был из
Над центром верхнего диска на четырех золотых тросах был подвешен массивный золотой трон, обитый синей тканью. И на этом троне Джерри увидел рослого мужчину с красивым и царственным лицом, бесстрастным, как камень. Его густая черно-седая борода была заплетена в пять косичек, которые спускались к широкому золотому поясу, усыпанному множеством драгоценных камней. Торс и руки человека были обнажены, если не считать драгоценных золотых браслетов и инкрустированного самоцветами медальона на груди. Голову его плотно облегал шлем из сверкающего золота, а на лбу сиял голубовато-белым огнем единственный самоцвет.
Двое молодых белокожих людей в синем, один светловолосый, другой брюнет, стояли на верхнем диске, по обе стороны от трона. Ниже их, на оранжевом диске, стоял высокий широкоплечий мужчина с бронзово-смуглой кожей и в оранжевом одеянии с синей каймой. Рядом с ним была девушка, не такая смуглая, но в одеянии того же цвета. Хрупкая, стройная, она была очень хороша собой.
На нижнем диске стояли десятка два мужчин и женщин, белокожих, в оранжевых с черной каймой одеждах. А окружали подиум не меньше тысячи других людей. Большинство из них были одеты в черное. Однако все находившиеся в зале - кроме солдат, схвативших Джерри, и двоих, стоявших на среднем диске, - были белокожими.
Люди, окружавшие подиум, расступились и почтительно отсалютовали, когда вошла девушка в сопровождении солдат и пленника. Но она, никого не видя, стремительно взбежала вверх по ступенькам подиума и обвила руками шею монарха, заливаясь слезами. Царственный великан поднял ее легко, словно куклу, и усадил рядом с собой на широком троне. Они заговорили, и девушка то и дело посматривала на Джерри - нетрудно было догадаться, что речь идет о нем.
Прервав свой рассказ, девушка спустилась с трона, взяла у бронзовокожего стражника ружье Джерри и вскинула его на плечо, как это сделал Джерри, когда целился в черного зверя. Землянин с ужасом увидел, что палец девушки лег на курок.
– Стой!
– крикнул он, рванувшись вперед, чтобы отобрать у нее ружье.
В тот же миг грохнул выстрел. Отдача мощного ружья швырнула девушку на пол, а пуля ударила в одну из кристаллических колонн.
В зале началась паника. Монарх сбежал с подиума и поднял девушку. Затем, все еще прижимая ее к себе, он резко что-то приказал.
Потрясенный Джерри увидел, как перед троном поднимается круглая часть пола, поддерживаемая тремя массивными колоннами. Когда это сооружение поднялось футов на двадцать, под ним обнаружилась платформа. Трое чернокожих гигантов сошли с нее и расстелили на полу большой круглый ковер из упругой красно-бурой резины.
Затем двое чернокожих схватили Джерри и выволокли на середину ковра, силой поставив на колени. Третий, который
Глава 5
Оцепенев, Джерри ждал, когда опустится меч. Но в этот миг светловолосый юноша в синем, стоявший около трона, бросился вниз с мечом в руке и отбил клинок палача.
Секунду спустя в зал вбежал седовласый марсианин в оранжево-черном одеянии; его гладкое лицо излучало спокойную доброжелательность. Он ободряюще улыбнулся Джерри и обратился к бесстрастному монарху. Тот бросил приказ чернокожим стражникам, и они позволили землянину подняться.
Между тем девушка, обмякшая в руках монарха, пришла в себя. Монарх опустил ее на пол, и она присоединилась к разговору. Лицо ее выражало неподдельное изумление, когда она слушала речь седовласого, обращенную к ней и к монарху. Четверо других тоже вступили в разговор - двое юношей в синем и бронзовокожие мужчина и девушка, стоявшие на среднем диске.
Хотя Джерри не мог понять ни слова, он догадался, что бронзовокожий мужчина требует его казни, а девушка, напротив, на стороне седовласого и юноши в синем.
Наконец монарх властно проговорил что-то. Путы были сняты с запястий Джерри, и седовласый, отсалютовав монарху, взял землянина за руку и отвел в сторону.
– Ты племянник доктора Моргана, не так ли?
– спросил он по-английски.
– Д-да, - растерянно выдавил Джерри, - это я… Но откуда тебе это известно? И кто ты такой?
– Лал-Вак, - был ответ.
– Я непростительно замешкался. Поскольку я чужой в Ралиаде, а в провинциях мятеж, меня обвинили в шпионаже. Сегодня утром меня арестовали, и мне с трудом удалось снять с себя все обвинения - и это несмотря на верительные грамоты вила Ксансибара!… Чужестранца всегда считают виновным, пока он не сумеет доказать обратное.
Они проходили по бесчисленным коридорам, и Джерри заметил, что все встречные с любопытством разглядывают его армейский мундир.
Наконец они вышли на уже знакомую Джерри платформу спирального туннеля. Лал-Вак потянул за шнур, отчего металлический колпак, накрывавший большой светящийся шар, раскрылся четырьмя лепестками. Мгновение спустя перед платформой затормозил многоногий экипаж.
Они уселись в седла, ученый бросил водителю несколько слов, и экипаж стремительно рванулся вверх. Миновав восемь платформ, экипаж затормозил у девятой. Пройдя по большому коридору, они остановились у двери, и слуга, увидев Лал-Вака, поспешил распахнуть ее.
Джерри оказался в просторных и роскошных покоях, освещенных единственным круглым окном во всю стену, - его прозрачные сегменты были раскрыты как лепестки, и в комнату врывался свежий дневной ветер. Обстановку комнаты составляли диваны, кресла, стол - все это без ножек, подвешенное к потолку на гибких, обтянутых шелком тросах.
– Посидим на балконе и поговорим, - предложил Лал-Вак.
Джерри вслед за Лал-Ваком шагнул прямо в распахнутое окно и вышел на балкон. Далеко внизу тянулась широкая улица, запруженная множеством экипажей и спешащими людьми. И на этом здании, и на здании напротив, выше и ниже, было много других балконов.