Герой Лондона

Джарман Джулия

– Пожалуй, ты прав. Тебе лучше ещё поспать. – Медсестра всё не уходила. – Хочешь, опущу изголовье кровати?

Тут кое-что попалось ему на глаза. Тофер кивнул медсестре, хотя ему хотелось только одного – чтобы она поскорее ушла. Усевшись на выступ снаружи, на него сквозь стекло смотрела птица с белой мордой в форме сердца.

– Спокойной ночи. Если что-то будет нужно, нажми на вызов. – Медсестра указала ему на кнопку звонка рядом с койкой и вышла.

Как только он удостоверился,

что она далеко, Тофер вылез из постели, на дрожащих ногах добрёл до окна и ухватился за подоконник.

Фьюить.

Резкий короткий звук оказался слишком неожиданным, и Тофер еле устоял, вцепившись в подоконник обеими руками.

Но он уже знал, что происходит, потому что такое с ним уже бывало.

И он знал, что должен делать.

– Иду, иду.

Подставив стул, он забрался на окно и внезапно птица перед ним начала расти. Но так ему только казалось – он знал и это. На самом деле это мальчик уменьшался, хотя и не чувствовал ничего особенного. Например, чтобы его как-то сминало или складывало вроде подзорной трубы или чего-то подобного. Но в конце концов он стал совсем крошечным, и громадная птица теперь возвышалась над ним. Круглые глазищи смотрели на него сверху вниз. Его собственные глаза были теперь на уровне её колен, укрытых в пушистые штанишки из перьев. Он перевёл взгляд ниже, и его взгляд уткнулся в морщинистые когтистые лапы.

Фьюить.

Птица подпрыгнула и, повернувшись к нему боком, подставила крыло. Блестящие перья нежного кремового цвета распушились, и крыло раздалось в ширину, словно раскрывшийся веер.

Фьюить. «Полезай». Тофер знал, что птица хочет ему сказать.

Он полез вверх, хватаясь руками за сверкающие перья, сжимая их так сильно, что в его руках они топорщились и мялись. Чем выше он взбирался, тем крепче была его хватка. И когда он был уже на полпути, птица подняла крыло.

Фьюить. «Отпусти».

Тофер подчинился и тут же почувствовал, что скатывается на перья помягче – на спину птицы. Усаживаясь верхом, он услышал свист крыльев по обе стороны, энергичный толчок снизу, и в следующую секунду ветер сдул с лица его волосы и прибил к телу рубашку пижамы – птица взлетела в ночное небо. С потрясающей скоростью поднималась она всё выше и выше, пока Лондон под ним не превратился в игрушечный городок из конструктора, а Темза стала нитью, вьющейся в сторону моря.

– Я иду, Ка. Я иду к тебе! – Тофер был уверен, что снова отправлялся в путешествие во времени в место, где, а точнее, когда ждала его Ка.

А вскоре он уже видел звёзды, и они были огромны, потому что

он летел среди них. Те, что падали, обгоняли его, и за ними тянулись огненные хвосты. Раскалённые метеориты стремглав пролетали мимо. Звёзды были всюду, куда только доставал взгляд: вблизи пламенные шары, вдали – крошечные сверкающие точки. Миллионы и миллиарды звёзд ослепляли его своим блеском, и мальчику пришлось закрыть глаза, а когда он снова открыл их, то ветер затих. Они летели через космос, через вакуум, летели через времена и те измерения, которых он и назвать бы не смог, в такой глубокой тишине, что Тофер слышал биение собственного сердца. Вот впереди показалась Земля, как огромный глобус, и она стремительно приближалась – значит, они шли на посадку. Он узнал громадную Евразию и заснеженную Арктику. Куда он прилетит на этот раз? Он почувствовал, как птица снижает скорость, её крылья, раскинувшиеся по обе стороны от него, теперь тормозили, и сильный ветер откинул его волосы назад. Под ним снова показалась Темза. Где угодно он опознал бы эти изгибы. Когда угодно. Лондон. Впереди возник купол собора Святого Петра, и Тофер задумался, кем же на этот раз он окажется и в каком столетии. Тут ему пришлось ухватиться за птицу покрепче, потому что та с огромной скоростью шла на снижение, и он плотно обвил руками её шею.

Фьюить. «Слезай».

Она скинула его на мостовую, и Тоферу сразу стало ясно: он в прошлом. Ещё пару мгновений, пока птица не скрылась из виду, он помнил, как он здесь оказался. Но когда мерзкий смрад наполнил его ноздри и заставил судорожно глотнуть воздух ртом, все его воспоминания о жизни Тофера Хоупа улетучились.

Теперь его звали Тофер Роули, и был он сиротой в бегах…

Глава 8

– Попался!

Но Тофер не попался. Он успел высвободиться и как раз вовремя нырнуть под лоток с моллюсками.

– А ну выходи! – на него зыркнули белесые поросячьи глазки, и огромная волосатая лапища потянулась схватить его за шиворот.

Но Тофер был уже таков. Юрко, как хорёк, засновал он на четвереньках под рядом торговых прилавков, поскальзываясь в жидкой слякоти и рыбьих ошмётках и молясь, чтобы его не поймали другие лоточники. Вернуться в работный дом? Никогда. Опять щипать пеньку, изо дня в день оставаясь на грани голодной смерти? Никогда. Опять дробить камень, опять побои? Никогда, никогда, никогда.

– Отличная селёдка! Свежайшая селёдка!

Свежайшая? Пахла она отвратительно – а может, это воняло что-то другое у этих же торгашей. Тофер старался не дышать носом, пока не добрался до конца ряда.

Конец ознакомительного фрагмента.