ГД. Книга вторая

Я шла прогулочным шагом, просматривая газеты и слушая пересказ миссис Макстон последних новостей. О, новости заслуживали внимания. Как впрочем, и заголовки газет:

«Ученица профессора Стентона, девушка неблагородного происхождения, но выдающихся личных качеств, накануне была официально представлена как невеста лорда Кристиана Давернетти!». «Кандидатуру мисс Ваерти одобрил сам глава рода Арнел». «Политический конфликт завершился объявлением о помолвке лорда Кристиана Давернетти и мисс Анабель Ваерти».

– Все только

и обсуждают вашу помолвку, - миссис Макстон шла, отщипывая кусочки от только что купленной румяной булочки, и нервно жевала, пытаясь хоть как-то успокоиться.
– В Городе Драконов император! Накануне сам герцог Карио пытался совершить покушение на лорда Арнела, но все что их волнует – вы, моя дорогая! Вы и только вы!

Между тем я была вынуждена признать некоторую правоту экономки - на нас не особо скрываясь, смотрели изо всех окон, из-за витрин, леди останавливались прямо на тротуаре, сопровождая заинтересованными взглядами и не смея приблизиться. И я впервые была искренне рада столь раздражающему ранее понятию, как этикет - у дам были вопросы, и было явственное желание задать их мне но… этикет не позволял. Если бы накануне, после танца, который завершился ничем - лорд Арнел был вынужден вернуть меня родственнику и вновь уделить внимание императору, лорд Давернетти безапелляционно провел меня до кареты, так и не представив обществу. Таким образом, из всех представителей высшего общества, ко мне могли подойти лишь леди Арнел, тетушка градоправителя, леди Эссалин – драконница с обилием подушек, и сама леди Давернетти, а на этом к счастью список исчерпывался.

– Меня гораздо больше занимает вопрос, кто же написал то послание, - произнесла я, перелистывая первую страницу газеты.

– Да уж, - миссис Макстон продолжала терзать булочку, - учитывая аппетиты драконов, «сестра» понятие до невозможности растяжимое.

– И не говорите, - я задела плечом ветку облепленную снегом и пришлось ускорить шаг, выбираясь из-за снежного обвала, которому подверглось все дерево.

Отойдя, вернулась к разговору:

– «Я знаю, что вы сделали для моей сестры», - повторила в сотый уже вероятно раз.

– И тут не понятно кто именно сестра, - поддакнула миссис Макстон.
– Возможно, речь идет о самой миссис Томпсон, ведь вы спасли ее от смерти.

– Но не от тюремного заключения, - напомнила я.

– И все же, - экономка дожевала булочку и полезла в корзинку за следующей, - от страшной и безумно мучительной гибели вы ее спасли. Так же к понятию «сестра» можно отнести сестер леди Арнел, приходящейся тетей известных нам лордов, и вместе с тем сестер той леди Арнел, что благодаря вам осталась жива, в том последнем безумном жертвоприношении.

– Вопросы, вопросы, вопросы, - подытожила я.

– И увы без ответов, - согласилась миссис Макстон.

К этому моменту мы практически миновали заснеженный городской парк и теперь впереди виднелась городская площадь, а на ней шпиль ратуши и рядом здание полицейского управления. Я остановилась, держа газету раскрытой и пристально взирая на здание полиции.

– Мисс Ваерти, что вы опять задумали?
– встревожилась миссис Макстон.

Не отвечая, решительно сложила газету.

– Мы же не собираемся навещать вашего «жениха»?!
– голос моей экономки дрожал от возмущения и ярости.

– Но, почему бы и нет?
– поинтересовалась я,

прикидывая сколько еще булочек осталось в корзинке миссис Макстон.

– Да потому что вы ни за что не станете его женой, моя дорогая!
– возмутилась домоправительница.

– Да, но кому кроме нас с вами это известно? А между тем миссис Томпсон непременно находится в участке, - улыбнулась я.

В глазах миссис Макстон промелькнула искорка поистине детского веселья, и она, перехватив корзинку поудобнее, воскликнула:

– А почему бы нам и не навестить лорда Давернетти? В конце концов мы обязаны следить за его здоровьем, питанием… полторы булочки ему хватит?

– Непременно, - рассмеялась я.

И мы решительно направились к зданию полицейского управления.

***

– К лорду Давернетти! – гордо объявила миссис Макстон, едва мы подошли к дверям полиции.

Стоящий на страже молодой дракон глянул на газету, которую я даже раскрыла, позволяя тому сравнить изображение собственно с моим обликом, и не посмев возразить, открыл дверь.

Мы вошли с поистине королевским достоинством.

Его хватило ровно до того времени как стало ясно - администратора на посту нет, и собственно полицейский участок в целом был на удивление пуст. Мы с миссис Макстон переглянулись, и не сговариваясь направились к решетке, ведущей в подвал и тюремные камеры соответственно. По счастью дверь была открыта, по еще большему счастью даже ключ оставался в замке, но на этом счастье заканчивалось, потому как и решетка и сама охрана была абсолютно несущественна, в сравнении с магической сигнальной системой установленной на ведущих вниз ступенях.

– Что-то не так?
– встревожилась миссис Макстон, едва я удержала ее от следующего шага.

– Секундочку, - прошептала я, доставая из кармана пудреницу.

Так жестоко с предметом декоративной косметики еще никто не обращался, но я обратила в пыль большую ее часть, разбив углом сложенной газеты, а затем осторожно подула - облако пудры взметнулось, и начало медленно опадать вниз, обозначая три, пять, двенадцать, двадцать девять заклинаний тревоги, плюс ловчую сеть, ну и ко всему несколько сотен попросту сигнальных силовых линий.

– О, мой Бог! – только и сказала миссис Макстон. А следом возмущенно выдохнула: - С такой защитой, могли бы и вовсе решетку не ставить!

– И не говорите, одни растраты, - сыронизировала я, напряженно размышляя как бы все это обойти не потревожив.

– Если нужно, могу одолжить вам и свою пудреницу, - неожиданно предложила миссис Макстон.

Я с изумлением взглянула на экономку, которая на моей памяти вообще никогда не пользовалась косметикой.

– Она у меня еще со времен моей молодости, держу при себе, на случай появления врагов, - уведомила экономка.

– А как вы собираетесь использовать пудру, появись у вас враги?
– удивилась я.

– Подарю, - как-то очень коварно сообщила миссис Макстон.

В свете того, что пудра была только что предложена мне, прозвучало пугающе.

Укоризненно взглянув на меня, миссис Макстон пояснила:

– Дорогая моя, во времена моей молодости одним из компонентов пудры был свинец, а он воздействует на организм не самым лучшим образом, о чем мне некогда поведал профессор Стентон. С тех пор всегда держу при себе несколько баночек купленных еще тридцать лет назад.