Газ
Шрифт:
Ее походка замедляется. Бедра изящно покачиваются, обтянутые короткой юбкой. Я вижу молодые ножки. Странное чувство вновь врывается в мой разум. Она так изящна в дымном воздухе, в бликах широкого телевизора.
Парни, сидящие за ближним столиком, возвращаются. Из-за входных дверей пахнет свежестью и дождем. Я даже слышу стук капель.
Звук отправляет меня в детство. Юношество?
Я вспоминаю широкие поля у фермы родителей. Они любили свежий воздух, здоровую пищу, зарядку,
Мать умерла в сорок.
Отец разбил ей голову молотком. Я помню ее голубые глаза. Приговор суда потребовал от него всю жизнь. Он и сейчас сидит за решетками, но я не помню, где. Я не хочу этого помнить.
Я бы сбился с пути, остался один, но Макс был рядом.
Звук металлической тарелки вырывает меня из фантазии.
– Я запишу в Ваш счет – улыбается девушка.
– Тебе не страшно здесь работать?
Она молчит.
Улыбается.
Девушка вновь опирается на стол, и я вижу ее грудь. Кажется, она это понимает, но продолжает стоять так. Легкий румянец на ее щеках наливается цветом. Девушка врывается в пейзаж своеобразной точкой. Она улыбается мне.
Что-то пробегает между нами.
Позади я вижу двух парней, которые любуются ее попой.
– Итак, матч начался – раздается из колонок.
– Не смею тебе мешать – она вновь подмигивает и оставляет меня одного.
Я думаю. Размышляю о словах парня в белой кепке про чемпионство. «Дьяволам» предстоял сложный календарь игр.
Помимо «Шпор», им предстояли выезд в Ливерпуль к заклятым врагам, игра с аутсайдерами на своем поле, затем шло дерби с «Сити», и заканчивалось все гостевым матчем с Челси.
Понимаю, что я способен следить за числами.
Про чемпионство давно не шло речи. Прошлый сезон получился провальным, и целью текущего розыгрыша стало попадание команды в четверку сильнейших составов, чтобы на следующий год мы могли играть в Лиге чемпионов. Приоритетная задача на сезон, учитывая смену тренера и штаба.
Когда ты любишь футбол, то становишься чем-то однородным и целым с собственной командой, вешая ярлык – мы.
Я делаю глоток пива.
Оно отдает свежестью и солодом. Мелкие пузырьки проваливаются в мое горло и лопаются там, прилипая к слизистой нежных стенок.
Пузырьки взрываются, а я нет. Странно.
– Гол! – радостно кричит комментатор.
– Твою мать! – вторит ему парень в белой кепке и бросает зажигалку об лакированный стол.
Я улыбаюсь.
Я перевожу взгляд на телевизор и вижу, как в сетку ворот влетает второй мяч.
Делаю глоток пива.
Парни впереди хватаются за головы. Они не ожидали такого исхода. А я улыбаюсь. Мне хорошо. Я чувствую на себе взгляд из-под белой кепки.
Странно.
Ощущая злобу, в мою душу приходят иные картины. Я понимаю, как больно им наблюдать за игрой, но в такие моменты начинаешь верить в карму.
Бросаю взгляд на окно. Сквозь металлические жалюзи, вижу, как тучи скрывают Солнце, как люди куда-то спешат.
Бег бесполезен в объеме циферблата. В основном, люди стараются успеть туда, где они несчастливы, не рады. Здесь играет принцип механической жизни. Тысячи судеб под восхитительным дождем. Человечеству дали шанс стать разумными, но они тратят жизни в душных офисах.
Страшно.
Здесь пугает момент того, что подобная жизнь необходима для существования.
Меня немного трусит.
Я перевожу взгляд на экран и не понимаю, сколько времени смотрел в окно. В Манчестере Солнце почти закатилось, отбрасывая алый оттенок на яркий газон. Я далеко от Манчестера. Это стоит признать.
Молодая девушка подходит к столику передо мной. Парень с бородой разлил пиво на эмоциях, и теперь желтые пузырьки впитываются в лакированный стол. Озеро алкоголя ползет по черному покрытию, готовое рухнуть на липкий пол. Миниатюрный водопад в пределах тяжелого слоеного воздуха.
Мне так хочется сейчас оказаться на скалистом берегу. Я желаю слушать, как шумит река – она тянется, подобно резине, и бросается в бесконечный океан с высоты девятиэтажного дома. Мои руки обжигают теплые камни, оставляя странные стигматы, обрекая мою судьбу на совершенство избранного мыслителя. Над головой пролетают птицы. Они кричат о жизни, поют о смерти, а потом долго смеются. Я слышу, как в воде плескаются рыбы, их чешуя искрится на высоком Солнце.
Я вновь вырываюсь с фантазии.
Наблюдая за тем, как девушка склоняется над столиком, находясь ко мне спиной, и ее короткая юбка обтягивает попу. Кажется, она сейчас разойдется по шву. Я не отрываю взгляд от ее бедер.
Возбуждение вновь проскальзывает в моем теле.
– Ой – произносит человек в белой кепке, и его бокал падает на стол, бросая капли в разные стороны. Они попадают на майку девушки.
– Извини – произносит второй парень, стараясь коснуться рукой ее груди.