Генератор чудес
Шрифт:
Николай услышал легкое прикосновение к дверной ручке.
Потом дверь тихо отворилась.
Три осторожных шуршащих движения...
Он еще крепче сомкнул веки. Сердце вдруг заколотилось на всю комнату.
Он чувствовал, почти видел, как Анна приподнимается на носках, чтобы издали узнать, спит он или нет.
– Смелее, смелее, Анна Константиновна, - не поднимаясь, тихо сказал Николай.
Она вышла из-за высокой спинки кровати, несколько смущенно протягивая ему руку.
– Как вы узнали, что это я?
– Я слышал ваши движения, узнал ваши шаги. И я... очень
Что-то более сильное, чем ее воля, охватило Анну, заставило пальцы быстро сжать пальцы Николая, и сразу же, испуганно выдернуть руку.
Несколько мгновений она выдерживала его взгляд, полный восхищения, потом опустила глаза.
В этот момент Наташа и Федор вошли в комнату. Быстро завязалась общая беседа; друзья наперерыв старались придумывать подходящие темы, чтобы как можно дальше отвлечь внимание больного от всего, что было связано с его работой. Николай заметил эти не слишком искусные маневры и вдруг расхохотался так громко и весело, что все испугались, уж не истерика ли это.
Одновременно с двух сторон появились в комнате Ридан и тетя Паша. Их встревоженные лица смутили Николая.
– Простите, я, кажется, напугал вас. Больному, очевидно, не полагается смеяться? Но, право, Константин Александрович, они тут так усердно развлекали меня... Знаете, что, товарищи? Честное слово, мне это уже не нужно. Я вылечился! Нет, нет, не от слабости, конечно, а от прежнего своего стиля работы и жизни. Во мне какой-то переворот произошел. Я хочу гулять, хочу читать, ходить в кино, на концерты. Я буду заниматься спортом... вероятно.
Это "вероятно", рассмешив всех, оказалось убедительнее других доводов Николая.
– Вы это серьезно?
– спросил Ридан.
– Совершенно серьезно. Я испугался. Не хочу падать в обмороки, глупо ведь. Эдак я свихнусь и... не успею ничего сделать.
– Хорошо. Теперь я вижу, что перелом действительно произошел. Но чтобы восстановить нервную систему, вам придется отправиться в санаторий месяца на полтора. Необходимо переменить обстановку, климат, природу...
Николай нахмурился.
– Полтора месяца...
– тоскливо протянул он.
Федор посмотрел на него сочувственно. У него был свой взгляд на это дело.
– Эх, Константин Александрович, - вздохнул он, - дали бы вы мне его в полное распоряжение, я бы ему в месяц вернул силы, да еще прибавил бы хороший запас здоровья, свежести и совершенно новых впечатлений.
– Каким образом?
– встрепенулся Ридан, всегда внимательный к советам людей, не причастных к медицине.
– А вот как Я бы взял его с собой в путешествие, которое собираюсь совершить этим летом. Путешествие особое, в лодке, по реке. Я уже провел таким образом три отпуска, так что имею некоторый опыт. Делается так: подбирается небольшая команда, человек пять-шесть. Мы выбираем реку, по возможности, дикую, в отдаленном малонаселенном районе Союза. По железной дороге добираемся к какому-нибудь пункту в ее верховьях. Тут приобретаем большую лодку, закупаем провиант, погружаемся, и начинается жизнь на воде. Мы идем вниз по течению до заранее намеченного пункта, где ликвидируем свой плавучий дом и кончаем путешествие. Я прошел так по Уралу, по реке Белой и Северной
– Правильно!
– воскликнул Ридан.
– Вы правы, Федор Иванович. Санаторий отставить. Ничего лучшего нельзя придумать для Николая Арсентьевича.
– А женщин вы брали с собой?
– спросила Наташа.
– Да, брали. Но... выбирали их очень осторожно, как, впрочем, и мужчин. Я повторяю, это не так просто и легко, как кажется.
Девушки переглянулись, очевидно охваченные одной и той же мыслью.
– Справимся, Натка?
– лукаво улыбаясь, спросила Анна.
– Ясно!
– Команда готова, товарищ капитан, - козырнула Анна вскакивая.
– На этот раз вам не придется ее подыскивать.
– В самом деле! Это было бы чудесно!
– Правильно, Анка!
– поддержал Ридан.
– Только все же придется найти еще одного мужчину. Если две женщины, нужно трех мужчин, это уж я знаю по опыту.
– Так вот третий, - Николаи указал на Ридана.
– Верно! Ну, конечно!
– девушки захлопали в ладоши.
– Ну, нет!
– засмеялся Ридан.
– Мне это не подойдет. Я все равно сбегу. Знаете что? Предложите Виклингу. Он спортсмен и, пожалуй, будет полезен. А мне он пока не нужен.
Наташа недовольно дернула носиком, однако возражать не стала: все были согласны с Риданом.
На этом и порешили. Федор взял на себя выбор подходящей реки и составление плана подготовки к путешествию. Анна должна была поговорить с Виклингом.
Беседа эта состоялась на следующий же день. По желанию Виклинга, они встретились на набережной а предвечерний час. Анна чувствовала, что Виклинг не зря стремится к уединению с ней, и немного волновалась
Выслушав ее сообщение о предполагаемом путешествии, он некоторое время молчал. Анна взглянула на него удивленно.
– Вам не нравится этот проект?
– спросила она.
– Нет, это великолепный проект! И вы знаете, что я был бы счастлив провести целый месяц с вами... и с вашими друзьями.
– И с вашими друзьями, - поправила Анна.
– Я не знаю, Анни, так ли это, - грустно ответил Виклинг. Усилившийся акцент выдавал его скрытое волнение.
– Об этом я хотел говорить с вами. Могут ли быть друзья, среди которых нет доверия?
Анна почувствовала себя как бы пойманной на месте преступления. Что делать? Виклинг был прав.
– Разве вам не верят?
– спросила она, видя, что уйти от ответа не удастся.
– Вы это знаете, Анни. Профессор и Николай Арсентьевич совместно решают какую-то интересную проблему. Какую - это для меня тайна. Я - наблюдательный человек и знаю, что вы с друзьями меняете иногда тему разговора, когда я прихожу. Что-то скрываете. Ваша вспышка интереса к радиосвязи была неудачна, вы сами знаете. Вы не умеете лгать. О, конечно, я не могу требовать доверия... как другие. Но... разве это есть дружба, Анни?