Героев выбирает небо...
Шрифт:
— Камиль, привет. Ты какими судьбами сюда забрел? — Она смотрела на меня своими большими, ясными глазами и улыбалась.
— Привет Лига. Я не знал, что ты здесь работаешь. Просто давно хотел посетить этот райончик, посмотреть, как здесь живут. — Я все еще отходил от наваждения, нахлынувшего на меня, но вроде она не заметила. Мы еще перекинулись парочкой приятностей в сторону друг друга, и я попытался сделать заказ, подавляя в себе волны смущения и неловкости. По Лиге было заметно, что она испытывает ко мне симпатию, но наша мимолетная интрижка не могла закончиться чем-то серьезным.
— Что у вас можно заказать? Может, что-то посоветуешь? — Поинтересовался я.
— Ты наверно не знаешь, но почти все блюда квартала «покинутых» (оказалось, что именно так они сами называют свой район) основываются на бобовых, так как это самая дешевая еда, которую могут, есть все. Сейчас мы живем лучше, чем наши предки и мы едим много мяса, но бобовые остались верной традицией всех «покинутых». Поэтому могу предложить фирменный суп Тхерри Иларак, что означает «свиной горох». Это гороховый суп, сваренный на жареном сале.
— Нет для первых блюд, пожалуй, рановато. Как на счет чего-то с мясом?
— Рекомендую фирменное блюдо в любом заведении и любимейшее для каждой семьи «покинутых». Оно называется Эрэг Бабарунак, что означает — королевские бобы. Блюдо делается из разных сортов мяса: свинина, конина и баранина с добавлением обжаренного подчеревка и трех сортов бобовых, горькой цветной фасоли, соленой белой и варенного гороха. Все тушенное в луке и помидорах.
— Замечательно! — Сказал я, а мой желудок подтвердил гулким урчанием. Лига рассмеялась.
— Вижу, твой живот согласен. Что будешь пить? — Спросила Лига, закончив смеяться.
— Принеси мне чего-то бодрящего. Мне сегодня понадобится много энергии. Что посоветуешь?
— Чай Илаитасан. — Она кивнула и ушла за заказом. Вернулась Лига через пару минут с подносом, на котором был кипящий металлический кувшин блюдце с черной таблеткой размером в старинный пятак и пустой кружкой. Таблетка, лежавшая на блюдце, была не что иное, как спрессованные чайные листья по типу таблетки пуэра, которую надо запаривать кипятком.
— Вот очень бодрящий напиток. Илаитасан означает — бодрость.
— Откуда все эти мудреные названия Илаитасан, Тхерри Иларак и Эрэг Бабунак? Никогда прежде таких слов не слышал. — Полюбопытствовал я.
— Бабарунак, поправила меня девушка и честно призналась: Не знаю, я как-то не задумывалась. — Она улыбнулась, сказав лишь, что остальное принесут позже. По-детски подмигнув, она умчалась на кухню.
Блюдо с названием Эрэг Бабарунак было поистине вкусным и оригинальным. Прежде мне не доводилось пробовать ничего подобного. Я уплетал мясо с фасолью, прихлебывая горячим чаем, строя планы на сегодняшний день и случайно подслушал разговор двух мужчин за стойкой, которые пили что-то горячительное…
— … да, представляешь, подчистую, все сгорело. Только кирпичные руины остались да сажа кругом. — Басил один из них.
— Слышал, что само все потухло, только и смогли, что оградить остальные фабрики, чтобы они не загорелись. До утра тушили. — Поделился своими знаниями второй. — Хорошо, что боеприпасы теперь на другом складе хранят,
— И то, правда… — начал говорить первый, но я его уже перебил на полу фразе и начал допытываться:
— Вы о чем сейчас толкуете мужики, какой пожар, что горело? — Выпалил я. Они обернулись и посмотрели на меня.
— Так фабрика оружейная наша сгорела. Теперь негде будет оружия для народа и ополчения делать. Ночью загорелась, к утру все само и стихло…
Не дослушав до конца, я метнулся к двери, кинув по пути горсть монет Лиге в ладошку. «Не успел. Вот дурак, прохлаждался, сидел. Надо было еще утром ехать на фабрику и все разузнать у Барса». Но на выходе меня окликнула Лига и спросила:
— Что случилось Камиль? Ты куда так резко собрался?
— Фабрика говорят, сгорела. Мне срочно нужно туда попасть. — С нескрываемым беспокойством ответил я.
— А как ты туда доберешься? Сюда извозчики и носа не суют. — С удивленным лицом вымолвила Лига. Я лишь выругался, сам-то не подумал. Но Лига, тут же, предложила мне выход из положения. — Отец сейчас будет ехать на рынок за продуктами, хочешь, он и тебя подвезет, а там уже доберешься до фабрики. Я лишь кивнул, будучи сильно погруженным в собственные мысли.
Приехал к фабрике на коне, которую взял взаймы у одного знакомого на рынке. На рынок отец Лиги меня тоже быстро довез. Мы мчали на всех парах, и конь, запряженный в телегу, как будто понимал мое желание, как можно быстрее туда добраться.
Уже подъезжая к фабрике, мне открылась удручающая картина. От нее почти ничего не осталось. Только белый дым еще слегка клубился над этим ужасающим пепелищем. Вокруг было много людей, как пожарных, так и просто зевак. Я бросился к ним, выискивая в толпе Барса, который явно должен был быть уже здесь. Расталкивая толпу, я пробрался к забору и потребовал меня впустить, но полицейский настаивал на том, что вход строго воспрещен. Я сорвался на крик, объясняя ему, что я здесь работаю и мне нужно попасть туда. На мои вопли начали оборачиваться люди, которые занимались ликвидацией остатков пожара. Один из них повернулся, и я узнал в нем коменданта Орасмара. Я закричал: «Захар Александрович!». Он кивнул и быстрым шагом пошел в мою сторону.
— Пропустите его! — Скомандовал комендант.
— Слушаюсь! — Выпалил полицейский и отступил в сторону.
— Камиль? Камиль Ларин? — На ходу бросил мне Крылов.
— Здравствуйте Захар Александрович, Вы меня помните! — Я с облегчением выдохнул. — Что здесь произошло?
— Мы точно не знаем Камиль. Ночью в пожарную часть сообщили, что горит оружейная фабрика, мне об этом доложили спустя полчаса, после того, как на пожар уехала пожарная бригада. Я сразу помчался сюда, помогал в тушении, пожар был неконтролируемый, неистовый. Потушить его никак не удавалось, и я принял решение оставить тушение фабрики и обезопасить площадь вокруг нее. Нам нужно было избежать распространения огня. — Лицо его было все в саже, усталое, даже изможденное, все-таки он был уже не молод. Полночи борьбы с пожаром, не могло на нем не отразиться.