Генералиссимус
Шрифт:
18 августа Сталин созвал на экстренное совещание тех, кому он решил поручить это ответственное дело. После всестороннего обсуждения было принято Постановление Государственного Комитета обороны СССР за № 9887 сс/оп "О специальном комитете при ГОКО". Вот несколько пунктов из этого документа:
"...Возложить на Специальный комитет при ГОКО:
– руководство всеми работами по использованию внутриатомной энергии урана;
– развитие научно-исследовательских работ в этой области;
– широкое развертывание геологических разведок и создание сырьевой базы СССР по добыче урана,
– организацию промышленности по переработке урана, производству специального оборудования и материалов, связанных с использованием внутриатомной энергии;
– строительство атомно-энергетических установок и разработку и производство атомной бомбы.
...Поручить тов. Берии принять меры к организации закордонной разведывательной работы по получению более полной технической и экономической информации об урановой промышленности и атомных бомбах, возложив на него руководство всей разведывательной работой в этой области, производимой органами разведки (НКГБ, РУКА и др.).
Председатель Государственного Комитета Обороны
И. Сталин".
Под руководством Б. Л. Ванникова начала создаваться новая отрасль промышленности - атомная, в которую из других наркоматов, в соответствии с постановлением ГКО, были переданы и перепрофилированы некоторые НИИ, КБ, строительные организации и промышленные предприятия.
Создан Ученый совет, в который вошли, по рекомендации Сталина: Алиханов, Ванников, Иоффе, Завенигин, Капица, Кикоин, Курчатов, Харитоп, Махиев.
– Совет должен быть настоящий, научный, полезный - не заниматься говорильней, - определил Сталин,
Сталин постоянно следил и помогал работе ученых, он оказался дальновидным и насчет "говорильни", и однажды устранил серьезный конфликт, наметившийся между администраторами и учеными.
По этому поводу Сталину написал письмо академик Капица:
"Товарищи Берия, Маленков, Вознесенский ведут себя в особом комитете как сверхчеловеки. В особенности тов. Берия. Правда, у него дирижерская палочка в руках. Это неплохо, но вслед за ним первую скрипку все же должен играть ученый. У тов. Берии основная слабость в том, что дирижер должен не только махать палочкой, но и понимать партитуру. С этим у Берии слабо... У него один недостаток - чрезмерная самоуверенность, и причина се, по-видимому, в незнании партитуры. Я ему прямо говорю: "Вы не понимаете физику, дайте нам, ученым, судить об этих вопросах", на что он мне возражает, что я ничего в людях не понимаю. Вообще наши диалоги не особенно любезны. Я ему предлагал учить его физике, приезжать ко мне в институт. Ведь, например, не надо самому быть художником, чтобы понимать толк в картинах [...].
...У меня с Берией совсем ничего не получается. Его отношение к ученым, как я уже писал, мне совсем не по нутру.
...Следует, чтобы все руководящие товарищи, подобные Берии, дали почувствовать своим подчиненным, что ученые в этом деле ВЕДУЩАЯ, а не подсобная сила... Они (руководящие товарищи) воображают, что, познав, что дважды два четыре, они постигли все глубины математики и могут делать авторитетные суждения. Это и есть первопричина того
Мне хотелось бы, чтобы тов. Берия познакомился с этим письмом, ведь это не донос, а полезная критика. Я бы сам ему все это сказал, да увидеться с ним очень хлопотно..."
Сталин ответил академику. Он вызвал Берию и показал ему письмо Капицы. Можно легко представить, как оно взбесило "маршала КГБ" при его неограниченной власти.
Но Сталин сказал:
– Учти и помирись.
Берия поехал к Капице в институт, подарил ему уникальное охотничье ружье.
Настырный академик в беседе еще раз выложил Берии все, что о нем думает. Он согласился продолжать работу в Спецкомитете только при условии, если ученые будут основной силой, а все остальные - подсобной, помогающей им.
Берия на все был согласен. Но он не был бы самим собой, если бы не затаил злобу на Капицу. Постепенно, день за днем, он "дул и дул в уши" Сталину, что этот академик ненадежный человек, он настроен антисоветски, может стать предателем. В конце концов Берия своего добился. Сталин сказал:
– Я его выведу из Комитета, но ты, Лаврентий, его не трогай. Никаких арестов и обысков.
Капицу из Комитета вывели, и он спокойно дожил свой век. Пережил Берию - умер в 1984 году, стал дважды Героем Социалистического труда (1945, 1974 гг.)...
29 августа 1949 года в 6 часов утра на Семипалатинском полигоне была взорвана первая советская атомная бомба.
О подготовке во всех деталях докладывалось Сталину по ВЧ. И когда все было, как говорится, на взводе, ом благословил.
Атомная монополия США была ликвидирована. Создание атомных бомб и ракет, способных доставить их через океан, поставлено на массовое производство. Сталин и на этот раз своего достиг - он спас не только свою страну, но и все человечество от американской атомной дубины.
Разгром Японии
[В этой главе использованы воспоминания маршала Василевского и приводятся выдержки из книги С. Куличкина "Генштаб полагает..."]
Впервые о войне с Японией Сталин заговорил еще при подготовке завершающих операций против Германии. Перед взятием Кенигсберга Сталин сказал Василевскому:
– В Ялте мы договорились о войне на Дальнем Востоке против японцев. Уже сейчас надо готовить к переброске туда несколько лучших армий. Их мы возьмем в том числе и из Восточной Пруссии. Я хочу, чтобы именно вы наметили эти армии. Ставка предполагает поручить вам руководство боевыми действиями против японцев...
Такого Александр Михайлович не ожидал, и недоумение, конечно, отразилось на его лице. Сталин заметил это.
– Вы что же, недовольны?
– спросил он настороженно.
– Или считаете себя недостойным этой миссии?
– Скорее второе. По должности начальника Генштаба я, конечно, изучал Дальневосточный театр военных действий, занимался им, но никогда не служил на Дальнем Востоке, не знаком с особенностями этого района, не воевал против японцев. По-моему, у нас достаточно военачальников, долгое время не только служивших там, но и участвовавших в боях. Скажем. Георгий Константинович Жуков, Рокоссовский, Малиновский, Попов...