Генералиссимус

Карпов Владимир Александрович

Первым засек подготовку террористической операции Николай Кузнецов, известный разведчик, Герой Советского Союза. В те дни он работал в Ровенской и Львовской областях под видом обер-лейтенанта Зиберта. Кузнецов завел знакомство с гитлеровскими офицерами. Один из них, фон Ортель, был очень похож (если читатели вспомнят) на Вилли Поммера из фильма "Подвиг разведчика". Похож не внешностью, а поступками - любил погулять, играл в карты. Кузнецов давал ему деньги взаймы. Ну а насчет того, чтобы отдавать долги, у фон Ортеля было туго. И вот однажды он сказал Кузнецову, что скоро рассчитается, появилась возможность подзаработать. "Каким образом?" поинтересовался Николай. "Куплю

и перепродам ковры", - ответил таинственно Ортель. "Какие ковры! Идет война. Где вы их купите?" Офицер понизил голос и предупредил: "Это большой секрет. Я поеду с особой группой в Тегеран. Поедут большие специалисты по таким делам... Только, предупреждаю, об этом нигде никому ни слова... После дела я куплю знаменитые персидские ковры и в Берлине хорошо перепродам. Тогда и рассчитаюсь с вами".

Можно ли верить подвыпившему болтуну? Однако Кузнецов передал в Центр информацию об этом разговоре. Ну а дальше это дело раскручивали наши контрразведчики.

На конференции 1943 года был решен один из важнейших вопросов, который особенно интересовал Советский Союз: об открытии второго фронта в Европе, операции "Оверлорд". Она должна была начаться не позднее мая 1944 года.

Очень много выдвигал объективных причин Черчилль, чтобы оттянуть открытие второго фронта. Он считал более выгодным вторгаться не через Францию, а через Средиземное морс - как он говорил, в "мягкое подбрюшие немцев".

Но Сталин твердо отстоял вторжение через Ла-Манш. Он давал совет, делился опытом как это лучше осуществить. Говорил:

– Я думаю, что "Оверлорд" - это большая операция. Она была бы значительно облегчена и дала бы наверняка эффект, если бы имела поддержку с юга Франции. Я лично пошел бы на такую крайность. Я перешел бы к обороне в Италии, отказавшись от захвата Рима, и начал бы операцию в южной Франции, оттянув силы немцев из северной Франции. Месяца через 2-3 я начал бы операции на севере Франции. Этот план обеспечил бы успех операции "Оверлорд", причем обе армии могли бы встретиться, и произошло бы наращивание сил... По опыту наших операций мы знаем, что успех достигается тогда, когда удар наносится с двух сторон, и что операция, предпринятая с одной стороны, не дает достаточного эффекта. Поэтому мы стремимся нанести удар противнику с двух сторон, чтобы он вынужден был перебрасывать силы то в одном, то в другом направлении. Я думаю, что и в данном случае было бы хорошо осуществить операцию с юга и с севера Франции.

И чтобы закрепить и конкретизировать это решение, Сталин требовал здесь же, на конференции, назначить командующего этой операцией. Позднее Черчилль об этом вспоминает так:

"Затем Сталин задал самый важный вопрос: "Кто будет командовать операцией "Оверлорд"? Президент ответил, что это еще не решено. Сталин прямо сказал, что операция будет сведена к нулю, если вся подготовка к ней не будет поручена одному человеку. Рузвельт разъяснил, что это уже сделано. Английскому генералу Моргану выделен объединенный англо-американский штаб, и он уже в течение значительного времени разрабатывает планы".

Далее Черчилль пишет:

"Я сказал, что вопрос о назначении верховного главнокомандующего скорее подлежит обсуждению тремя главами правительств, чем на довольно широком заседании. Сталин сказал, что Советское правительство не претендует на право голоса в этом назначении. Оно желает лишь знать, кто будет этим главнокомандующим. Очень важно, чтобы это назначение было сделано по возможности скорее и чтобы генерал, который будет избран для этого, нес ответственность не только за подготовку плана, но и за его осуществление.

Я согласился, что вопрос о том, кто будет командовать операцией "Овер-лорд", является одним из важнейших моментов, которыми нужно заняться, и заявил, что он будет решен не позже ближайших двух недель".

Представляй себе участников и события, происходившие в залах посольства, я особенно реально хотел воспроизвести торжественный момент, о котором прочитал в мемуарах многих участников этой процедуры. Все они непременно отмечают два факта: Сталин поцеловал меч, а Ворошилов его уронил.

Вот как это подает Черчилль:

"Перед нашим вторым пленарным заседанием, начавшимся в 4 часа, я по поручению короля вручил Почетный меч, который был изготовлен по специальному заказу Его Величества в честь славной обороны Сталинграда. Большой зал был заполнен русскими офицерами и солдатами. Когда, после нескольких пояснительных слов, я вручил это великолепное оружие маршалу Сталину, он весьма внушительным жестом поднес его к губам и поцеловал. Затем он передал меч Ворошилову, который его уронил. Меч был вынесен из зала с большой торжественностью в сопровождении русского почетного караула".

На конференции было зафиксировано, кроме открытия второго фронта, обязательство СССР объявить войну Японии после разгрома Германии, а также другие вопросы сотрудничества после окончания войны.

В Тегеране Черчилль отметил свое 69-летие. Это событие, конечно же, лучше других описывает он сам:

"До сих пор мы собирались для наших заседаний и обедов в советском посольстве. Но теперь я заявил, что третий обед даю я, и он должен состояться в английской миссии. Никто не мог против этого возражать. По алфавиту и Великобритания, и я сам стояли первыми, а по возрасту я был лет на пять старше Рузвельта и Сталина. Я сказал, что 30 ноября мой день рождения. Эти аргументы, в особенности последний, оказались решающими, и наш посланник сделал все необходимые приготовления к обеду примерно на 40 человек...

Это был памятный день в моей жизни. Справа от меня сидел президент Соединенных Штатов, слева - хозяин России. Вместе мы фактически контролировали все флоты и три четверти всей авиации в мире и управляли армиями примерно в 20 миллионов человек, участвовавшими в самой ужасной из всех войн в истории человечества. Рузвельт преподнес мне в подарок прекрасную персидскую фарфоровую вазу; она разбилась в пути, когда я возвращался на родину, но была чудесно восстановлена, и я храню ее среди прочих дорогих для меня вещей".

О том, что подарил Сталин, именинник не пишет, но один из подарков был такой. Во время неофициальной беседы за чашечкой кофе Черчилль как-то сказал, что ему очень нравятся русские романсы в исполнении Вадима Козина.

Сталин это запомнил, дал указание привезти певца в Тегеран спецрейсом. Представьте, как артист испугался, когда к нему пришли чекисты и сказали: "Собирайтесь". И еще представьте, какой эффект произвел Козин своим появлением на именинах и исполнением песен на изумленного Черчилля.

Сталин умел делать приятные сюрпризы и умел продемонстрировать, что для него все возможно.

Дальше опять слова Черчилля:

"Во время обеда у меня завязался исключительно приятный разговор с обоими моими знатными гостями. Сталин повторил вопрос, который он задавал на совещании: "Кто будет командовать операцией "Оверлорд"? Я сказал, что президент еще окончательно не решил..."

Как видим, Сталин гнул свое даже в неофициальной обстановке. И добился - имя главкома было названо: генерал Эйзенхауэр, а начало операции "Оверлорд" - не позднее мая 1944 года.