Герберт Уэллс
Шрифт:
Герберт Уэллс — несомненный патриарх мировой научной фантастики. Острый независимый мыслитель, блистательный футуролог, невероятно разносторонний человек, бешено эмоциональный, честолюбивый, пылающий.
Сверхновая.
Неистовство.
И холодный изощренный ум.
Да кто более знаменит из фантастов, чем он? Что, Шэкли? Хайнлайн? Вот уж дудки! Жюль Верн? Ну да, среди детей… Толкин? Тот бы обиделся, назови его кто-нибудь фантастом.
Уэллс умер давным-давно, а его тексты взахлёб, с сумасшедшим восторгом читали после его кончины несколько поколений и еще,
Патриарх!
А Геннадий Прашкевич?
Такой же патриарх русской НФ, только иного сорта — по характеру, по складу личности, по писательской манере. Его знают и любят вот уже несколько десятилетий. Спокойный мудрец, лукавый и щедрый, автор текстов, выламывающихся из любого ряда, выпирающих из любой классификации.
Но прежде всего — столь же сильный человек, как и Уэллс.
Есть вещи, о которых говорят редко, но они — правда.
Во всяком писателе, актере, режиссере, художнике, ученом, да какая разница! — есть витальная сила, которая концентрируется то в большем, то в меньшем количестве. Когда она доходит до критической массы, тогда огонь творчества вспыхивает на тысячу человеческих ростов, затем пылает буйно, неровно, мощно, сжигая лишнее, порождая то, к чему прикипают сердца. Автор хотел сделать одно, а выходит иное, он даже не думал, что так выйдет, он сам не в состоянии объяснить, откуда это взялось, а оно появилось из огненного зачатия, и гены его — искры.
Дар Божий — не контролируется, не прочитывается, не приручается. К нему можно приспособиться, можно найти средства, открывающие ему больше свободного пространства, отыскать методы, уменьшающие разрушительные побочные эффекты его буйства, да можно даже не видеть, не ощущать его мистической природы. Вот только заменить его ничем нельзя.
Либо он есть, либо его нет.
Очень старательный, очень эрудированный человек, которому не дано, будет всю жизнь тянуться вверх, подпрыгивать, строить лестницы, и если милостив к нему Бог, один или два раза, может быть, дотянется до того, к чему он не приспособлен.
Но если есть то самое, тогда любое движение в правильную сторону, любое творческое усилие будет давать стократ больший результат.
Итак, один человек, силу имеющий, пишет о другом человеке, силу имеющем.
Прашкевич говорит об Уэллсе: он виден в романах, в романах его очень много.
В книге об Уэллсе не меньше Прашкевича, чем Уэллса, он хорошо виден в этом тексте, его много.
Худо это?
Да ничуть не бывало.
Ведь патриарх пишет о патриархе.
И что же прочитывается из книги Прашкевича об Уэллсе? О, если отшелушить факты биографии, факты творчества, обширные цитаты, то останется…
Феминография!
Чтобы сила зажглась, чтобы все эти идеи, рвущиеся наружу, чтобы вся мощь, прикладываемая к созданию новых образов, ринулись в
Мужчине-спичке нужна коробок-женщина. Та самая. Или — как у Герберта Уэллса — те самые. И тогда всё сложится отлично.
Потому что — уже от себя говорю — либо аскетичная строгая вера, либо эротическое неистовство — вот два включателя-выключателя творческого горения. И если человек избрал второй путь, если ему так удобнее, то ему требуется не простое соитие, пусть и размноженное в сотнях и тысячах роскошных экземплярах, нет, тут нужен союз, насквозь, до уровня элементарных частиц, пронизанный эмоциями сближения, открытия и слияния.
И опять — либо есть, либо нет, средних положений не бывает.
Уэллс — владел.
Надо что-нибудь тут пояснять, комментировать?
А?
Да ведь ясно же.
Стремился, мучился, разочаровывался, зажигался, творил, терял, опять набирал высоту, работал на холостых оборотах, и вдруг что-то потянет, потянет… взрыв!
Пока у него было то, в чем он так нуждался…
А когда появилась капризная Одетта Кюн и переменчивая, ненадежная Мура, то… перестало хватать. Холоднее стало.
Иногда — тепло, взлет, короткий выброс, а потом — холодно, холодно, мимо, умствования, пастьба народов, переделывание мира, ух, какая чепуха. Просто кровь поостыла в жилах, да и всё тут.
Но все-таки… все-таки… Уэллс успел очень много. Его любили, он любил, и те, кто читал его книги, сами начинали любить Уэллса, поскольку дух животворящей любви пышет в его текстах той самой витальной силой.
Он был неправ. Он был неправ сплошь и рядом.
А все-таки — великий человек, сильный человек.
Патриарх о патриархе.
Да пожалуйста, спорьте, сколько хотите! Какое мне дело.
Основные работы Г. Дж. УЭЛЛСА
1891 — Новое открытие единичного.
1893 — Учебное пособие по биологии.
1895 — Машина времени.
1895 — Чудесное посещение.
1896 — Колеса Фортуны.
1896 — Остров доктора Моро.
1897 — Человек-невидимка.
1897 — Мораль и цивилизация.
1897 — Тридцать рассказов о необычайном.
1898 — Война миров.
1899 — Рассказы о пространстве и времени.
1899 — Когда Спящий проснется.
1900 — Любовь и мистер Льюишем.
1901 — Первые люди на Луне.
1901 — Армагеддон.
1902 — Морская дева.
1902 — Предвиденья.
1903 — Сон.
1904 — Пища богов.
1905 — Киппе: история простой души.
1905 — Современная Утопия.
1906 — В дни кометы.
1908 — Война в воздухе.
1909 — Анна-Вероника: история современной любви.
1909 — Тоно-Бэнге.
1910 — История мистера Полли.
1911 — Новый Макиавелли.
1911 — Страна слепых.
1911 — Игры на полу.