Геракл
Шрифт:
Самым старшим титаном был Алкионей, высотой с гору. Но его первым поразил Геракл своей отравленной стрелой. Знал Геракл, что Алкионей бессмертен, и, прикасаясь к матери-земле возрождался снова и снова. Поэтому, оттащив исполина с поля боя, Геракл бросил его в волны океана.
Порфирион была самым опасным среди гигантов. Он, сраженный любовной стрелой Эроса, влюбился в Геру и напал на верховную богиню, разорвав на ней одежды. Но Зевс тут же поразил его молнией, а Аполлон — стрелой. Эфиальту Геракл выбил правый глаз, а Аполлон — левый. Гигант Полибот, стремясь сбежать, попал на остров Кос, но и там его нашел Посейдон и, отколов
Боги победили гигантов. Гея впала в отчаяние. Ее сыновья-титаны были заточены под землей, а теперь и гиганты превратились в воспоминание.
Глава 24. Ревность
Когда Геракл ушел в Дельфы, Деянира недолго оставалась в Тиринфе. Женщина с детьми отправилась в город Трахины, что в Фессамии, где царем был друг ее отца, славный Кейк. В Тиринфе все было чужим Деянире, а в Трахинах она часто бывала в детстве. Три года и три месяца не получала Деянира известий от мужа. Геракл не давал о себе знать, и Деянира не знала, жив ли ее муж или сгинул под землей. Женщину мучили самые темные предчувствия. Она поделилась ими с Гиллом, своим старшим сыном.
— Сын мой! Вот уже несколько месяцев от отца твоего нет вестей! Может, случилось что-то! Почему ты не отправляешься на его поиски?
— Мама, — отвечал сын, — Говорят, что после трех лет рабства в Лидии он решил отомстить своим давним врагам! Сначала он убил царя Трои, потом сразился с Авгием, а теперь осаждает Эхалию, чтоб вернуть оскорбление Эвриту.
— Гилл! — прервала его мать. — Твой отец никогда раньше не покидал меня надолго. И в последний раз он уходил в глубокой печали и тревоге. И вот уже три года и три месяца его нет со мной. Уходя, Геракл отдал распоряжения, какие земли должны достаться вам, его детям. Я тревожусь за него. Молю тебя, сын мой, иди в Эхалию и найди отца.
Гилл не смел ослушаться матери и отправился на остров Эвбею в Эхалию. Через некоторое время после его ухода в Трахину прибыл запыхавшийся вестник. Деянира сама выбежала ему навстречу.
— Приветствую тебя, госпожа! Я с вестями, что скоро в Трахину прибудет посланник Геракл а Лихас.
— Добрый человек! Скажи мне, с какими новостями приедет Лихас? Жив ли мой муж? Вернется ли ко мне?
— Да госпожа, Геракл жив и скоро вернется в Трахину.
Замерла в радостном ожидании женщина, ее сердце успокоилось. «Он жив, и это главное», — думала она про себя. И вот в зал вошел Лихас, веселый молодой мужчина, обернутый в дорожный гиматий, покрытый пылью.
— Приветствую тебя, Деянира, — воскликнул Лихас. — Радостные вести принес я! Геракл, твой славный муж, жив и здоров. Он расправился со всеми своими врагами. Он победил даже Эврита, разрушил Эхалию, и скоро вернется в Трахину победителем. Я привел с собой пленников, которых Геракл захватил в городе. Перед тем как вернуться к тебе и отпраздновать свои победы, он принесет богатые жертвы олимпийским богам на Эвбее.
Глаза Деяниры светились счастьем. Внимательно рассматривала она пленных и заметила среди них прекрасную голубоглазую женщину.
— Лихас, а кто эта женщина? Она горюет больше всех. Кто ее родители? — спросила она посланника.
— Не
— Несчастная! — с горечью воскликнула Деянира. — Мне жаль ее, я не увеличу ее горя. Лихас, веди же пленных во дворец.
Но как только Лихас отошел, к Деянире приблизился слуга с хитрыми глазами.
— Деянира, правительница, не всю правду сказал тебе Лихас. Он знает, кто эта женщина, это Иола, дочь царя Эврита, за руку которой он когда-то состязался в стрельбе из лука. Самолюбивый царь не отдал свою дочь в жены бывшему рабу. Он оскорбил твоего мужа и прогнал его из Эхалии. Именно ради Иолы Геракл вернулся в город и убил Эврита. Когда Геракл прибудет в Трахины, он возьмет ее себе в жены, а от тебя откажется.
Безмолвно стояла Деянира. Слуга отошел от нее, не дождавшись ответа. Опустошенная и разбитая, она медленно вошла в дом. Лихас уже ждал ее: она с укором посмотрела на него своими темными глазами и спросила:
— Лихас, я знаю, что ты обманул меня. Ты скрыл от меня правду об Иоле.
Опустил глаза посланник.
— Ты права, царица. Геракл пленился прекрасной Иолой, и хочет жениться на ней.
Так говорил Лихас. Он был околдован Герой, которая все еще хотела разбить семейное счастье сына Зевса.
Ни слова ни сказав, Деянира ушла в свои покои. Горюет царица, что теперь делать ей? Ведь она любит могущественного сына Зевса и не отдаст его другой. Вспомнила убитая горем женщина о встрече с кентавром Нессом много лет назад. В большом сундуке она нашла его кровь и словно наяву услышала она его слова: «Натри моей кровью одежду Геракла, и ваша любовь вспыхнет с новой силой. Ни на одну женщину не посмотрит Геракл!».
И решила опечаленная Деянира воспользоваться кровью Несса, хотя сомнения терзали ее. Но страх потерять мужа был сильнее. Натерла Деянира отравленной кровью красивый плащ, который она выткала к возвращению мужа, и, положив в ящик, передала его Лихасу.
— Лихас, друг мой! Я поручаю тебе доставить этот плащ Гераклу на Эвбею. Пусть он наденет его, когда станет приносить жертву своему великому отцу Зевсу. Передай ему плащ в руки. Поспеши, Лихас!
Когда посланник уехал, Деянира охватило необъяснимое беспокойство. Быстро достиг Лихас Эвбеи. Геракл пировал и восхвалял милость богов. Вино лилось рекой, среди жителей был и сын Геракла, Гилл. Уже воздвигнул Геракл жертвенник Зевсу на высокой горе Канейоне. Стоял пасмурный день, и вокруг жертвенника собрались друзья Геракла и жители окрестных деревень. Лихас едва успел к началу жертвоприношения. Запыхавшийся, он вручил Гераклу ящик.
— Правитель, я едва успел к тебе! Твоя верная жена Деянира, наслышанная о твоих подвигах и победах, прислала тебе подарок.
Обрадовался Геракл подарку. Накинул на плечи роскошный плащ и приступил к жертвоприношению.
Сначала двенадцать огромных быков было заколото в честь Зевса, а всего олимпийцами было заклано более сотни быков. Пламя на алтаре разгоралось все ярче. Благоговейно вскинул руки к небу сын Зевса и призвал великих богов. Огонь, горевший на жертвеннике, согрел тело героя. К тому же, солнце выглянуло из-за туч и нагрело плащ. Неожиданно судороги сотрясли тело Геракла. Отравленный плащ прилип к его телу. Страшная боль пронзила его. Воскликнул Геракл: