Геомаг II
Шрифт:
Я подскочил к ним и посмотрел псу прямо в глаза. Действительно, то тут, то там, пробегала маленькая едва заметная голубая молния. Офигеть! Она напоминала некую вытянутую искру, особенно хорошо заметную на карих собачьих зрачках. Теперь я уже точно не сомневался, что Молния обладает каким-то магическим даром. Впрочем, она это доказала ещё тогда, когда поджарила маленького грызуна. Да, хорошая хрустящая закуска получилась для Ореха. И тут мне в голову пришла мысль. Я уже ни раз проверял одарённость големов. Что если проверить одарённость Молнии, она же своего рода тоже, как мы теперь выяснили, магическое существо.
— Крис,
— А ей не будет больно? — с недоверчивым лицом спросил друг.
— Нет, конечно, — ответил я и кратко объяснил в чём заключается проверка.
Друг не стал возражать и разрешил заняться изучением Молнии. Он лишь попросил сделать это побыстрее, нам ведь нужно добраться до леса, и потенциального места для лагеря, до темноты. В ином случае задача сильно усложнится. Во-первых, без огня мы будем уязвимы перед дикими животными, во-вторых, развести его в темноте и найти достаточно хвороста тоже будет труднее. Вообще это зависит от облачности, проще говоря от удачи.
В общем, я решил не терять время и сел рядом с собакой. Поднял правую руку над головой…
— Ай! — вздрогнул я. Меня словно ущипнула её шерсть. Лёгкая боль прошла от кончика пальца до кисти, но не дальше. Не сказал бы, что это дико неприятно, скорее просто неожиданно.
— Аха-ха! Чё такое? Блоха укусила? — расхохотался друг.
— Сейчас узнаешь, — я схватил его за руку и приложил к собаке.
— Ой! — теперь уже вздрогнул он, — это чё такое? Маленькие молнии?
— Думаю, да. Молнии копятся в Молнии, как бы странно это не звучало, и иногда они, наверное, выходят наружу.
— Похоже на правду, — согласился Оскард и снова коснулся собаки. Вновь резко отдёрнул от неё руку и запищал от боли.
— Давай, надо её… м-м-м…
— Избавить от молний?
— Да, а то у меня не получится одарённость узнать.
— Ух… ладно, — без особого энтузиазма согласился друг.
Мы стали тыкать в собаку пальцами и получать небольшие молнии. Собаке же казалось, что это какая-то игра. Она стояла, вертела хвостом, и смотрела за нами. Вся вертела головой и, наверное, думала: кто же следующий её коснётся. С каждой секундой она билась молниями всё слабее, пока, наконец, не прекратила.
Только после этого я был готов проверить её одарённость. «Прочитать» энергетическое поле и, преодолев его, «пощупать» внутреннюю энергию. Я снова провёл над ней рукой. Попытался представить, как бы выглядело собачье энергетическое поле. Разумеется, чтобы как-то использовать свою магию я заполнил всё воображаемое пространство бесплотными чудо-узорами. Магия начала генерироваться, я накопил её в канал и узлах. Только потом, по-настоящему, представил, как бы выглядело магическое поле Молнии. Но ничего не получилось, открыв глаза, я увидел только пса, природу и друга. Ничего, чтобы хоть отдалённо напоминало энергетическое поле. После ещё нескольких немного иных попыток у меня тоже ничего не получилось.
Должно быть я могу проверять на одарённость только големов. Причём, не обязательно собственного производства. После неудачных попыток я всё объяснил другу, тот поддержал меня и больше к этой теме мы не возвращались. Немного подумав, я снова вспомнил про Эсту она ведь биомаг, а, значит, смогла бы проверить одарённость магической собаки. Но и это не точно, о магических способностях и талантах Эсты я знал
— Кар-кар! — на ветку дерева, под которым мы сидели села ворона и уставилась прямо на нас.
— Взять, взять, — скомандовал друг Молнии и начал тыкать пальцем в шумную птицу.
Собака задрала голову и злобно прорычала.
Глава 19
Молния тявкнула на ворону во весь собачий голос. Из псовой пасти вылетела молния, словно голубая магическая пушинка, она с невообразимой скоростью устремилась в птицу. Та ни то, что крылом взмахнуть, моргнуть толком не успела. Магическая структура вошла в птицу, как горячий нож в масло. Та, покрывшись на долю секунды голубоватой едва заметной паутинкой, вздрогнула. Всё её тело словно пробила сильнейшая судорога, каждая птичья мышца напряглась до предела. Лишь через секунду, расслабившись, ворона наклонилась вниз и сорвалась с ветки мёртвым грузом. Кстати, к этому времени она уже дымилась. Поэтому падение тушки сопровождалось лёгкой дымкой. Она упала в траву, дрыгалась ещё несколько секунд, но уже совсем безжизненно. Мышцы сокращались и сжимались сами по себе, из-за магического удара.
— Видал, Крис, покруче любого арбалета! — радостно воскликнул Оскард.
— Нельзя! Нельзя просто так играться с магией, — я действительно считал, что применение магической силы, пусть и собачьей, должно иметь весомое обоснование, а не забавы ради.
— Ой! — прошипел друг, — не будь занудой, — он подхватил поджаренную ворону и дал её Молнии.
В отличии от обуглившейся мыши, птицу она грызла с удовольствие. Когда собачье пиршество закончилось мы двинулись в путь. Каждый подхватил свой перевоз. Первым шёл Оскард, рядом с ним тащилась собака. Кажется, ей было непривычно двигаться с настолько тяжёлым — набитым едой животом. Но она радостно виляла хвостом и посматривала на рыжеволосого хозяина, тот иногда умудрялся её погладить и почесать за ухом.
Зато мне, как тому, чей перевоз тяжелее, помогал Орешек. Он шёл в самом конце и подталкивал заднюю колёсную базу. Катить так, конечно, было намного легче. Да и для голема полезной, он ведь тоже становился сильнее, занимаясь различными силовыми нагрузками.
Через несколько долгих часов мы снова сделали передышку. Затем прошли ещё несколько часов и снова решили отдохнуть. Лишь спустя ещё часа три, с несколькими остановками в тени, мы добрались до леса. Солнце было ещё высоко, а значит время составляло немногим позже полудня. В принципе, мы укладывались — вполне успевали организовать лагерь до захода солнца.
Вот только впереди предстояло самое сложное, пробраться через густую лесную растительность и частые деревья. Желательно при этом не потерять ничего из наших инструментов и тем более запасов. Но я прекрасно знал, что нужно преодолеть эти заросли и потом мы выйдем на речную пойму. А там, кроме травы и небольших редких кустов ничего не растёт. Весной, в период половодья, воды настолько много, что она, можно сказать, очищает пойму ото всякого мусора. То есть, деревья, как поваленные, так и те, что крепко держатся корнями за землю нам не помешают. Останется только пройти вниз по течению и выйти к одному из первых водопад. Я там уже бывал, помнил, где омут и примерно представлял, в каком месте можно будет разбить лагерь с костром на две палатки.