Героини

Фэйворит Эйлин

Прошла мимо кухонных окон, резко свернула и направилась к балконной опоре, увитой глициниями. Она услышала, как хлопнула задняя дверь, — это Грета вернулась в дом.

Стоя под навесом, Анна-Мария вглядывалась сквозь глицинии, пока не увидела болтающийся конец простыни. Кэтрин сидела на подоконнике, болтая ногой, и не знала, что делать дальше. Мама окликнула ее громким шепотом:

— Не надо спускаться здесь, Кэтрин!

— Анна-Мария! Наконец-то! Где ты пропадала столько времени? Есть известия о Хитклифе?

— Я все расскажу. Только залезай обратно в комнату. Сейчас поднимусь.

Анна-Мария

помчалась словно демон, даже ветер свистел в ушах. Ей удалось незамеченной проскользнуть в дом через главный вход. Она на цыпочках, почти бесшумно поднималась по лестнице, с каждым шагом пытаясь вернуть самообладание, вновь стать молодой женщиной, повстречавшей в лесу Хитклифа, а не взбалмошной девчонкой, какой была всегда. Она поднималась и воображала, что Хитклиф следит за каждым ее движением.

Войдя в спальню, она увидела, что Грета усадила Кэтрин в кресло и пытается связать ей руки и ноги кухонным полотенцем.

— Ишь чего удумала! Из окон лазить!

Анна-Мария захлопнула дверь.

— Оставь меня в покое, старая ведьма!

Кэтрин вырвалась, подбежала к Анне-Марии и схватила ее за руки. Потом вдруг упала на колени и посмотрела на маму умоляющим и одновременно подозрительным взглядом.

— Ну, говори! Иначе я просто с ума сойду! Ты видела Хитклифа?

— Эй, вы! — завопила Грета. — Даже не думайте встречаться с этим цыганом!

— Он не цыган! — Кэтрин поднялась и погрозила Грете кулаком. — Прошу тебя, Грета, пожалуйста! Оставь нас с Кэтрин в покое. Иди к себе.

— Ишь, раскомандовались тут! Скажите на милость!

— Делай, что тебе велят, старая ведьма! — крикнула Кэтрин.

Грета воздела руки.

— Нет, вы слышали? Я этого больше не потерплю! С меня хватит! — И бросилась к двери.

На миг мама устыдилась, вздрогнув от грохота, с которым верная служанка захлопнула дверь. Даже Эдит никогда не смела так грубо разговаривать с Гретой. Впрочем, мама понимала, что только таким образом Кэтрин могла заставить Грету убраться. Девушки наконец-то остались вдвоем. Мама оглядела комнату — покрывало валяется на полу, ночник перевернут, а англичанка смотрит на нее глазами дикой кошки.

— Сядь, — сказала Анна-Мария. — И успокойся. Я расскажу тебе, что было ночью.

Глава 29

Ночь вторая: поиски Хитклифа * День третий: ланч * Намеки на грядущее разорение * Муки нечистой совести * Зачатие

Следующей ночью вновь разразилась гроза. Было уже далеко за полночь, когда дождь наконец прекратился и Кэтрин с Анной-Марией вошли в лес. Мама вела Кэтрин к тому месту, где накануне встречалась с Хитклифом.

— Хитклиф! — окликнула она.

Нет ответа. Ветер сотрясал ветви деревьев, девушек обдало душем из дождевых капель. Анна-Мария вновь позвала Хитклифа, и опять безуспешно. В изнеможении она прислонилась к полуразрушенной ограде и стала вглядываться во тьму. Накануне Хитклиф так рьяно настаивал на встрече с Кэтрин — и где он теперь?

— Может, ушел подальше, в самую глубь, — пробормотала она. — Спрятался от дождя.

Девушки отправились

дальше по скользкой от грязи тропинке, под склонившимися ветвями дуба. Анна-Мария чувствовала себя такой виноватой, что даже живот разболелся. Вполне возможно, что Хитклиф ушел, узнав о решении Кэтрин выйти замуж за другого. Ветер шелестел в листве деревьев, сверху сыпались мелкие сучья и капли воды. Анна-Мария обернулась к Кэтрин, которая взывала к Хитклифу, подняв глаза к небу, словно в надежде, что тот сойдет на грешную землю верхом на коне Апокалипсиса. Видя открытый, похожий на букву «о» рот Кэтрин и ее бледное вспотевшее лицо, Анна-Мария еще больше расстроилась. К тому же ею вдруг овладел страх. Возможно, Хитклиф затаился где-нибудь поблизости и ждет удобного момента, чтобы нанести удар. Она попыталась избавиться от неприятного ощущения. Хитклиф — не убийца, это ясно. Да, он страстный и вспыльчивый, но ведь этот лес — ее.Много раз она без всякого страха бродила по его тропинкам. И все же… От голоса Кэтрин у Анны-Марии мурашки бежали по коже.

— Хитклиф! — осипшим голосом продолжала звать Кэтрин, воздевая руки к небу.

Мама опасалась, что Кэтрин потеряет голос, а заодно и рассудок. Может вообразить себя Офелией и броситься в пруд.

— Похоже, сегодня его здесь нет, — неуверенно заметила она. — Нашел себе укромное местечко и отсыпается. Мы, наверное, опоздали.

— А ты уверена, что он назначил мне встречу именно на сегодня?

— Конечно. И совершенно не понимаю, почему его…

— Что ты ему сказала? Почему он не пришел?

— Да ничего такого я не говорила. — Мама повернулась к Кэтрин спиной и направилась к опушке леса, надеясь, что девушка последует за ней.

— Врешь! — хрипло взвизгнула Кэтрин и схватила ее за руку. — Я знаю! Ты в него влюбилась, вот что! Устроила против меня заговор!

— Ничего подобного! Ты больна! И тебе следует немедленно вернуться в дом.

— Нет уж! Буду бродить по лесу до тех пор, пока не умру! — взвыла Кэтрин.

— Ни в коем случае! — Мама тут же представила себе душераздирающую картину: двор перед домом забит машинами «скорой помощи» и копами, ярость Эдит просто неописуема. — Клянусь, завтра он будет здесь! Я абсолютно уверена в этом!

— Думаешь, ты его знаешь? Ты понятия не имеешь, как он бывает жесток! Это вполне в его духе. И вообще, как ты смеешь останавливать меня?

И Кэтрин, сжав кулаки, набросилась на Анну-Марию. Ярость ее была велика, а вот физически она была куда слабее. Поэтому Анне-Марии с легкостью удалось скрутить ей руки за спиной и крепко ухватить за шею. Кэтрин упала на колени на мокрую землю.

— Прости меня, Анна-Мария. Я знаю, ты хорошая.

— Идем домой, очень тебя прошу, — сказала мама. — Тебе надо отдохнуть.

— Я все равно обречена, — жалобно простонала Кэтрин. — К чему продолжать мучиться?

Мама помогла Кэтрин подняться, крепко обхватила ее за талию.

— Идем. Я точно знаю, впереди тебя ждут счастливые дни, — соврала она.

Она не знала, сможет ли Кэтрин перенести испытания, которые ее ожидают. Но сейчас это было не важно. Главное — привести ее домой и уложить в постель.