Герои Балтики

Шигин Владимир Виленович

– В плавание он всё кругосветное собирается, почитай, уже лет пять! – разъяснил ей тайну своего любимца подошедший Чернышёв.

– О господи, – перекрестилась графиня. – Мало, что ли, ты, Гришенька, по морям плаваешь, так тебе ещё вслед за англицким капитаном Куком хочется! Так ведь съели дикие Кука этого! Неужто и ты хочешь себе судьбы такой?!

Графиню как мог успокоил супругу:

– Слава богу, Аня, что пока государыня сей вояж делать не предполагает! Хотя наш Гришенька меня сим путеплаванием Куковым уже доконал вконец!

По прибытии в Кронштадт принял Григорий Иванович под команду корабль «Иоанн Златоуст», а вскоре другой, «Иоанн Богослов», на котором ходил в поход по Балтике под флагом вице-адмирала

Круза.

Во главе кругосветной экспедиции

А в это время на орбитах большой политики происходили события весьма важные. Острое соперничество морских держав за обладание колониями обратило к 1786 году их внимание на русские владения на Дальнем Востоке. Оценив сложившуюся обстановку, вице-президент Иностранной коллегии Александр Безбородко и русский посол в Англии Александр Воронцов принялись настойчиво убеждать Екатерину II в необходимости послать для охраны русских поселений на дальневосточном побережье от вероятных нападений сильный отряд боевых кораблей. Попутно граф Безбородко и граф Воронцов предложили императрице воспользоваться возможностью установить торговые связи с Японией и Китаем, а также доставить ряд грузов в тихоокеанские порты. Задача была куда как сложна: ведь ещё ни один русский корабль не плавал так далеко и долго!

– Да ведь это будет вокругсветное путеплавание?! – изумилась императрица, когда Безбородко с Чернышёвым сообщили ей о своих намерениях. – Готовы ли мы к столь многотрудному предприятию?

– Готовы, ваше величество! – ответил ей вице-президент Адмиралтейств-коллегии. – К тому же генерал-майор Соймонов долгое время доносит о нарушении наших вод восточных судами иноземными. Так с какой стати нам, россиянам, терпеть позор такой? Пора б уже и отпор дать достойный!

– А готовы ли мы оказать нашим мореходцам помощь дипломатическую? – повернулась Екатерина к Безбородко.

– Готовы, матушка! – отвечал вице-президент коллегии иностранной.

Императрица ненадолго задумалась.

– Хорошо! Александр Васильевич! – сказала она чуть погодя. – Пишите указ! Может, и вправду пора флоту нашему выходить на просторы вокругсветных дорог!

Двадцать второго декабря 1786 года секретный указ был готов. Он гласил: «Секретный указ нашей Адмиралтейской коллегии. Прилагая при сём копию указа, нашей Коллегии иностранных дел данного по случаю покушения со стороны английских торговых промышленников на производство торгу и промыслов звериных и на восточном море о сохранении права нашего на земли, российскими мореплавателями открытые, повелением нашей Адмиралтейской коллегии отправить из Балтийского моря два судна, вооружённые по примеру употреблённых капитаном Куком и другими мореплавателями для подобных открытий, и две вооружённые же шлюпки морские или другие суда по лучшему её усмотрению, назначаем объехать мыс Доброй Надежды, а оттуда, продолжая путь через Сондский пролив и оставя Японию в левой стороне, идти на Камчатку…»

Сразу же встал вопрос о начальнике кругосветной экспедиции. Достойных кандидатур было много: от известного полярного исследователя контр-адмирала Чичагова до молодых энергичных капитанов. Члены коллегии сошлись в одном – чтобы был глава экспедиции достаточно молод, всесторонне образован, имел хороший опыт командования судами в дальних походах и, самое главное, чтобы он всей душой и сердцем своим желал участвовать в сём многотрудном плавании. Решали долго, но когда граф Иван Чернышёв выложил перед заседающими все скопившиеся у него кругосветные прожекты Муловского, решение членов Адмиралтейств-коллегии было единодушным – начальником экспедиции должен быть назначен капитан 1-го ранга Григорий Иванович Муловский.

