Геном
Шрифт:
Блок работал быстро. Когда воздух в цилиндре очистился, Пак уже стоял закованный в серебристый костюм. На спине, под подбородком, на поясе – повсюду, где молекулы геля собрались не просто в гибкую и прочную броню, а в системы жизнеобеспечения, скафандр немного раздувался. Последней напылялась лицевая пластина шлема.
Цилиндр раскрылся, Пак вышел в шлюзовую. Едва заметно подмигнул Ким – и Алекс ощутил невнятное беспокойное смущение. Это что – проявление уважения? Или заигрывание, несмотря на продекларированные вкусы?
– Капитан, системы
– Спасибо, навигатор. Снимете костюм?
Генералов с явным удовольствием оглядел свое облачение.
– Если можно, нет.
Алекс пожал плечами. Самолюбование – не порок.
Они вышли из шлюза в центральный коридор корабля. Пак шел последним, его серебристая броня тихо похрустывала, окончательно подстраиваясь к фигуре.
– Все стандартно, – сказал Алекс, останавливаясь. – Шесть кают наши.
– Располагаемся тоже стандартно? – поинтересовалась Джанет.
Алекс кивнул. Хотя… какое расположение она считает стандартным? У них несколько необычный подбор экипажа.
– Правый борт – капитан, боец, навигатор, левый борт – второй пилот, врач, энергетик. Возражения есть?
– Все разумно, – решила Джанет. – При поражении любого из бортов экипаж продолжает функционировать… Разрешите занять свою каюту?
– Это следует понимать как согласие войти в экипаж?
– Да.
Алекс молча достал бланк контракта, протянул Джанет. Негритянка усмехнулась, мельком глянула на строки, послюнила палец, с силой прижала к точке опознания. Вернула Алексу его копию контракта.
– Я рад, – сказал Алекс. Можно было найти более проникновенные слова, но вряд ли в этом была нужда. Джанет с Эбена, и она не слишком-то склонна к сантиментам.
Следующие слова Джанет подтвердили его мнение.
– Капитан, где расположен медотсек?
– Минутку. – Алекс посмотрел на Пака. Тот мог быть сколь угодно самовлюбленным и скандальным… но сейчас его мучила одна-единственная мысль. Пожалуй, по степени сродства с кораблем к пилотам приближались лишь навигаторы. – Пак, вы найдете навигационный отсек?
– Да, конечно. Я знаком с дисковыми яхтами.
Генералов посмотрел вперед по коридору. Дверь в торце вела в рубку, но рядом с ней была еще одна.
– Можете ознакомиться с местом работы.
– Слушаюсь, капитан…
Навигатор быстро двинулся по коридору. Его скафандр окончательно приноровился к хозяину, и двигался он теперь совершенно беззвучно.
– Я ему немного завидую, – вдруг сказала Джанет.
– Почему? – спросил Алекс.
– Вы владеете навигацией, капитан?
– Умеренно. Обязательный минимум в училище, две переподготовки.
– Согласитесь, что это очень любопытные ощущения, капитан.
Дверь навигационного отсека раскрылась перед Генераловым. Тот оглянулся на товарищей, потом шагнул вперед.
– Будем надеяться, что я не ошибся, – сказал Алекс. Рекомендации рекомендациями, но легкая тревога все же оставалась.
– Если
– Не сомневаюсь. Но не хотелось бы осрамиться перед нанимателями… – Алекс замолчал. Не стоит делиться своими сомнениями с экипажем. Капитан может держаться отстраненно, может быть с экипажем на короткой ноге. В случае маленького корабля второе даже предпочтительнее.
Но вот проявлять слабость капитан не должен. Нет у него такого права.
– Ладно, каждый должен получить свой шанс, – закончил Алекс. – Поль?
– Да, капитан?
Молодой энергетик явно не принадлежал к болтунам. Или же был воспитан в духе строгой субординации.
– Где на этом корабле расположен отсек энергетика?
– В корме, капитан.
Алекс усмехнулся.
– А как же двигатели? Вы уверены, что на корме «Зеркала» найдется место для глюонового реактора?
– Отсек энергетика расположен в корме этого корабля, капитан. – Поль смущенно вернул ему улыбку. – Именно между букетом двигателей. Там стоит тандемный глюон-реактор «Ниагара», самая современная разработка из доступных гражданским кораблям. Экранирование осуществляется силовым полем, никакой материальной брони. Очень красиво, капитан, даже в доступном неспециалисту спектре!
– Поль, я восхищен вашей подготовкой и вашими преподавателями.
– Благодарю, капитан. Я тоже признателен своему училищу, но это несерийный корабль. Все дело в том, что я на нем уже летал.
– Поль?
– Только он назывался «Неустрашимый». Не понимаю, к чему менять название корабля, даже если изначально оно неудачное.
– Вы уверены, Поль?
Энергетик зарделся.
– Капитан, я размещался во второй каюте левого борта. Вы понимаете, есть такая традиция…
Алекс быстро прошел к каюте, которую теперь должна была занимать Джанет. Приложил ладонь к замку.
– Открыть. Приказ капитана.
Право на неприкосновенность личного пространства признавалось даже на военных кораблях. Идентификатор под ключицей вздрогнул, подтверждая особые полномочия Алекса.
Дверь уползла в стену.
Алекс вошел в каюту – все обычно, все удобно и функционально, как в одиночной тюремной камере. Разве что информационный терминал слишком большой для тюрьмы.
Санитарный отсек был совсем крохотный. Алекс молча присел на крышку унитаза, повернулся к стене.
Надпись, выгравированная на пластике тонким резцом, особой оригинальностью не отличалась.
«Сдано в эксплуатацию. Поль Лурье, энергетик-спец».
Алекс поднял голову. Джанет, Поль и Ким стояли в каюте, таращась на капитана. Поль был смущен, Джанет едва заметно улыбалась. Ким ничего не понимала. Наверное, спусти сейчас Алекс штаны и займись уместным в туалете делом – она сочла бы это затейливым космическим ритуалом.
– За эти надписи положено взыскание, энергетик.
– Да, капитан. Уже получено, капитан. Традиция, капитан.