Генерал Раевский
Шрифт:
Вскоре на должность командующего Молдавской армией заступил генерал Багратион.
Прослужив недолго, он был назначен главнокомандующим 2-й Западной армией, занимавшей оборону у Волковыска и Белостока.
Перед отъездом он заверил Раевского, что тот непременно поступит в его подчинение командиром 7-го пехотного корпуса.
В 1811 году, когда война с Турцией зашла в тупик, Александр Первый назначил главнокомандующим Молдавской армией Кутузова. Приняв армию, Михаил Илларионович в первом же Рущукском сражении нанёс противнику сокрушительный удар. Он преднамеренно отвёл свою
Лишившись армии, Турция запросила мира, попыталась затянуть переговоры, но Кутузов слыл не только выдающимся полководцем, но и умелым дипломатом. Ему удалось преодолеть все трудности, и 28 мая 1812 года, всего за месяц до вторжения Наполеона в Россию, заключить выгодный Бухарестский мирный договор.
По этому договору турецкая граница отодвигалась от Днестра к Пруту, Бессарабия освобождалась от турецкого ига, значительно облегчалась участь сербов, болгар и других славянских народов. А войска Молдавской армии могли быть частично пере брошены на западную границу.
Узнав о подписании Бухарестского мирного договора, Наполеон не смог сдержать негодования:
— У этих болванов турок дарование быть биты ми! Победа Кутузова так велика, что я предвидеть этого не мог!
Принимая участие в сражениях в Молдавской армии, генерал Раевский выказал особое отличие при осаде и взятии крепости Силистрия в 1810 году, за что удостоился шпаги с бриллиантами и надписью на ней: «За храбрость». Позднее он отличился в сражениях под Шумлой.
В 1811 году Раевский вступил в командование 7-м пехотным корпусом, входившим в состав 2-й русской Западной армии.
Часть четвёртая
ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1812 ГОДА
Начало
А кроме того, произошёл непредвиденный конфликт с императором Александром. Расторгнув брак с законной женой Жозефиной, Наполеон при казал послу в России Коленкуру спешно заручиться договором о заключении брака с младшей сестрой Александра, великой княжной Анной Павловной.
— Да ей только четырнадцать лет! — возмутилась вдовствующая императрица Мария Фёдоровна. — Пусть он подождёт.
Но не таков был император Франции, чтобы выслушивать поучения.
На торжественном приёме дипломатического корпуса в Париже он во всеуслышание обратился
— На что надеется ваш государь? — угрожающе произнёс он, требуя, чтоб Россия незамедлительно подписала выгодное для Франции соглашение.
Оробевший Куракин ответил, что он не имеет полномочий для подписания такого акта.
— Нет полномочий? Так потребуйте себе эти полномочия! Я не хочу войны, я не могу восстановить Польшу, но вы сами хотите присоединения к России герцогства Варшавского и Данцига. Пока секретные документы вашего двора не станут открытыми, я не перестану увеличивать армию, стоящую в Германии!
Оправданий и объяснений Куракина Наполеон не принял. Заключая свою тираду, он заявил с угрозой:
— Не знаю, разобью ли я вас, но мы будем драться!
И Наполеон направился к Неману, где была сосредоточена шестисоттысячная французская армия, для осуществления своей угрозы.
Весь день 11 июня кавалькада императора находилась в пути. От частых дождей дорога раскисла, лошади с трудом тянули кареты, колеса порой по ступицу вязли в грязи. Восседавшие на передках кучера хрипло покрикивали, хлестали кнутами.
Впереди маячили верховые головной охраны, а позади трусили всадники эскадронов Старой гвардии.
Дорога вела к реке, на противоположном берегу которой был город Ковно с русскими войсками.
В головной карете ехал Наполеон. Он, рассеянно слушая спутников, думал о предстоящем деле — войне, которую он не сегодня-завтра развяжет против недавней союзницы России. Коленкур попытался было отвлечь императора от тяжких мыслей, но получил оскорбительный для себя упрёк: тот назвал его русским.
— Я не русский, мой император, я француз. И в России нёс службу по вашей воле, — ответил Коленкур с вымученной улыбкой.
— Да-да. Я помню.
Наполеон снова погрузился в мысли о России, о бывшем союзнике императоре Александре, против которого он поведёт изготовленные к войне войска.
В сумерках кавалькада подъехала к глухому хутору. Вокруг кирпичные мызы, тёмные островерхие строения, у крыльца особняка с ярко освещёнными окнами застыл строй генералов и полковников.
— Мой император, — вырос перед Наполеоном маршал Даву, — войска корпуса ждут вашего приказа, чтобы начать поход в Россию.
— За этим дело не станет. Далеко ли до города?
— До Немана одно лье, а Ковно по ту сторону.
— Распорядитесь подать коней, поедем к реке...
— Может, с дороги отдохнуть? — предложил было маршал, но тут же осёкся. — Кони будут.
— Где сапёрный начальник?
— Это генерал Аксо. Он здесь.
Наполеон недолюбливал маршала Даву, считал его претенциозным и самовлюблённым, не в меру хваставшим своими успехами.
Даву, как и Наполеон, окончил Парижскую военную школу. Встав на сторону революционной армии, он за восемь лет стал бригадным генералом. Начальствовал над кавалерией в египетской экспедиции Наполеона в 1799 году, потом принял командование корпусом и отличился в сражениях при Ульме, Аустерлице и Прейсиш-Эйлау. Теперь его корпус должен был первым перейти русскую границу и наступать на Вильно.