Генерал-фельдмаршалы в истории России
Шрифт:
Первым наставником Петра Витгенштейна на военном поприще был генерал Вильгельм Христофорович Дерфельден. Этот екатерининский генерал на протяжении тридцати лет воевал рядом с А.В. Суворовым, был ценим генералиссимусом и знал, чему научить подчиненных. Под командованием Дерфельдена Витгенштейн отличился в войне с Барской конфедерацией, объединявшей польскую шляхту в ее стремлении отделиться от Российской империи. В сражении при Остроленке 18 октября 1794 г. он во главе эскадрона лихо атаковал вражескую батарею
Суворов – природный «русак». Дерфельден – эстляндский немец. Витгенштейн – немец «нежинский» (в том смысле, что хоть и из старинной германской фамилии, но родился в Нежине). Всем им (а ведь и другим героям несть числа: грузин П.И. Багратион, шотландец М.Б. Барклай де Толли, сын курляндского барона и шведки Ф.В. Остен-Сакен, сын этнического турка А.И. Кутайсов, армянин В.Г. Мадатов…) Россия была и горячо любимым Отечеством, и алтарем, на который они принесли ратный подвиг, а то и саму жизнь.
Петр родился в семье генерал-лейтенанта на русской службе, но с юных лет воспитывался в доме президента Военной коллегии будущего генерал-фельдмаршала Н.И. Салтыкова, который приходился родственником мачехе Витгенштейна. Уроженец провиции, он получил прекрасное столичное образование. В одиннадцатилетнем возрасте по обычаю того времени был записан сержантом в лейб-гвардии Семеновский полк. В 1790 г. произведен в первый офицерский чин. Боевое крещение получил в войне против польских повстанцев, о чем уже говорилось выше. Его храбрость в сражении под Остроленкой, при штурме Праги и Варшавы была отмечена орденом Св. Георгия 4-й степени.
Отважного офицера перевели на Кавказ: в сентябре 1795 г. Екатерина II вынуждена была двинуть в Грузию войска, чтобы остановить нашествие персов.
Витгенштейн отличился при взятии Дербента и был отмечен своеобразной наградой – его направили в столицу с ключами от крепости. По службе его рост после этого был впечатляющ: в 1799 г. он произведен в генерал-майоры, а в следующем году назначен шефом Мариупольского гусарского полка.
Витгенштейн не раз сходился в бою и с поляками, и с турками, и со шведами. Но его имя в истории оставила, без сомнения, Отечественная война 1812 г. К моменту вторжения французов Петр Христианович, переживший при Павле I необоснованное увольнение в отставку и возвращенный на службу императором Александром I, был уже генерал-лейтенантом, кавалером многих орденов, в том числе Св. Георгия 3-й и 4-й степени. В 1-й Западной армии Барклая де Толли он командовал 23-тысячным корпусом, и на него была возложена задача закрыть путь французам к российской столице по линии реки Двины.
Барклай, избегая окружения, с основной частью армии покинул Дрисский лагерь и направился к Витебску для соединения с Багратионом ( см. очерк о М.Б. Барклай де Толли ). Витгенштейн же остался, выполняя поставленную задачу. На русский корпус навалились корпуса Макдональда и Удино. Французские полководцы намеревались обойти его и замкнуть кольцо с тыла. Петр Христианович принял единственно верное, хотя и рискованное решение – последовательно напасть на войска противника, пока они действовали порознь.
Первым меткость русских орудий и силу русского штыка выпало испытать Удино. Боевое столкновение произошло 18 июля в районе деревни Клястицы. Оно переросло в трехдневное сражение, в котором с французской стороны участвовало более 23 тысяч человек, а с русской – 18. Огонь артиллерии, непрестанное маневрирование войск, четкие и своевременные приказы командующего – все работало на успех. Удино, потеряв до 10 тысяч штыков,
Полководец удостоился особых милостей императора. В обход установленного порядка, не имея еще ордена Александра Невского, он получил орден Св. Георгия 2-й степени и ежегодную пенсию в 12 тысяч рублей, а его супруга стала кавалерственной дамой ордена Св. Екатерины меньшего креста.
Но почивать на лаврах времени не было: враг продолжал наступать. В первых числах августа к Удино присоединился генерал Сен-Сир, после чего силы французов выросли до 45 тысяч человек против 17 у русских. Французский маршал вынашивал план, пользуясь почти трехкратным превосходством, дать под Полоцком решительное сражение и не только отомстить за поражение под Клястицами, но и ликвидировать, наконец, преграду на пути к Санкт-Петербургу. Витгенштейн, который поначалу планировал перейти Двину, чтобы обрушиться на корпус Макдональда, вынужден был вносить в расчеты срочные поправки.
Не ожидая наступления со стороны превосходящего противника, он напал первым. Попытался рассечь боевые порядки французов, чтобы отрезать их корпуса друг от друга. Контратаковавшую дивизию Леграна русские приняли в штыки и отбросили к предместьям Полоцка. В атаке был ранен Удино, и командование принял на себя Сен-Сир. 6 августа, предприняв отвлекающий маневр, он атаковал центр и левый фланг русских. Сражение с переменным успехом длилось целый день, и, потеряв примерно по 2 тысячи человек, стороны отошли на исходные позиции. Наполеон, желая вселить в Сен-Сира дополнительное мужество, сделал его маршалом.
Но скорее это была победа русских, ибо враг продолжал топтаться на месте, не в состоянии продвинуться к столице Российской империи. Это в полной мере оценили соотечественники Витгенштейна.
Наш Витгенштеин, вождь-герой,
Петрополя спаситель, Хвала!..
Он щит стране родной,
Он хищных истребитель,
– с таким легко объяснимым пафосом отозвался о нем В.А. Жуковский в поэме «Певец во стане русских воинов» [33] .
Петербургское купечество поднесло полководцу 150 тысяч рублей. А от жителей Пскова он получил не менее дорогой дар – икону с изображением покровителя города Св. благоверного князя Гавриила и девизом «Чести моей никому не отдам». Государь повелел внести эту надпись в фамильный герб полководца.
Петр Христианович хорошо понимал, кому обязан такими почестями. Извещая корпус о подношении псковитян, он писал в приказе: «Я остаюсь в совершенной уверенности, что каждый из воинов 1-го корпуса, защищая милую родину свою, подобно Св. князю Гавриилу Псковскому, надписавшему на мече своем: “чести моей никому не отдам”, докажет и впредь, что честь, Отечество и слава августейшего монарха нашего дороже жизни и всего нашего достояния».
10 августа русские войска отошли за реку Дриссу, готовые на новых позициях противостоять неприятелю. Но ни Макдональд, ни Сен-Сир не предпринимали больше решительных действий. В течение почти двух месяцев стороны ограничивались лишь беспокоящими друг друга набегами. В кампании 1812 г. наступал перелом. 7 октября Наполеон покинул Москву и стал откатываться назад. Обстановка кардинально изменилась не только на московском, но и других направлениях.