Генезис
Шрифт:
Всё же, ангар на отшибе, заполненный оборудованием, и всего двое человек, у которых явно есть деньги. Прекрасная цель. Однако, к нам так никто и не вломился, несмотря на всю мою подготовку и оборудование системы обороны.
Более того, за месяц возле ангара появился лишь шериф из соседнего городка. Задал несколько вопросов, осмотрел оборудование, узнал, что собираемся выступать в гладиаторских боях. Потом он больше интересовался про доспех, опыт Николая в бою и регалии со службы. Мужчина явно планировал сделать деньги на тотализаторе,
После этого нам никто не мешал. Жилой блок в ангаре приобрёл уютный вид, а я разрывался между работой, фехтованием и желанием полетать. Пришлось составить чёткий график: полтора часа с утра на тренировку, полчаса на полеты днём, а остальное время на работу.
И только спустя два месяца трудов «Скиф», наконец, застыл, растянутый каркасом стапеля, давая мне нормальный доступ к каждой детали и позволяя закрепить сканеры. День работы, и у меня появилась полная картина повреждений мехи.
Над столом находилось изображение частей доспеха, транслируемое тремя компьютерами, а мы с Колей задумчиво смотрели на результаты.
— Могло быть и хуже, — вздохнул пилот. — Тут хоть видно, как основные магистрали меридианов вести.
Я же молча показал пальцем на переплетение выгоревших узлов, где на разных уровнях сходилось четыре схемы. А сейчас, понятно, творился лютый фарш, к которому непонятно как подступиться.
— Тут не должно быть сложно, — прищурился Егоров. — Общее питание, часть полётного массива, сенсорная система, защитное поле, а вот пятую пока не узнаю.
— Питание наплечного орудия, — буркнул я. — Чертежей нет, но, если что, можно обойтись и без него. Всё равно, говорят, пушка неудачная была.
Он оглядел доспех.
— По нему и не скажешь, что оно там было.
— Чисто убрали, меняли конструкцию плечевой брони, — согласился я, продолжая задумчиво созерцать схемы.
На самом деле, проблема даже не в том, что сгорел концентрат, а в слоистости твёрдой структуры вокруг. Меху выращивали целиком, и узел совершенно не пригоден для ремонта, так как расположен прямо под кабиной пилота и никогда не предназначался для вскрытия. И никакая система регенерации его не восстановит — там просто не подвести питательные вещества, всё спеклось в хлам.
Нужно демонтировать кабину, а для этого придётся раскромсать всю меху. Впрочем, тут по-другому никак. Необходимо модернизировать стапель и выращивать лезвия для пил. А это всё тот же девяносто пятый морф, из которого я делал нить в рукаве. Проблемно…
— Слетай завтра узнай, когда ближайший межпланетный портал будет. Нужно отправиться домой домой, у меня там чертежи пил.
Пилот понятливо кивнул, а я ещё раз тоскливо осмотрел громаду мехи. Чувствую, всё прокляну уже на половине трудов по восстановлению. Но раз вписался…
Работа закипела после того, как мы вернулись обратно на Титан с чертежами и торчащим из багажника севером, который я, всё же, решил перевезти. Иначе
Медленно и осторожно, стараясь нанести наименьший вред, огромная фигура доспеха превращалась в мешанину растянутых мышц и «органов» вокруг скелета. Повисла на кране бронекапсула кабины, вырванная из груди машины, к которой тянулись десятки вен и артерий.
Зрелище жутковатое, хорошо хоть переносчик морфа и строительных веществ, выполняющий роль крови, у «Скифа» имеет светло-зелёный цвет. А ведь есть и красный, что считается более эффективным. Тогда зрелище было бы ещё более жуткое.
Я пилил, отрезал, перерабатывал на фабрикаторе в пасту прогоревшие места, вычищая следы старых медиаторов. Потихоньку расшифровывал схемы, которые положили в основу данной модели доспеха.
Кое-что брал из профильных изданий и военных наставлений, которые удалось найти, иногда просто с натуры и обсуждения в сети. Там удалось, на одном из форумов, найти больше всего полезного. Люди на многое готовы пойти, чтобы доказать свою правоту, особенно когда вокруг все, вроде, свои. Да и модель старая уже, гриф особой секретности снят практически со всего. Жаль только, что доступа из ангара к сети нет — пришлось слетать домой пару раз.
Так я получил полную схему медиаторов плечевого орудия. Благодаря чему сумел удалить схему полностью, получив немного халявного концентрата. Система отключена до того, как схемы сгорели, а удалить её полностью сложно, не разбирая доспех так, как это сделал я. Так что там нашлось, чем поживиться.
С каждой неделей итоговый чертёж становился всё точнее и подробней. Появлялись варианты лучше, чем были установлены по умолчанию, но после того, как через три месяца от начала работ чертёж схемы медиаторов был закончен, возникла одна проблема.
— А ведь нам не хватит концентрата, Гор. Или восстанавливаем по минимуму без части функций или ищем деньги.
— Слишком много ушло на оборудование в мастерской, — поморщился в ответ я. — Мы не рассчитали.
Пару секунд царила тяжёлая тишина, а потом Коля неожиданно усмехнулся:
— Кстати, с днем рождения тебя, малой.
Я бросил взгляд на висящий на стене календарь, взятый из дому. А ведь действительно, по времени Венеры сегодня двадцать восьмое июня. Тринадцать лет исполнилось. И не заметил совсем…
А Егоров, тем временем, махнул рукой:
— Хрен с ним, доспехом! Собирайся, через четыре часа портал домой. Полетишь отдыхать и праздновать.
Я не то чтобы против отпуска, но показал на растянутые по половине ангара внутренности «Скифа»:
— А как же…
Он лениво отмахнулся:
— Я договорился с наёмниками из местных. За возможность пользоваться оборудованием, пока нас не будет, они готовы отработать почти бесплатно. Главное, чтобы у них было не меньше месяца на свои дела. Они через полчаса будут.