Герда и Разбойник

Золотая карета, щедро подаренная Герде вместе с новым платьем и сапожками, принцем и принцессой, не могла не привлечь разбойников темного леса.

Они выскочили из-за деревьев как дикие звери, их было больше десятка. Они громко смеялись, размахивали саблями и не пожалели никого. Слуги и кучера были перебиты, их алая кровь украсила выцветшую траву, а саму Герду вытащили из кареты за волосы и сразу прижали острие ножа к горлу.

«Вот и все, Кай» - подумала она горько - «Окончен мой путь».

— Славная девчонка, да и при золоте – откуда ты такая? —

нож держала в руках смуглая полная женщина, атаманша, с орлиными глазами и разодетая в меха разных животных.

Герда сглотнула – она видела, как смотрят на нее неотесанные и грязные мужчины.

Бабушка говорила ей – в лесу стоит опасаться вовсе не волков…

— Прошу, — взмолилась Герда. — Забирайте карету, золото, одежду, но пощадите…

— Еще чего! — женщина обдала её дыханием, полного кислого хмеля. — Такую сладенькую и пощадить? Мне надо мужиков кормить…

Те довольно заулюлюкали, и от страха Герда зажмурилась – острие ножа прижалось к коже, выступили первые капли крови.

— Черт тебя побери! — неожиданная ругань, и холод от горла отступил.

Герда судорожно вздохнула и распахнула глаза – атаманша замерла, и уже у её шеи оказалась сталь.

Длинную, блестящую саблю держал юноша, едва ли старше Герды. Смуглый, как атаманша, у него были непокорные вьющиеся тёмные волосы, в которых застряли листья и сучья. Высокий, в одной жилетке на голое тело и штанах, едва державшихся на бёдрах. Его облик невольно заставил Герду вспомнить бабушкины наставления: «Юношей, не умеющих застёгивать ремень, стоит обходить стороной». У этого ремень был повязан на плече. Юноша выглядел диким - казалось, его воспитывали не люди, а волки.

Возможно, так и есть.

— Отошел, паршивец! — рявкнула на него атаманша.

— Нетушки, мама, — ответил он сладко. Его голос бархатный, но при этом с игринкой – будто он собирался залиться смехом после каждого слова. — Эта девчонка достается мне.

Мужики за его спиной запротестовали, а атаманша лишь хохотнула и отбила саблю сына своим ножом.

— Ишь удумал, мой маленький разбойник, — протянула она с гордостью, и потрепала его по волосам. — Понравилась, а?

Разбойник посмотрел на Герду и та могла лишь испуганно смотреть в ответ. Так смотрят звери, а не люди. Он будто видел сквозь кожу, обгладывал кость за костью и насытился до отвала. Пробежался взглядом по всему её телу, заставив смутиться. В голубой шубке и белом платье Герда выглядела странно посреди неотесанных разбойников.

— Она моя, — повторил разбойник, подходя ближе и резко хватая Герду за запястье. Уже тише, обращаясь только к ней, произнес. — Будешь спать со мной, греть меня по ночам. И не ерничай.

Герда могла только молчать – её не убили и этого было достаточно.

— Чур мы едем в карете! — объявил нагло юноша и под руку с Гердой запрыгнул в золотую карету.

— Ты принцесса, так?

Герда сжалась перед разбойником – он сидел напротив в развалку и без интереса наблюдал лесной пейзаж. Карета еле тащилась, лошади плохо слушались новых хозяев, но они никуда не спешили. Герда прижала руки в рукавицах к животу, будто пытаясь спрятаться.

— Отвечай! Хочу услышать твой голос! — поторопил разбойник.

Он

не такой уж и страшный, подумала Герда. Лишь очень наглый и избалованный. И глаза у него черные-черные, как омуты. Вроде острые, но такие печальные. Герда смирилась с судьбой – она знала, что спасти Кая будет нелегко и готова была встретиться с новой опасностью.

— Вовсе я не принцесса, — пояснила она.

Юноша затих, когда она заговорила и будто заслушался. Голос у нее был мелодичный, тонкий. Бабушка любила слушать, как Герда поет. Как и Кай…

— Меня зовут Герда, — сообщила она. — А тебя?

— У меня нет имени. Я разбойник, ясно?

— Имя есть у всех.

Парень фыркнул, будто она уже страшно надоела ему. Герда стушевалась, подумав, что разговор свернул не туда и закончен, но он заговорил:

— Меня зовут Курт. Тупое имя, да?

— Нет. Очень красивое, — честно сказала Герда. Звучит почти как Кай.

— Ага, не ври мне, — разбойник отвернулся и на смуглой коже появился легкий проблеск румянца.

Герда рассмеялась – его смущение пробудило в ней давние воспоминания, как она также заставляла краснеть брата. Курту это не понравилось, и он с намеком достал саблю. Он махнул ею, будто просто ради забавы, но слишком рядом с Гердой.

— Не ври, я сказал, — повторил он грозно, почти таким же тоном, как у суровой матери. — Ты ведь точно принцесса. Кто еще будет разъезжать в золотой карете в таком наряде?

Сабля коснулась юбки Герды, и она её сжала. Коротенькое теплое платье и белые колготки. Сабля опустилась к лодыжкам, удивительным образом не оставив порезов.

— Я правда просто Герда. Я… ищу своего брата.

Пришлось пуститься в долгий рассказ. Все равно путь был не близкий.

Герда не рассказывала с самого начала – как их приютила бабушка и оставила жить с собой. Как Герда из маленькой девочки выросла в красивую девушку. «Настоящая невеста, всем на загляденье!» - говорила бабушка. А Кай ревностно отгонял от нее ухажеров, не желая отдавать сестру кому попало. Герда и не спешила замуж. Она любила брата, заботу о бабушке и свои прекрасные розы, которые поливала каждое утро в любую погоду.

Но потом пришла она…

Беда.

С Каем что-то произошло и в один день, после страшной вьюги, он просто ушел.

Снежная королева забрала его. Герда это знала.

Никто не готов был отправиться с ней в путь, многие велели отпустить. Парни, что вились рядом, были рады, что брат пропал, и не давали прохода. Она слабая девушка, говорили они. Тебе не стоит пускаться в такой путь ради брата, что сам тебя бросил.

Герда понимала, что должна вернуть Кая – она любила его всем сердцем, и она знала, что он бы ни за что её не оставил.

Его околдовали. В детстве Герда не верила в сказки бабушки, но теперь они сбылись.

Жизнь Кая в руках Герды. И она уже прошла такой путь.… Осталось немного. Она обязана найти его и спасти.

— Вот и вся история, — закончила Герда. — Прошу, отпусти меня – я нужна своему брату.

Слезы сами выступили на глазах. Говорить о Кае без боли в сердце невозможно.

Курт внимательно слушал и ни разу не перебил. Даже не смеялся. Поверил каждому слову и неожиданно пересел к Герде. Он был теплым, и от него пахло тлеющим костром.