Гармоника - 2
Шрифт:
Перед самой войной, в конце лета 1939 года, когда Бауман младший получил отпуск они с отцом сидели в небольшом уютном ресторанчике, пили пиво:
– Отец как ты полагаешь скоро Германия объявит войну Польше?,- спрашивал Матиас Бауман у отца.
– Это не мне решать Матвей,- отец часто называл его русским именем по привычке,- мое мнение таково, что Польша получила свою независимость не совсем законным путем. Полякам не следует высоко задирать нос, а они ведут себя как будто бы они самые главные в Европе. Захватили у Литвы Вильно и Вилненскую область, напали на Чехов забрали у них Тешинскую Силезию, отказываются с нами,- при этом он скептически
– А как же Франция и Англия? У них же договор, не будет ли с Германией так, как в последнюю войну?
– Вряд ли лягушатники и лаймы будут воевать за ляхов,- ответил Бауман старший глотнув пивка,- не тот это народец. На словах они трижды выразят свою озабоченность и готовность оказать помощь, но на деле скорее нет, чем да.
– Почему у тебя такая уверенность?,- не сдавался Матиас-Матвей.
– Рейнская демилитаризованная зона, ни единого выстрела. Франция, Бельгия и Англия только утерлись,- ответил Иван Иванович Бауман-старший.
Матиас-Матвей вспомнил эти слова, когда 25 августа 1939 года их 26 истребительная эскадра "Шлагетер" покинула свои аэродромы мирного времени и передислоцировались ближе к французской границе. Самолеты были тщательно замаскированы ветками и маскировочной сетью. Они ждали сигнала. Польская компания была скоротечной...Французские, английские и бельгийские войска, как и говорил его отец, стояли на границе и....просто стояли, потом это стояние было названо "странной войной". Дальше была Датская и Норвежская компании, но там Матиас-Матвей не участвовал, а вот во Французскую компанию и в битве за Англию ему пришлось "повоевать" если работу наземной службы можно так назвать. Их аэродром, который находился во Франции недалеко от Ла-Манша иногда бомбили, зенитчики отстреливались, они прятались. Потом солдаты засыпали ямы на взлетном поле, они ремонтировали самолеты...все было обыденно и отлажено.
В августе 1941 их стали перевооружать с "Мессершмитт BF-109" на "Фокке-Вульф FW-190". Получили почит 30 штук... Первые полеты на "Фоккерах" и первые разочарования мотор перегревается, особенно задняя звезда, а вот летчики его хвалят, говорят он лучше "Мессершмитта BF-109".
С утра все было привычно, самолеты еще с вечера подготовлены к вылету отправились на задание в этот день они сопровождали-прикрывали немецкие корабли в Ла-Манше, но толи данные суда были лимонникам не интересны, толи они их не заметили, но боевых столкновений не было и по возвращению самолеты подверглись обычному осмотру и заправке. Матиас проверил заднюю звезду отметив, что она как обычно не критически, но перегрелась. Летчики-офицеры погрузились в два легковых автомобиля и грузовик отправились в ближайший французский городок обмывать рыцарский крест обер-лейтенанта Йоханеса Шмидта.
Проснулся он от выстрелов, топота и неразберихи царившей вокруг. На аэродром напали...сильно напали. Нападавших было много и у них были танки. Об обороне не было и речи. Кто-то куда-то бежал... одеты были, скорей раздеты белая майка и черные трусы. Почти никто не отстреливался бежали кто куда. Матиас поддавшись общей панике бежал в неизвестном направлении. От основной группы убегающих он отстал, поскольку выбегая из палатки не одел сапоги, а с босыми ногами ... Бах, бах, бабах бегущие впереди стали падать, толи убили, толи еще чего, появились какие то
– Контроль,- услышал он как кто то сказал на русском...во Франции на русском...ему стало еще страшнее, неужели русские уже добрались до Франции...
Послышался стон, потом бах - выстрел:
– Тихон, ты что творишь, дурная твоя голова.
– Так живой ведь был...
– Штыком его нужно, так никаких патронов не хватит,- ругался другой.
И Матиас-Матвей решился, он приподнялся, максимально поднял руки вверх и испугано-просяще, часто и жалостливо стал говорить на русском:
– Товарищи не стреляйте я русский, пожалуйста не стреляйте,- слезы текли по его щекам. В этот момент ему очень хотелось жить, стать маленьким и незаметным... было страшно, очень очень страшно.
***
К запланированной акции на аэродроме готовились со всей тщательностью и ответственностью. Не то чтобы такое было впервой, нет схожее уже свершали и неоднократно, но не в таком масштабе и не с таким большим количеством задействованных участников. Проверялись машины, телеги, проводились тренировки по быстрой подготовке и транспортировке самолета, по бесшумному и незаметному снятию охраны, подготавливалась площадка. Летчиков из до обучающейся группы "Ефремова" 24 человека срочно переориентировали на изучение "Фокке-Вульф FW-190" его пилотажных качеств и условий ведения боя. Волновались, беспокоились, а прошло все...
Танковая группа капитана Лютикова, состоявшая исключительно из танков БТ была сосредоточена километрах в 10 от аэродрома чтобы оставить следы как бы сообщая вот откуда мы прибыли... Разведывательно-диверсионные группы непосредственно находились каждая у своего объекта. Батальон поддержки разделили на три части, отряды сбора трофеев так же были разделены и каждый конкретно знал что и где ему предстоит делать.
Началось все тихо и незаметно лишь доклады Ильи Левченко свидетельствовали о том, что дело движется.
– Все,- промолвил он обращаясь к Клебанюку,- зенитки, штаб, склады и охрана самолетов обезврежены можешь направлять своих трофейщиков. Остались только палатки с личным составом, но мы их уже блокировали.
– Чего медлишь?,- поинтересовался Клебанюк
– Лютиков, мать его...задерживается сучок они какой то грузовик с немцами поймали вот и...,- договорить он не успел, сработала рация:
– "Ёлка" слушаю.
– Товарищ "Ёлка", "Астра" прибыл и с ним грузовик,- ответила рация.
– "Астре" действовать по плану, грузовик к складу с боеприпасами, выполнять!- раздражено промолвил он.
– В грузовике продукты, туши коровы и свиней,- возмутилась рация.
– Плин, продуктовый грузовик?
– Да, хозяйственников.
– Тогда его сразу...сам знаешь куда, хотя ...прицепите к нему хоть кухню или еще чего...- ответил раздраженно Левченко.
– Всем командам, начинаем,- медленно в рацию проговорил Клебанюк. И опять же ничего существенного не изменилось лишь вдалеке послышались звуки работающих моторов. Некоторое время это были единственные звуки нарушавшие тишину, но вот от одной группы палаток послышалась стрельба, ее подхватили у второй и у третьей. К местам боестолкновений помчались танки с десантом для усиления блокирующих групп. Стрельба была недолгой все закончилось за пол часа, потом еще час делали зачистку и вот: