Гавран
Шрифт:
Ну а раз так – какой у меня выбор? Правильно, никакого. Буром до посадочной платформы. И желательно в толпу, хоть из трёх человек. А то как-то неуютно мне слегка. На электропоезд и домой. А там будем разбираться дальше, что у меня в майонезной банке лежит, кто у меня в смартфоне живёт и как быть дальше.
Уже на подходе к железке за спиной, далеко ещё пока, возник узнаваемый рокот. Ага, знаем мы это далеко. Через пару минут уже будет близко; вертушки – они такие... вертушки. Пришлось ускориться немного; так, чтоб в глаза со стороны не бросалось. И через пять минут я уже безмятежно покуривал цигарку недалеко от пары бабулек с баулами и нереального размера фанерным коробом. Как они его в тамбур поднимать будут, интересно, за время минутной стоянки? Деловые бабушки, как я понял,
"Восьмерка" в зеленом армейском камуфляже, – не знаю какой модификации, не спец, – неторопливо прошла низко и совсем рядом, так что можно было хорошо рассмотреть интересные оранжевые контейнеры на коротких подвесах. Свист и грохот если и не оглушили... То где-то около того. По крайней мере, разговаривать нормально стало невозможно. Если только орать в ухо. Бабульки с укоризненным нетерпением уставились на железную птицу: когда ж ты улетишь подальше, зараза? Так мы втроём и пялились на этот опознанный летающий объект. С той стороны ощутимо плеснуло сосредоточенным вниманием. Хм, уже воображение играет? Жим-жим уже? Ну из крупняка не причешут же, в самом деле. Так что... Не особо страшно, скажем так. Сидим, прикидываемся ветошью. Мы чо – мы ничо. Местные мы, в город вот поехали... Н-да, насыщенно я жить начал. Внезапно так. Вертушками ищут. Вот рупь за сто, спинным мозгом чую: моего знакомого усопшего пловца ищут. А то, из-за чего он и "усоп", скорее всего, у меня в вещмешке лежит. А мужики-то и не знают... Встать и ручкой помахать что ли? А вот хрен вам на всё лицо.
Не верю я нынешней Системе, гнилая она и подлая. Какие люди – такая и система. Пару-тройку месяцев назад, на волне всеобщей эйфории с Новороссией и "КрымНаш", чуть было не поверил в то, что меняться что-то стало... Хорошо пояснили быстро: и новороссов продали по сути, и про Крым "гарант" признался публично – нихрена не делали, просто в кои-то веки случайно умудрились не просрать по воле простых людей представившийся шанс. Это он типа отмазался от "заклятых друзей", как все сначала подумали, а потом только поняли, кто посообразительней: случайно правду сказал. Ага-ага, "лишь бы не было войны"... Лишь бы деньги и доходы свои кланам и отдельным олигархам сохранить! Говорите честно, суки. И мышцой типа поиграть, хозяев-партнёров на выгодные условия развести, и свой "электорат" мотивировать-подурить... И гнилую свою систему сберечь. Пусть "снизу" и даже немного "в серединке" что-то и готово меняться в кои-то веки стало – голова гнилой осталась. Её только революция, которой не будет теперь, или война, от любого намёка на которую они так шугаются, снести может. А значит...
Значит, майонез вам из той банки на всё лицо, а не её содержимое! И не смартфон мой. Да, я знаю, что от таких вот "развлечений" непрофессионалов, как я сейчас, от их тяги к приключениям и случаются обычно большие проблемы и даже "бада-бумы" иногда соответствующие. Но вам отдавать – ещё хуже. "Ва-аще не вариант", как говаривал к месту и не к месту один мой давний знакомый. Не верю я вам, всё продадите и предадите. Мы теперь честно в разных командах играем. И от вашей – меня тошнит. Потому сегодня останемся на тех же позициях – по разные стороны баррикады. Я к вам ни ногой, а вы – ко мне не лезьте. Или как там в киноклассике: ты догоняешь – я убегаю. Ищите, раз про... любили. А я домой поеду, разбираться в найденном.
Глава 2. О проблемах межвидового общения.
