Генерал Деникин
Шрифт:
Так отдалял ли Столыпин русскую революцию «конечной погибели» или провоцировал ее этой своей косой на камень и другими новшествами? Похоже, что премьер, как и Деникин, усердствовавший с «младотурками», не ведал, что творил.
Противником либерализма в любой области являлась православная церковь, веково перевившаяся с российским хозукладом и духовными запросами национального характера. У нас, например, неведом протестантский фетиш стремления к труду и богатству, поэтому как смеялись над русскими купчинами в начале XX века, так презирали и «новых русских» в его конце. Осекались на этом и «столыпинцы».
Либерализм провозглашает
Возьмем и пресловутый вопрос свободы. В либеральной Европе традиционно уточняют, от чего она зависит, отсюда и все переживания о правах человека. А в православной русской традиции главное всегда – для чего человеку свобода? Отсюда и поиск нравственной цели ее использования. От этого наше извечное «Что делать?», с каким продолжат мучаться «передовые» в течение всего XX века.
«Столыпинский парадокс» оживет у Деникина. И либеральный, и православный, и «констуционно-монархический», и «кадетский» генерал поведет белых на Москву, едва не разгромит красных, воцарившихся как раз от первой генеральской ипостаси – либерализма. Но те-то не будут «раздваиваться» – «четвертоваться», а продержатся еще 70 лет только за счет монолитного своего «монархизма»…
1912-13 годы были в округе Деникина, как и во всей стране, тревожны. Австро-Венгрия очевидно готовилась к войне с Сербией, а значит, и с ее покровительницей Россией. Летом 1912-го Австрия придвинула шесть корпусов к сербским границам и три мобилизовала в пограничной с Россией Галиции. Недалекие приграничные Волынскую и Подольскую губернии, провоцируя вожделения поляков и украинцев, наводняли закордонные воззвания – «в предстоящем столкновении» стать на сторону Австро-Венгрии.
Однажды Деникин получил секретку: согласно программе первого дня мобилизации выслать отряды для занятия и охраны важнейших пунктов Юго-Западной железной дороги в направлении Львова. Там архангелогородцы в полной боевой готовности простояли несколько недель.
Деникин злился, видя, что повторяется ошибка преддверия японской войны: российские верхи молчали на бряцание оружием «дружественной» страны. Волна сочувствия балканским славянам неслась по России, но правительство запрещало по этому поводу лекции, собрания, манифестации, цензурно обрушиваясь и на прессу. В Петербурге конники разогнали сочувствующих, шедших к сербскому и болгарскому посольствам. Даже в провинции Деникина полиция запрещала исполнение гимнов балканских славян, сорвала их национальные флажки на эстраде благотворительного концерта в пользу Красного Креста славянских стран.
A. И. Деникин в 1914 году
Война была на носу, а вышел высочайший приказ, строго воспрещающий вести политические разговоры о Балканском вопросе, австро-сербском конфликте, пангерманизме… Деникин, как и другие боевые офицеры, уже ученые японской «неизвестностью», делал все, что мог, разъясняя проблемы своим архангелогородцам. Патриотично знакомил их с целями, причинами, задачами возможной войны,
В «Разведчике» под № 72 он написал:
«Русская дипломатия в секретных лабораториях, с наглухо закрытыми от взоров русского общества ставнями, варит политическое месиво, которое будет расхлебывать армия… Армия имеет основание с некоторым недоверием относиться к тому ведомству, которое систематически, на протяжении веков, ставило стратегию в невыносимые условия и обесценивало затем результаты побед…»
Полковник прошелся по административным мерам правительства и цензуры, принимаемым, «чтобы понизить подъем настроения страны и затушить тот драгоценный порыв, который является первейшим импульсом и залогом победы». И закончил:
«Не надо шовинизма, не надо бряцания оружием. Но необходимо твердое и ясное понимание обществом направления русской государственной политики и подъема духа в народе и армии. Духа не угашайте!»
Антон Иванович Деникин, несмотря ни на что, был очень русским человеком.
Часть пятая (1914–1916 гг.)
Железная дивизия
Генерал. Начало Первой мировой войны. «Железные». Будущие «белые». Верховный главком Николай II. Ася Чиж. Брусиловский прорыв.
Двадцать третьего марта 1914 года полковника Деникина назначили исполняющим должность генерала для поручений Киевского военного округа. Он простился в Житомире со ставшим родным ему Архангелогородским полком и отбыл в Киев.
В июне 42-летнего А. И. Деникина «за отличия по службе» произвели в генерал-майора с утверждением в должности. В Киеве он поселился с матерью в квартире дома 40 на Большой Житомирской улице, словно б и не уезжал с Житомирщины…
Международная обстановка того времени накалялась следующим образом. Для того, чтобы искоренить войны, Николай II, по своему высоконравственному отношению к политике, еще в 1899 году предложил созвать в Европе конференцию и обсудить пути сокращения вооружений, мирного решения международных споров. Она состоялась и Гааге и попыталась разработать механизм добровольного арбитража.
Эта русская инициатива предвосхитила создание через полвека ООН. Но в то время большинство европейских деятелей цинично оценивало царский идеализм, подчеркивая, будто российское правительство лишь хочет сэкономить на военных расходах. Германский кайзер заявил:
– Я пойду на это веселое представление, но во время вальса буду держать мой кинжал при себе. Я согласен с этой тупой идеей, только чтобы царь не выглядел дураком перед Европой! Но на практике в будущем буду полагаться лишь на Бога и на свой острый меч.
Британское военное министерство было более дипломатично:
«Нежелательно соглашаться на какие-либо ограничения по дальнейшему развитию сил разрушения… на изменения международного свода законов и обычаев войны».
Вторая Гаагская конференция по этим вопросам прошла летом 1907 года, в ней участвовали и американцы. Но и здесь цинизм главенствовал, и, как обычно, наиболее мягко выражались британцы: «Постоянное волнение и утомительная, неизменно бесполезная работа». Германский делегат произнес откровенную длинную речь, отвергая саму идею международного арбитражного суда. Его своеобразно поддержал делегат от Кубы: