Где правда, брат?
Шрифт:
Феликс встретился с ним в ночном клубе, который принадлежал Злому на вполне законном основании. Касатов думал, что его здесь ждет Велихов, но нарвался на Феликса. Он и объяснил ему, что Злой назначил его своим преемником. Потому и услышал резкий вопрос в свой адрес.
— Кто я такой?.. Мамай я. Мы с Михаилом Севастьяновичем срок мотали. Он меня к себе взял, я у него бригадиром был, на особых, так сказать, поручениях.
Феликс, как тот хан Мамай, прошелся по владениям Злого, потому и назвался так. Зачем Касатову знать, кто он такой? Никому это знать не надо.
— И что?
— Я же говорю, на особых поручениях. Он уехал, а мне поручил смотреть за своими делами.
— А почему я ничего не знаю?
— Уже знаешь.
— Это не разговор! — Касатов поднялся, чтобы уйти.
Феликс молчал, в раздумье рассматривая ноготь на указательном пальце правой руки. Заговорил он только лишь тогда, когда гость подошел к двери.
— А как же с товаром решать будем? Сам коны будешь наводить?
Касатов ничего не сказал и вышел из кабинета. Но минуты через две вернулся. По зову своей барыжьей души вернулся.
— Почему поставок нет? — зло спросил он.
— А ты думаешь, что ты у меня один такой? — удивленно спросил Феликс. — Нет, ты только звено в общей цепи. Крупное звено, но звено. А менты, сам знаешь, не зря свой хлеб едят. Каналы у меня надежные, но пару из них пришлось временно законсервировать. А потому и перебои пошли. Ты можешь сам коны набить. Но ведь это непросто, да? Да и я возражаю.
— Где Михаил Севастьянович?
— Проблемы у него с ментами, я на хозяйстве остался.
— Я тебя не знаю.
— Достаточно того, что я все знаю. И Лекаря знаю, и… Все, больше тебе знать нельзя, — свысока усмехнулся Феликс.
Гоша Соломон занимался поставками наркоты, он контролировал все каналы, которые сам же и налаживал. Злой ему очень доверял, но все-таки Гоша предал его. Феликс знал человека, который работал в этой системе, он-то и сдал известные ему расклады. Через этого человека он и вышел на Соломона, жестко наехал на него, промыл ему мозги, ну и сделал предложение, от которого тот не смог отказаться. Теперь Соломон работал на него, именно поэтому Феликс и смог перекрыть Касатову краник.
Касатов напрямую с Соломоном не контактировал, поставки шли через Лекаря. На него Касатов и попытался выйти, когда закрылся краник, но достучаться до него не смог. Тогда он обратился к Злому, связался с посредником, которого прибрал к рукам Феликс.
Феликс сосредоточил в своих руках если не все, то большую часть веревочек, за которые когда-то дергал Злой, именно поэтому и состоялась встреча с Касатовым. Он поставил себе цель и упорно шел к ней. У него все на мази, и про Касатова он знает уже более чем достаточно. Если вдруг что, просто-напросто «замочит» этого «деловара» и поставит на его место своего человека.
— Я не могу выйти на Лекаря, — нервно сказал Касатов.
— Я его на другое звено переключил.
— Зачем?
— Это
— А мы договоримся?
— А куда ты денешься?
— Хочешь поставить меня перед фактом? — неприязненно скривился Касатов.
— Ты уже стоишь перед фактом, — свысока усмехнулся Феликс. — Но у тебя есть выбор — стоять с гордо поднятой головой или стоять раком. Есть еще третий вариант, в двух метрах под землей… Людям не нравится, когда их ставят перед выбором, но ведь лучше стоять перед выбором, чем лежать без него, или я не прав?
— Где Михаил Севастьянович?
— Я же сказал, проблемы у него.
— Я хочу ему позвонить.
— Я тоже хочу, но пока это невозможно, — ровным голосом проговорил Феликс, холодно глядя на Касатова.
— Почему?
— Одно звено лопнуло, и на Михаила Севастьяновича вышли менты. Твое звено не лопнет?
— Мое звено? Нет, у меня ничего не лопнет.
— Уверен?
— Да.
— А вдруг в твоей схеме «стукач» завелся?
— Исключено.
— Ну, такое дело исключать никак нельзя. Может, перетряхнуть твою систему? Всех перелопатим, а тебя заменим…
— Как ты меня заменишь?
— Легко. Бабанина вместо тебя поставим.
Об этом человеке Феликс практически ничего не знал и представления не имел, насколько он хорош. Но ведь Бабанин существовал, и если Феликс знал про него, значит, он владел информацией, а это ключ к миру, который создал под себя Касатов.
— Бабанин — тупой, — нервно буркнул он.
— Зато проблем с ним не будет.
— Чего ты хочешь?
— Ничего. Ничего не хочу менять. Пусть все остается, как есть. Только долю Михаила Севастьяновича буду получать я. Для него же и буду.
— Для него?
— Зачем задавать вопросы, ответы на которые нельзя проверить? — снисходительно усмехнулся Феликс. — А доказывать я ничего не собираюсь.
— Ну, хорошо…
— Значит, мы заключаем договор, и я включаю кран.
— Идет.
— Ты меня не знаешь, но ты обо мне слышал, — в каверзном раздумье проговорил Феликс.
— Я тебя не понял, Мамай.
— Ты знал, кто такой Злой, знал, как он может наказать. А как он мог тебя наказать?
— Как?
— К тебе мог прийти я. В черном балахоне и с косой. По особому поручению Михаила Севастьяновича. Но теперь я сам могу дать себе особое поручение, и тогда эта наша с тобой встреча станет последней. Ты меня понимаешь?
Касатов все понял и согласился со всеми пунктами договора, который предложил ему Феликс. Из кабинета он выходил, как будто в штанах у него бултыхалась навозная жижа. А ведь таким шустрым казался. И крутым… Феликс презрительно усмехался, глядя ему вслед. Очередной противник повержен — можно идти дальше…
Глава 18
На календаре — пятое сентября, осень, но дождь за окном еще летний, грибной. Над головой темная туча, а на горизонте небо чистое, солнце светит, радуга уже прорезалась.