Герцог и я
Шрифт:
— Нет, мой друг. Я сам откажу ему, но постараюсь сделать это предельно мягко.
— Не многие братья идут на такое ради сестер!
— Она воистину хорошая сестра, — серьезно сказал Энтони. — И я готов сделать для нее многое.
— Даже водить ее по магазинам и выслушивать разговоры о погоде, балах и о лентах для волос?
— Даже это, но подобное мне с ее стороны не грозит.
— Охотно верю, однако у тебя на подходе еще три сестрицы, не так ли, мой бедный друг?
— Совершенно верно. Но все они моложе
Саймон иронически усмехнулся:
— Что ж, набирайся сил.
Честно говоря, он немного завидовал приятелю, окруженному большой семьей, не опасавшемуся одиночества и даже не знающему, что это такое. У Саймона не было сейчас намерения создать собственную семью, однако он не мог отрицать, что, если бы она появилась, его жизнь наполнилась бы иным смыслом, стала бы, наверное, более содержательной, даже привлекательной…
Из некоторой задумчивости его вывел вопрос Энтони, уже поднявшегося из-за стола:
— Так как? Придешь к нашему ужину? Он не будет званым, только девять наших. Ты — десятый.
У Саймона было множество дел в эти дни, связанных с вступлением в права наследства, управлением имениями, и он с некоторым удивлением услышал собственный ответ:
— С удовольствием.
— Очень рад, Саймон. Но сначала мы еще увидимся у леди Данбери, не так ли? Ты ведь собирался?
Саймон содрогнулся.
— Ты меня так запугал, что если я и приду, то постараюсь удрать через какие-нибудь полчаса.
— Полагаешь, тебе это удастся?
Решительный вид Саймона лучше всяких слов говорил, что он именно так и полагает.
Глава 2
Новоиспеченный герцог Гастингс оказался довольно занятной личностью. Начать хотя бы с того, что он всю жизнь пребывая в скверных отношениях со своим отцом — по причине, о которой даже ваш автор не в силах догадаться.
«Светская хроника леди Уислдаун», 26 апреля 1813 года
На этой же неделе состоялся званый вечер у леди Данбери, и Дафна, скрывавшаяся в одном из дальних углов танцевальной залы, чувствовала бы себя вполне уютно, если бы Энтони днем не довел до ее сведения, что некто Найджел Бербрук снова настойчиво просит ее руки. Ему было снова отказано, но у Дафны оставалось ощущение, что на этом дело не кончится: претендент, видимо, оказался упорным и легко с поражением не смирится.
Она увидела, как он идет по зале, поворачивая голову во все стороны, и постаралась еще надежнее спрятаться за спины стоящих рядом. Она совершенно не знала, как с ним говорить и о чем — с этим довольно милым, но недалеким и таким навязчивым человеком, и предпочитала укрыться если не в кустах, то в тени огромных портьер.
Но и это оказалось недостаточно
— Эй, сестрица, что это ты здесь прячешься?
— Энтони! Не ожидала, что ты придешь.
— Это все матушка, — сказал брат. — Разве мы можем ей отказать?
— Не можем, — согласилась Дафна, зная это по собственному опыту.
— И подумай только, — продолжал Энтони, — она вручила мне список приемлемых невест. Для меня, разумеется. Представляешь?.. Но мы все равно ее любим и уважаем, верно?
— Конечно, Энтони. Меня она тоже одарила списком женихов.
— Ею овладело особое беспокойство с той поры, как ты вступила в подходящий для брака возраст, Дафна. Какая-то матримониальная лихорадка.
— Хочешь свалить все на меня? Но ведь ты на целых восемь лет старше. Тебе давно пора!
— Ты должна понять, — наставительно сказал Энтони, — старые девы во много раз страшнее старых холостяков. Поэтому весь свой пыл матушка и обращает именно на тебя.
— Она пригрозила, что будет натравливать женихов по одному каждую неделю. Согласно списку. А в нем — ой, сколько!
— В моем тоже немало, — похвастался Энтони. — Я принес его с собой.
— Зачем? Вдруг кто-то увидит.
— Хочу поддразнить матушку. Вытащу при всех и буду рассматривать в монокль.
— У тебя нет монокля.
— Я на днях купил.
— Не смей этого делать! — крикнула Дафна, потому что Энтони и в самом деле вынул из кармана жилета какой-то сложенный листок. Правда, монокля не достал. — Мама тебя убьет! А заодно достанется и мне.
— Что ж, сестрица, ты заслужила: такая разборчивая.
Дафна толкнула его в бок, издав при этом что-то вроде победного клича, чем привлекла внимание нескольких человек, находившихся поблизости.
— У тебя не женская ручка, — сказал брат, потирая ушибленное место.
— И хороший опыт, — добавила Дафна. — Все-таки целых четыре брата и время от времени каждый нарывается на скандал… Дай посмотреть твой список.
— После того как ты едва не изуродовала меня? Ни за что! А впрочем, так и быть.
Она развернула листок, заполненный аккуратным почерком матери. Там было с десяток женских имен.
— Что ж, этого я примерно и ожидала.
— Совсем ужасно или не очень? — спросил брат.
— Да уж, выбор не ахти какой.
— Неужели не на ком остановить взор? О, я несчастный!
Дафна серьезно посмотрела на него.
— А сам ты собираешься жениться в этом году?
Вместо ответа Энтони подмигнул сестре, что она расценила как признание того, что он и сам этого не знает.
— Что за тайные переговоры вы здесь ведете? — услышали они хорошо знакомый обоим голос.
— Бенедикт! — воскликнула Дафна. — Мама и тебя отправила на эту пытку?