Гавань ветров

Джордж Мартин

– Знаю, – кивнула С'Релла. – Мне приходилось видеть, чем оборачивались некоторые вести, которые я приносила, и порой я чувствую себя очень виноватой.

– Не надо! – перебила Марис. – Ты летатель и ни к чему не причастна.

– Вэл так не считает, – сказала С'Релла. – Я с ним спорила. Но он утверждает, что нас все это тоже касается.

– Его можно понять, – заметила Марис.

– О чем ты? – С'Релла недоуменно нахмурилась.

– Странно, что он тебе не рассказывал. Его отца повесили. Летатель доставил приказ о казни из Ломаррона на Южный Аррен. Это был

Арак. Ты помнишь Арака?

– Еще бы! – сказала С'Релла. – Вэл всегда подозревал, что избили его по наущению Арака. Я не забыла, в какой ярости он пребывал, когда не сумел разыскать нападавших и ничего доказать. – Она криво усмехнулась. – И я не забыла вечеринку, которую он устроил на Сиатуте, когда Арак умер, – поминальный пирог и все остальное.

Эван посмотрел на них с недоумением.

– Зачем же ты доставляешь послания, если чувствуешь себя виноватой из-за них? – спросил он у С'Реллы.

– Но я же летатель! – ответила она. – Это моя работа. Долг, неразрывно связанный с обладанием крыльями.

– Вот как… – Эван встал и начал собирать пустые тарелки. – Откровенно говоря, я бы не сумел принять такого взгляда на вещи. Но ведь я бескрылый, и мне не суждено унаследовать крылья.

– Как и мы… – начала Марис, но Эван уже вышел из комнаты. Она почувствовала раздражение, однако С'Релла возобновила разговор, и вскоре Марис забыла о причине своего недовольства.

Наконец настал срок снять лубки. Сначала с ног, но Эван обещал, что и с рукой ждать осталось недолго.

Увидев свои ноги, Марис заплакала – худые, бескровные… Эван принялся слегка их массировать, умело разминая давно не работавшие мышцы, затем омыл теплым настоем, благоухающим травами. Марис вздохнула от удовольствия и расслабилась.

Наконец, Эван встал и взял тазик с настоем и полотенце. Марис изнывала от нетерпения.

– А ходить можно? – спросила она.

Эван с улыбкой взглянул на нее.

– А ты сумеешь?

Она с радостью приняла этот вызов, села и спустила ноги с кровати. С'Релла хотела ее поддержать, но Марис мотнула головой, прося подругу отойти. И встала на ноги. Сама!

Только что-то было не так. Она почувствовала сильное головокружение, тошноту. Марис молчала, но лицо выдало ее.

Эван и С'Релла бросились к ней.

– Что с тобой? – спросил Эван.

– Я… наверно, слишком резко встала…

Ее прошиб пот. Она боялась шевельнуться, боялась потерять равновесие и упасть.

– Не напрягайся, – сказал Эван. – Торопиться некуда.

Его ласковый голос приносил утешение. Он взял ее за здоровую руку, а С'Релла поддержала слева. Марис не решилась отказаться от их помощи.

– Один шаг – и передохни, – сказал Эван.

Опираясь на своих друзей, Марис сделал несколько шагов. Ее все еще подташнивало, голова кружилась, но она торжествовала. Ноги снова двигались!

– А теперь я могу пройтись одна?

– Конечно.

Марис сделала шаг, потом второй. Ее переполняла радость. Так легко! Ноги ее совсем такие же, как прежде! Стараясь не обращать внимания на ком в горле, она сделала третий шаг, и

комната легла набок.

Марис замахала руками, зашаталась, стараясь сохранить равновесие на вздыбившемся полу, и тут ее снова подхватил Эван.

– Нет! – закричала она. – Я могу сама…

Он продолжал ее поддерживать.

– Отпусти меня, пожалуйста! – Марис провела дрожащими пальцами по лицу и осмотрелась: комната неподвижна, пол сохранял привычную горизонтальность, ее ноги твердо стояли на нем. Она глубоко вздохнула и снова шагнула.

Внезапно пол выскользнул из-под ног, и она упала бы, но Эван снова оказался рядом.

– С'Релла, дай тазик!

– Ничего… Я могу ходить… Пусти… – Но голос ее прервался, потому что ее стошнило. К счастью, С'Релла успела вовремя.

Все еще пошатываясь, но чувствуя себя немного лучше, Марис с помощью Эвана добрела до кровати.

– В чем дело? – спросила она.

Он встревоженно покачал головой.

– Наверно, еще слишком рано. – Потом торопливо добавил: – Мне надо навестить больного ребенка. Я вернусь через час. Не вздумай вставать до моего возвращения.

Когда Эван снял лубки с ее руки, Марис была вне себя от радости: рука срослась правильно, хорошо двигалась. Конечно, понадобятся долгие тренировки, чтобы укрепить мышцы, прежде чем она сможет летать, но мысль о предстоящих часах нелегких упражнений после безделья, длившегося целую вечность, только веселила ее.

С'Релла сообщила, что должна улететь – Правитель Тайоса прислал гонца.

– Ему надо передать срочное послание на Северный Аррен, – объяснила она Марис и Эвану, брезгливо морщась. – А его летатели отправлены с другими поручениями. Но мне уже все равно пришло время возвращаться на Ведет.

Они сидели за круглым деревянным столом на кухне, пили чай и ели бутерброды. Прощальный завтрак. Марис потянулась через стол и взяла С'Реллу за руку.

– Мне будет тебя не хватать, – сказала она. – Я так рада, что ты прилетела ко мне.

– Постараюсь вернуться при первой возможности, – ответила С'Релла. – Но, боюсь, мне не дадут передохнуть. Я расскажу твоим друзьям, что ты опять здорова, пусть они не тревожатся.

– Марис еще не совсем здорова, – тихо обронил Эван.

– Это просто дело времени, – бодро возразила Марис. – Я, наверно, уже начну летать, когда сообщение С'Реллы достигнет всех летателей. – Она не могла понять, почему Эван так мрачен. А ей-то казалось, что, освободив ее руку от лубка, он разделит ее радость. – Возможно, мы встретимся в небе, прежде чем ты успеешь вернуться сюда!

Эван посмотрел на С'Реллу и предложил:

– Я провожу тебя до дороги.

– Не утруждайся. – Она улыбнулась. – Я не заблужусь.

– Но мне хочется тебя проводить.

Марис насторожила его настойчивость.

– Скажи здесь, – попросила она тихо. – Что бы это ни было, я должна знать.

– Я не лгал тебе, Марис. – Он тяжело вздохнул, его плечи поникли, и Марис внезапно увидела, что он совсем старик.

Эван откинулся на спинку стула, продолжая смотреть прямо ей в глаза.