Руководителю первой русской кругосветной экспедиции шёл тогда всего лишь тридцать первый год, за

плечами были многие годы плаваний. В его послужном списке факт назначения на эту многотрудную и почётную должность записан так: «Избранием (именно избранием, а не назначением. – В. Ш.) начальником первого кругосветного плавания Муловский обязан своей деятельной службе, доставившей ему репутацию лучшего морского офицера, и своему разностороннему образованию. Между прочим, он знал языки французский, немецкий, английский и итальянский».

Сам Муловский тем временем находился в Архангельске, готовя к переходу на Балтику только что построенный линейный корабль. Вскоре после решения коллегии его срочно отозвали в столицу. Надо ли говорить, как обрадовался капитан. В Санкт-Петербург как на крыльях летел! А там сразу за дела! Дел-то хватало…

Вначале хотели было снаряжать в экспедицию фрегат «Африка», но затем оставили эту затею. Фрегат находился в строю уже более двадцати лет, ещё в Чесменском сражении участвовал, пришёл в ветхость. По настоянию Муловского было решено отбирать в экспедицию суда надёжные, а размерениями почти такие же, как у английского капитана Кука. Всего в экспедицию было определено пять судов: два побольше – «Холмогоры» и «Соловки», два поменьше – «Сокол» и «Турухтан» – да транспортное судно «Смелый» для отвоза в Охотский порт крепостной артиллерии и других нужных вещей.

В указе о задачах экспедиции Муловского значилось: «…Объявить официально о наших открытиях у северо-западных берегов Америки и тем утвердить право на обладание открытых земель… Но как таковое объявление без существенного подкрепления едва ли достаточным будет, а может ещё некоторым образом подвергнуть и достоинство двора, то завести на том море несколько военно-морских судов, которые б могли на самом деле выполнить запрещение…»

Тогда же определили маршрут плавания: через Атлантику, мимо мыса Доброй Надежды, Индийским океаном и вдоль китайского побережья к восточной оконечности России. По ходу плавания было предписано «обойти и описать все малые и большие острова… причислить формально ко владению Российского государства, поставя или укрепя гербы и зарыв медали в пристойном месте».

Капитаном «Соловков» был назначен капитан 2-го ранга Алексей Михайлович Киреевский – опытный, волевой офицер, участник Первой Архипелагской экспедиции. Капитаном «Сокола» – капитан-лейтенант Ефим Карлович фон Сиверс, плававший ранее в Ост-Индию на английском судне. Неоднократно совершали дальние плавания капитаны «Турухтана» и «Смелого» капитан-лейтенанты князь Трубецкой и Сарычев. Командование «Холмогорами» взял на себя сам начальник экспедиции.

Остальных офицеров подбирал уже Муловский. При этом особое внимание он обращал на опыт дальних плаваний, теоретическую подготовку и особенно – на умение вести опись побережий и островов.

Третьего февраля 1787 года Муловский представил в Адмиралтейств-коллегию список штаб– и обер-офицеров, изъявивших желание отправиться в дальний вояж. В него вошли, не считая офицеров «Смелого», четыре штаб-офицера, двенадцать лейтенантов, десять мичманов и один «морской артиллерии констапель».

По такому же принципу вёлся и отбор нижних чинов. Подавляющее большинство их являлось участниками средиземноморских походов. Общее число участников экспедиции составило 545 человек.

Суда экспедиции усиленно готовились к плаванию. Днища обшивали медью, меняли рангоут и такелаж, укрепляли корпус. Отправиться в плавание предполагалось осенью 1787 года. В декабре планировался выход судов экспедиции из Англии. Далее намечалось проследовать к мысу Доброй Надежды, пополнить запасы и взять курс к дальневосточным берегам. На подходах к ним транспортное судно «Смелый» должно было отделиться от отряда и самостоятельно следовать в Петропавловск-Камчатский с орудиями для крепостной артиллерии.