Герой ее грез

Хардвик Элизабет

Сидя вплотную к Дороти в тесном салоне такси, он повернулся к ней, сверкнув глазами.

— Вам нечего сказать мне?

Она не отвела взгляд.

— Нет.

Эван сжал в ладонях ее руку.

— А ведь нам о многом следовало бы поговорить, но первым делом я хотел бы… улечься с вами в постель. Вас это устраивает? — Он снова нахмурился.

Видя, как помрачнело его лицо, Дороти не удержалась от улыбки.

— Может, хоть ради такой перспективы вы немного развеселитесь? — поддела она его. Ей так хотелось

удержать при себе этого человека.

Он покачал головой.

— Прошу прощения, но в последнее время у меня не было повода для улыбок. Мэтью и Эрика просто не могли видеть, как я бесцельно слоняюсь по дому, Мэгги не могла дождаться, когда уедет к матери в Лос-Анджелес. Последние пару недель даже собаки старались не попадаться мне под ноги…

Все это время и у Дороти на душе кошки скребли, но она сконцентрировалась лишь на поисках другой работы и жилья, успев убедить отца, что с удовольствием переберется в собственную квартиру. Ей удалось найти и то и другое — и вчера она перевезла последние вещи в свое новое обиталище. А в понедельник приступит к работе старшим редактором в издательстве «Бостон пресс». За прошедшие две недели ее жизнь коренным образом изменилась.

А вот ее чувства к сидящему рядом человеку…

— Вас что-то беспокоит? — встревожилась она. — Какие-то проблемы с новым циклом книг?

— Наконец-то вы стали вести себя как мой редактор! — Эван еще крепче сжал ее руку. — Вы самая сложная женщина из всех, кого я встречал в жизни! Все из-за вас! Именно вы стали причиной моего жалкого состояния, из-за которого самые близкие и дорогие мне люди избегают встречаться со мной. — Он схватил ее за плечи и встряхнул.

— Из-за меня? — изумленно уставилась она на него. — Но…

— Только не здесь, Дороти, — буркнул он, с облегчением убедившись, что такси наконец подъехало к гостинице. — Поднимемся наверх, — чуть оживившись сказал Эван, когда они оказались в вестибюле.

Она не стала возражать и, не в силах оправиться от удивления, позволила увлечь себя в лифт, который поднял их на верхний этаж. Казалось, не прошло и нескольких секунд — и вот они остались с глазу на глаз в номере Джордана.

— Я понимаю, что первым делом нам надо было бы поговорить, — начал он. — Знаю, что между нами осталось много невысказанного, но сейчас я могу думать только о том, как хочу задушить вас в объятиях.

Ей же хотелось, чтобы он наконец замолчал и сделал это!

Дороти удивленно уставилась на Эвана, когда, расхохотавшись, он внезапно подхватил ее на руки и понес в спальню, и только тут поняла, что, наверное, не удержавшись, высказала вслух свое пожелание. Господи, что же после этого он подумает о ней?

А тот ничего и не думал и через несколько минут занимался с ней любовью так горячо и самоотверженно, словно брал штурмом крепость. Одним движением сняв с нее платье цвета персика, он целовал и ласкал ее тело

с головы до ног, доставляя такое острое чувственное наслаждение, о существовании которого она и не подозревала. И все же Эван продолжал оттягивать момент, когда войдет в нее, хотя его мощная эрекция дала Дороти понять, как он жаждет обладать ею.

— Милый, я хочу тебя, — простонала она, охваченная страстью. А Эван продолжал восхищаться нежными округлостями ее тела.

— И я хочу тебя, дорогая, — пробормотал он, лаская губами чувствительную ямочку у основания шеи.

— Ну же…

— Любовь моя, ты еще не готова, — приподняв голову, взглянул он на раскрасневшееся от вожделения лицо Дороти.

Не готова? Да она сейчас взорвется и разлетится на тысячи кусочков, если сию же секунду не будет принадлежать ему!

Он снова стал ласкать ее, пустив в ход и губы, и руки, и тут только она в полную меру ощутила, как тело стало наполняться жаром, который, занявшись между бедер, медленно охватил ее с головы до ног.

— Эван, — широко открыла она глаза. — Эван! — И задохнулась, захваченная волной жгучего наслаждения.

— Вот теперь ты готова, — полный счастья, прошептал он и, приподнявшись над Дороти, неторопливо и нежно вошел в нее.

Наслаждение достигло такой остроты, что Дороти показалось, будто она теряет сознание. Вцепившись в плечи Эвана, она приникла к нему, когда он начал все яростнее входить в нее, и волна страсти снова и снова вздымала ее, пока наконец все не завершилось взрывом такой силы, что задохнулись уже оба.

— Я даже и мечтать об этом не мог… Господи, как я счастлив, что стал для тебя первым. Милая!

Она лежала в его объятиях, положив голову ему на плечо; тела их были горячие и влажные от жара страсти, которая чуть отпустила их, давая временную передышку.

— И я! — Она прикоснулась к светлым завиткам волос на груди Эвана.

— Ты выйдешь за меня замуж?

Дороти уставилась на него, внезапно ощутив сухость во рту. Не может быть, чтобы он вот так…

— Любовь моя, — приподнявшись на локте, он сверху вниз вгляделся в ее изумленное лицо, — ты же не думаешь, что я утащил тебя со свадьбы отца, привез в гостиницу и уложил в постель, чтобы потом сбежать? Я бы не сделал этого, если бы не хотел жениться на тебе.

— Но я… я далеко не красавица, — возразила Дороти, впрочем понимая, насколько смешны эти слова. Но она в самом деле и сравниться не может с его бывшей женой. Вот та была красавицей. Писаной…

Эван с удивлением посмотрел на нее, как будто увидел впервые.

— Кокетничаешь, золотко? — наконец произнес он. — Да ты для меня самая прекрасная женщина в мире. После того что у нас с тобой сейчас было, как тебе только в голову такое пришло?..

— А вот так. Не удивляйся, пожалуйста, но ты же был женат на самой красивой женщине в мире…