Где Бог когда я страдаю?
Шрифт:
Вот что говорит доктор Брэнд: «Причина недовольства болью может быть только одна: ее нельзя отключить. Боль способна разбушеваться с огромной силой. Она мучает умирающих раковых больных — несмотря на то, что ее сигналы услышаны и нельзя ничего сделать, чтобы устранить причины боли. Но как врач я уверен: к категории боли, помочь которой нельзя, относится менее одного процента всех случаев возникновения болевых симптомов. Девяносто девять процентов случаев — это кратковременная боль, которая указывает на то, что требуется лечение, отдых или изменение образа жизни».
Вы скажете: хорошо, но восприятие боли как Божьего дара
Человек, сломавший руку и пачками глотающий анальгин, чтобы заглушить боль, вряд ли будет благодарить Бога. Но ведь именно в эти минуты боль приводит организм в боевую готовность, мобилизует защитные силы, стягивает их в район повреждения и заодно вынуждает больного воздержаться от тех занятий, которые могут усугубить травму. Боль привлекает внимание человека к больному органу, требует позаботиться о нем.
Глава 3
Ад без боли
Над шрамом шутит тот, кто не был ранен.
Человек испытывает боль. Чего он больше всего хочет в этот момент? Конечно, чтобы боль прекратилась. С этим не поспоришь. Так для чего же доктор Брэнд и его коллеги тратили время и силы, пытаясь воссоздать боль, в то время как большинство медиков стараются ее заглушить?
6
Перевод Т.Л. Щепкиной–Куперник.
Я много узнал о том, как действует болевая система человеческого организма, и пришел к выводу, что она действительно является даром. Но чтобы преодолеть мое инстинктивное неприятие боли, одних знаний оказалось недостаточно. Неделя, проведенная мной в Луизиане с доктором Брэндом, этим защитником боли, развеяла мои последние сомнения.
Доктор Брэнд осознал ценность боли, когда начал работать с прокаженными. Именно благодаря его исследованиям стало ясно, что больные проказой страдают прежде всего из–за нарушений в болевой системе.
Слово «проказа» вызывает жуткие образы: культи, язвы на теле, ампутированные конечности, изуродованные лица. Если судить по книгам и фильмам, таким как «Бен Гур» и «Бабочка» (хотя в них есть масса неточностей), то проказа представляется жесточайшим бедствием. Проказа — самая древняя из известных болезней, она издавна наводила на людей ужас. На протяжении веков прокаженные обязаны были сообщать о своем приближении колокольчиком, трещоткой или криками: «Нечист! Нечист!»
Проказа и на самом деле жестокая болезнь, но жестокость ее проявляется не так, как у большинства других заболеваний. В начале она действует как обезболивающее средство: поражает болевые клетки на руках и ногах, в носу и ушах. Кожа утрачивает чувствительность. Вы, наверное, думаете: и что в этом плохого? Ведь болезни пугают людей именно болью. Чем же страшна болезнь, которая боли не несет?
Но именно потеря чувствительности становится причиной разрушения тканей. Она и налагает
Как возникают повреждения? Этот вопрос доктор Брэнд задавал себе тысячу раз, обрабатывая раны на руках индийских крестьян. Казалось, все бесполезно.
Он лечил и перевязывал раны, а через несколько месяцев те же люди приходили к нему с еще более страшными травмами. Вначале доктор Брэнд, как и другие исследователи, полагал, что возбудитель проказы действует подобно грибку, повреждая все ткани без разбора.
Однако вскоре доктор Брэнд стал дотошно расспрашивать пациентов о тех действиях, которые могли привести к повреждению тканей. Однажды он с ужасом увидел, как больной проказой сунул руку прямиком в раскаленные угли, чтобы вытащить печеную картофелину. Брэнд знал: ему предстоит лечить язвы и болячки на руках этого индуса, и причиной поражения рук будут ожоги, а не проказа. Этот крестьянин, не способный чувствовать боль, не моргнув глазом, позволил пламени оставить на руках страшные ожоги.
Тогда–то доктор Брэнд и начал внимательно следить за своими пациентами. Каким образом они наносили себе увечья? Однажды он увидел мужчину: тот вскапывал грядки, не обращая внимания на струившуюся по руке кровь. Брэнд осмотрел лопату. Из ее черенка, в том месте, где лежала рука крестьянина, торчал гвоздь. Другие пациенты могли голой рукой погасить фитиль лампы или спокойно пройтись босиком по битым стеклам. Наблюдая за ними, Брэнд понял: проказа вызывает главным образом потерю чувствительности тканей и является лишь косвенной причиной их инфицирования. Это было революционное открытие. Однако, чтобы опровергнуть распространенные медицинские стереотипы, доктору Брэнду нужно было собрать дополнительные данные.
Как–то раз доктор Брэнд отправился на маленький склад, находившийся позади больницы. Он попытался открыть дверь, но ржавый замок не поддавался. В эту минуту мимо проходил один из самых юных его пациентов — тщедушный мальчонка лет десяти. Брэнд любил его за добродушный нрав и дружелюбие.
«Господин доктор, позвольте мне», — сказал мальчик, ухватил ключ и резким движением руки повернул его в замке. Брэнд онемел от изумления. Как этот хилый подросток, едва ли ему по пояс, смог проявить такую силу?
И тут врач заметил предательскую каплю крови, которая и привела его к разгадке. Брэнд осмотрел указательный палец мальчика: на нем зияла глубокая, до кости рана — кожа висела, обнажив сухожилия и сустав. Вот какой ценой дался поворот ключа! А парнишка ничего и не заметил! Для него это ощущение ничем не отличалось от других — покрутить пальцами монетку в кармане или поднять с земли камушек.
После этого случая Брэнд удвоил усилия. Он спешил обосновать гипотезу о том, что проказа является лишь косвенной причиной поражения тканей. Каждый день он осматривал пальцы пациентов и требовал объяснений для каждого волдыря или пореза. Он понял: прокаженные подвергались постоянной опасности из–за своей невосприимчивости к боли.