Утро воскресенья началось для меня рано. Вчера вечером, после дневной суеты и усталости от постоянного "ломания мозга", – сначала с дешифровкой длинной цепочки указаний, а потом с решением вороха мелких вопросов, появившихся в результате оной расшифровки, – вопрос нормального ночного отдыха я решил кардинально. "Кардинально" уместилось в половину толстостенного
Глупо конечно, но первым делом прошёл на кухню и открыл холодильник. Всё так же, как вчера вечером. Не приснилось, как говорится. Хотя я и так знаю, что не приснилось. Зачем смотрел? А захотелось вот. Хочу – и смотрю. Мой холодильник. Чёрный бачок для проявки фотоплёнки спокойно стоял на верхней полке. Я поставил на плиту чайник и пошёл в ванную. А через четверть часа пил свежезаваренный крепкий чай, глядел в окно со своего третьего этажа и думал о разном. Вспоминал вчерашний день, пробовал прикидывать сегодняшний и, – как бы высокопарно ни звучало, – размышлял о планете Земля и о нас, разумных на её поверхности.
В этот раз почему-то человечество представилось мне кучкой маленьких злых детей, которых родители не забрали вовремя домой из садика. Воспитательница тоже ушла, а они носятся за забором по своей игровой площадке, топчут цветы на клумбах, обрывают кусты, кидаются песком, бьют друг друга по голове совочками... Кто ревет, кто смеётся, кто сговаривается с другими о чем-то. А взрослые всё задерживаются. Что думаете: брось их насовсем, – очередное гипотетическое предположение, – и они, предоставленные самим себе, вырастут в этаких невоспитанных, невежественных и аморальных личностей? Логическая ошибка. Они не вырастут без взрослых. Совсем. Могут разломать в конце концов в щепу игровую площадку, загадить всё вокруг, даже прибить кого-то из своих. Или не помочь заболевшему, неважно. А потом они в конце концов просто все умрут. Без взрослых. Знаю, сравнение некорректное. И даже знаю в чем. Но... А, плевать. Никому в голову ничего не вложишь. Буду думать о своей голове. И пусть каждый задумается о собственной. А мне и без того на сегодня хватает... развлечений.
И да, побегать вчера мне пришлось изрядно. Уже после возвращения домой. Сюда-то я добрался штатно. Сняв ботинки и куртку, достал "майонез" и протопал на кухню. Устроив на столе банку и теперь уже включенный смартфон, постучал последнему пальцем по микрофону и задал единственный вопрос, который пришёл мне в голову:
– Ты меня слышишь?
– Да.
– Кто или что ты? Как тебя называть? Идентифицировать.
– Коннектор.
– Что внутри... банки? Внутри контейнера?
– Коннектор.
– То есть в контейнере ты?
– Нет.
– Другой коннектор?
– Нет.
М-м-м, мозги закипели. Я коннектор, в банке коннектор, и не другой, но я не в банке... Похрен, потом разберусь. Сейчас не в состоянии. И не время.
– Что мне делать дальше?
– Коннектор перенос. Контейнер. Нейтральный материал. Стабильный. Ингибитор. Низкая температура.
Мозги не просто закипели, а забулькав, полились через край. Что ж у него так с языком-то плохо, со склонениями-спряжениями! Я ж свихнусь, пока разберусь. И ошибаться, полагаю, нежелательно. Явно там не камня кусок неубиваемый, раз такие вещи требуются.
Пришлось долго и упорно разбираться. В банке-таки был он. Ну, это по моему разумению. Хотя может я и не понял чего. "Коннектор" бесстрастно отвечал на множество моих вопросов, лишь однажды ненавязчиво попросив ускориться, а я пытался вычислить точно, что ему нужно и как это сделать. В процессе я перерыл два шкафа и антресоли, задолбал гугл, три раза пробежался по микрорайону пешком, потому как на машине в итоге получилось бы дольше, и приобрёл в ближайших магазинах и аптеке кучу разнообразной ерунды, начиная от походного котелка из нержавейки с крышкой и оцинкованной хреновины непонятного назначения в хозотделе – и заканчивая аптечной дистиллированной водой и яблочным уксусом из супермаркета. Другой, из маленького магазинчика в соседнем доме, по каким-то параметрам не подошёл. Как в итоге выяснилось. Как и все купленные ёмкости. Зато неожиданно подошёл древний фотобачок с антресолей, который я раза два при переездах собирался выкинуть, но оставлял, всё надеясь для чего-нибудь приспособить. Вот и приспособил, выпотрошив внутренности. И "соль поваренная морская", которой я пользуюсь на кухне, подошла.